Длань - Макс Вальтер

— И что ты предлагаешь? Остаться здесь и ждать, пока нас сожрут кроуги?

— Будем подниматься на платформы одновременно.

Я прыгнул на платформу нижнего яруса и кивком указал Кирану, куда встать. Багор держал горизонтально, как шест, чтобы сохранять равновесие. Горд сместился в сторону, позволяя остальным занять места на платформах. Как только весь нижний уровень оказался занят, я отдал команду подниматься наверх.

Кровокрылы немедленно направились к нам, но теперь им было сложнее, потому как пришлось разделяться между несколькими целями. Я пару раз взмахнул багром и отчаялся попасть в шуструю тварь. Нет, рубить их не выйдет, куда эффективнее колоть.

Рядом вскрикнула Рокси. Я невольно повернулся на шум, пропустив атаку крылатого монстра. Он немедленно воспользовался ситуацией и впился клыками мне в бок. Пришлось перехватить багор одной рукой, а другой оторвать от себя голодного кровопийцу и с силой швырнуть вниз.

Я лично убедился, почему кровокрылы остерегались приближаться к воде. Тварь ещё не успела коснуться поверхности, как оттуда выскочил огромный кроуг с длинной зубастой пастью и схватил её прямо в воздухе.

— Ник, слева! — закричала Рокси, предупреждая меня об опасности.

Я успел проткнуть одну тушку, но меня атаковали сразу два других монстра.

— Прыгай ко мне! — закричал Киран, и мне пришлось воспользоваться его предложением.

Под нашим весом платформа немного просела, но мы встали спиной к спине и продолжали сражаться с тварями. Видя наш успех, остальные последовали этому примеру. Ирек устроился рядом с Эррой, а Горд сместился к Рокси.

Кровокрылы падали вниз один за другим, но и для нас битва не проходила бесследно. На моём теле алели уже три рваных раны, и что самое противное, они очень слабо затягивались. Неужели моя регенерация перестала работать? Или у неё тоже есть предел?

Ладно, что мне-то жаловаться. У некоторых ребят дела обстояли ещё хуже.

В какой-то момент я заметил, как Рокси оступилась, потеряла равновесие и полетела вниз с платформы. Я успел спрыгнуть на нижний ярус, а затем махнул багром и подхватил её до того, как девушка упала в воду. Пасти кроугов щёлкали буквально в паре сантиметров от её ног.

— Ник, тяни! — заверещала девушка.

— Пытаюсь! — Я отдувался, подтягивая древко к себе. Оно предательски скользило в руках, а накатывающая слабость мешала собраться с силами. Если бы не адреналин и сила воли, я бы ни за что не затащил девушку к себе на платформу.

— Ник, Рокси, время! — закричал Ирек.

Пять минут прошло, и вода начала стремительно прибывать, затапливая нижний ярус. Мы поспешили подняться выше, чтобы уйти от встречи с монстрами. К счастью, кровокрылы решили убраться наверх и дали нам передышку.

С минуту мы переводили дыхание, но я понимал, что время играет против нас. И дело не только в поднимающейся воде, но и в кровотечении.

— Что за мерзкая слюна у этих тварей? — недоумевал Киран. — Кровь практически не свёртывается!

Третий уровень платформы мы взяли с большим трудом. Кровокрылов стало меньше, но и нас покидали силы. До четвёртого уровня Горд не дотянул. Просто не смог допрыгнуть до края платформы. Я даже не стал смотреть вниз, чтобы не терять силу духа. И так понятно, какая судьба ждала старого шахтёра. Жаль. Из этой троицы он был самым рассудительным.

— Ник, брось меня, — прошептала Рокси, когда нам снова пришлось прыгать. — Я не смогу. А лучше убей. Не хочу чувствовать, как тело раздирают на куски.

— Не волнуйся, подруга, у меня есть план! — Я посмотрел наверх, где на платформе уже расположились Ирек и Эрра. Кровокрылы кружили над их головами, но они не подпускали их близко.

— Ребята, кто-нибудь, спустите багор!

Как только крылатые монстры отступили, Ирек лёг на живот и протянул багор вниз. Я обхватил Рокси одной рукой за талию, а второй ухватился за багор. Платформа опасно просела, но Эрра спрыгнула на соседний квадрат, и стало немного легче.

— Друзья, я вижу механизм! — закричала Эрра. — Вот же он, мы у цели!

— Жми! — одновременно выкрикнули мы с Иреком.

Я уже не видел, что происходило дальше. Но что-то загрохотало, а потом вода стала отступать, увлекая за собой прожорливых кроугов. Очередной этап арены пройден. Не могу поверить, что гладиаторам приходилось проходить то же самое, что и нам. Это безумие!

В этот раз я проторчал в медицинской капсуле три часа, а остальные и того дольше.

— Вы как хотите, а я не намерен ждать, когда нас прикончат, — тихо произнёс я, когда мы собрались в полном составе. — Будьте готовы устроить побег, как только подвернётся такая возможность.

— Это нереально, — покачал головой Ирек.

— Во вселенной нет ничего невозможного, просто наши шансы на успех минимальны. Но они есть. И лучше погибнуть так, чем ради веселья этих негодяев на арене.

Или Тутар-ан-Хон прослушивал наши разговоры, или кто-то из ребят донёс в надежде на вознаграждение, но следующий бой кардинально отличался от предыдущих. Теперь нас не выпускали всех вместе, а выводили по одному. Явно боялись побега или вооружённого бунта. Хотя что могут сделать пятеро отчаявшихся людей с примитивным оружием в руках? Нам даже не дали прийти в себя и смириться с гибелью товарищей, а на следующий день снова бросили в бой. Вот только в этот раз нашими противниками были не монстры, а люди.

— Полюбившиеся вам новички бросят вызов настоящим машинам убийства — гладиаторам арены прошлого сезона. Пять поединков — и пять победителей! Бой до первой крови, но даже первая кровь может стать смертельной! — кричал Тутар-ан-Хон, а его голос эхом отражался от прозрачных барьеров арены.

Мы стояли в подтрибунном помещении, ожидая, когда нам прикажут выходить на арену.

— Эй, прыгун! — окликнул меня один из гладиаторов. — Ты доказал, что умеешь прыгать по платформам, но этого мало для победы над гладиатором. Тутар-Ан-Хон сказал, что ему придётся заплатить большие деньги, если ты переживёшь пятый поединок. Именно поэтому он поставил тебя в поединок со мной. Ты ведь понимаешь, что пятьсот крон — это очень большие деньги, которые никому не хочется платить?

— В мире, откуда я прибыл, этого не хватит даже на месяц комфортной жизни, так что можешь не рассказывать мне о деньгах.

— Слушай меня, болван! Я говорю не о деньгах, а о том, что как только мы выйдем