Совенок. Путь к трону. Пятая часть - Екатерина Александровна Боброва

кто-то на дне светил себе сотней, пробивающих толщу воды, фонарей. Линии перемещались, сокращались, вырастали вновь — завораживающее зрелище.

Границы озера терялись в сером тусклом свете, который давали лежащие на берегу и в воде камни. С потолка каменными сосульками свисали скалы-плакальщицы. Воздух был влажным и… теплым, наполненный мелодичным пересвистом, а еще он жутко, до тошноты пах рыбой.

Аль вздохнул, задержал дыхание — желудок скрутило, и он старательно задышал ртом.

— Это единственное теплое озеро на островах, — подтвердил Ацтаки. — Говорят, вода его полезна не только для ульхов, но и для людей.

Аль не оборачиваясь, ощутил, как стражи, разделившись, за их спинами двинулись вдоль берега.

— Нет, — остановил он их, и Ацтаки поднял руку, отдавая команду не торопиться.

— Если он из наших, то есть безмолвных, увидеть его смогу лишь я, как и подобраться, — пояснил Аль, — вам его щиты не под силу. Спугнете только или заставите активировать артефакт. Хотя я могу запустить поисковое заклинание…

— Не стоит, — отказался Ацтаки, — нас просто растерзают, если ульхи решат, что мы угрожаем детенышам.

— Ты не пойдешь один, — возмутился Шиль, и Аль успокаивающе положил ему ладонь на плечо:

— Так надо. Лучше не спускай глаз с Майры. Огнем за нее отвечаешь.

Шиль напрягся, посмотрел страдальчески и попросил:

— Оружие хоть возьми.

Ацтаки без дополнительной просьбы снял свой пояс с прикрепленным на нем кинжалом в ножнах. Лично застегнул его на Але и пожелал:

— Хорошей охоты, твое высочество.

Майра шагнула сама, обняла удивившегося Аля — обычно девочка вела себя сдержаннее при чужих, но причина стала ясна, едва он услышал тихий шепот:

— Он справа, метрах в ста. Там углубление.

— Выпорю, — так же еле слышно пообещал Аль.

— Пообещай, — попросила вдруг Майра, прижимаясь крепче, — что это не твоя смерть ходит тут.

Аль не ответил, отступил, разрывая объятия и повернувшись к другу напомнил:

— Уходите сразу, как почувствуешь всплеск. Если успеете добежать и перекрыть проход, есть шанс уцелеть. Сокровищница неплохо защищена, — и он, не прощаясь, зашагал по гальке.

Глава 7

Галька предательски шуршала под ногами и Аль был вынужден контролировать каждый шаг. Он шел, затаив дыхание и молился, чтобы спрятавшийся на берегу человек его не заметил.

Майра оказалась права и с тридцати шагов Аль ощущал присутствие артефакта без всякой магии. А еще здесь вода не шумела, взбитая телами ульхов. Ближе к артефакту ульхов не было вообще, и озеро там застыло черным зеркалом.

Аль выдохнул, сделал еще один шаг. Его план был прост. Артефакт нельзя держать при себе, значит, он где-то лежит на берегу. Аль подберется ближе, схватит камень и уйдет, а с магом пусть Ацтаки разбирается.

И вот оно углубление в стене, о котором говорила Майра. Аль застыл, вглядываясь в полумрак. Лежащую на подстилке тень смог заметить чудом — та не шевелилась. Не сразу до Аля дошло, что столько дней без еды и воды можно выжить лишь подпитываясь от артефактов–грез и находясь большую часть времени в глубоком сне. Только вот артефакты, которые погружали человека в подобное состояние, были запрещены, ибо поддерживали полный ярких видений сон за счет жизненных ресурсов человека.

Аль выругался про себя, уже понимая, что спящий перед ним человек и не рассчитывал выбраться отсюда живым, а значит…

Момент, когда маг вышел из сна, Аль позорно прозевал — увлекся поиском камня. Близость к артефакту насыщала воздух огнем, но маг дураком не был и прикрыл Бездну иллюзией.

Аль чудом услышал, как с шорохом сдвинулись камни, выдавая движение бросившегося в его сторону огневика. Тело среагировало само — отшатнулось, пропуская мага вперед.

Пойманная в полете к его лицу рука. Захват.

Вор был выше и тяжелее, а еще он был слаб. Практически он уже был трупом и лишь злость — из глотки вырвался гневный вопль — придавала ему сил. А потом он рухнул на колени с вздернутой вверх и выкрученной рукой. Сиплое дыхание разнеслось над водой, и огневик закатил глаза, повалившись на гальку.

Аль отпустил руку, присел на корточки, покачал головой — почти труп. Артефакты–грезы… Жуткая вещь.

Встал, осмотрелся и уверенно шагнул туда, куда звал огонь. И тут яркая вспышка озарила темноту подводного озера. Разом, до звона в ушах, взвыли ульхи. Вода вскипела от рванувших в сторону Аля тел, а прямо перед ним маленьким солнцем разгорался активированный артефакт, за спиной же давился сиплым смехом маг.

Темное пламя ощущалось шаром из ледяных колючек. Оно тянулось наружу, почуяв опасность. Аль скривился, предвкушая битву самого с собой, а в голове звенел голос Первого: «Раз уж тебе повезло обрести столь редкий дар, изволь понимать, к чему он может привести. Темное пламя будет стремиться уничтожить любую опасность и ему плевать на тех, кто рядом. Ты — приоритет. Так что запомни, чем больше опасность тебе угрожает, тем большую мощь явит защитник. И вопрос, справятся ли с этой мощью те, кто рядом и кого ты не сможешь прикрыть. Мой совет рисковать лишь тогда, когда вокруг одни враги».

Аль давно научился договариваться со своим даром и брать его под контроль, но до сегодняшнего момента ему не приходилось сталкиваться со столь мощным артефактом. На память сразу пришли развалины дворца во Втором тэорате. А если здесь, в замкнутом пространстве пещеры, произойдет столкновение Бездны с темным пламенем… Аль был уверен — потолок не выдержит даже в сокровищнице.

«Мы не будем драться», — сказал он ледяным колючкам и застонал от окатившей его изнутри замораживающей волны протеста.

«Ты даже меня не сможешь спасти!» — крикнул, чувствуя, как щиплет глаза от подобравшихся слез. Нет, он, может, и выживет, но пока до него, заваленного камнями, доберутся… Да и нужно ли такое спасение, когда рядом будут умирать Майра, друзья, брат Ацтаки, а он будет лежать, беспомощно ощущая их смерть?

К жыргхве такое спасение.