Дерзкие. Будешь моей - Катерина Пелевина

Вынимаю разные просто потрясающе красивые игрушки и мну их в дрожащих руках. Если он рассказал про ребенка своему лучшему другу и тот вот так отреагировал… Это, наверное, значит, что Глеб меня любит, верно? Что Кир знает, как я ему важна…

Возможно, мне не стоит так уж ужасно реагировать на Адова? Хотя бы попытаться понять и принять его шаг с женитьбой…

Едва подумаю об этом, тошнить начинает.

Это ведь первый танец…Первое «да» в ЗАГСе. Первый поцелуй мужа и жены…Нет, я не способна такое перешагнуть. Нет! Это слишком!

Обреченно вздыхаю и смотрю на часы. Когда отметка переваливает за десять сорок мне приходит сообщение.

User_TheHell: «Я в городе. Скоро позвоню. Ты как? Не спишь?».

Екатерина Трацкая: «Нет, не сплю. Всё хорошо».

User_TheHell: «Не забудь про врача в два. Адрес пришлю в смс сейчас».

Екатерина Трацкая: «Хорошо».

Отшвыриваю телефон в сторону. Немного бесят его указания, но с другой стороны… Наверное, он проявляет заботу, как будущий отец. Наверное, это не плохо. Даже если он не будет моим мужем… Отцом-то он всё равно не перестанет быть.

Боже, как же это обидно.

С этими мыслями еду к гинекологу на автобусе. Там меня встречает очень приятная женщина с большим опытом работы. Деликатная, вежливая, добрая. Одно блаженство у такой наблюдаться.

— Итак…Всё хорошо. Развитие соответствует семи неделям, всё по нормам. Отслойки больше нет. Катюша, могу я Вас так называть?

— Конечно можете…

— Здорово… Глеб Александрович сказал, что важнее этого малыша у него в жизни есть только Вы…Поэтому отныне вы оба под моим пристальным наблюдением, — улыбается она, а у меня внутри всё золотыми нитями израстается…

«Важнее этого малыша у него в жизни есть только Вы»… Господи…

Что ты творишь с моим сердцем, Глеб Адов!?

Начинаю плакать, а женщина тут же протягивает мне в руку бумажный платочек.

— Пожалуйста, не плачьте…Я не хотела ничего плохого…

— Нет, не подумайте…Извините. Это слёзы радости. Просто…Я и подумать не могла, что у меня в девятнадцать будет ребенок. И что я его захочу. Понимаете?

— Понимаю…У самой двое детей. И первый как раз родился, когда мне было девятнадцать, — она заключает мою ладонь в свои. — Если Вас что-то будет беспокоить, не стесняйтесь. Звоните в любое время дня и ночи. Я всегда на связи для Вас.

Благодарю её и ухожу оттуда прогуляться по Питеру пешком. Не буду никуда особо заходить. Просто хочу развеяться, подышать морозным воздухом. Никогда не была в этом городе. Всё для меня ново. Всё слишком интересно. И хоть он и не балует солнцем, прямо сейчас я испытываю наслаждение. Даже если под ногами хрустит снег…

Около четырёх часов дня наконец звонит Глеб, и я тут же беру трубку.

— Привет…Еле вырвался, — говорит он с шуршанием, вокруг шумно, словно он тоже где-то на улице. — Ты как?

— Из лап своей невесты, надеюсь, — саркастически выплевываю я, на что он смеётся.

— С совещания, которое отец решил неожиданно провести без моего ведома. Хорошо, что я успел, и никто ни хрена не заподозрил, но я по его подлючим глазам вижу, то он, ой как зол, что проебал тебя из виду… Зато я так успокоился…Ты даже не представляешь…А ещё…Ведьма…Хочешь подмогу?

— В смысле?

— Ты только скажи…У Кира сестра…Кароч, она любому скрасит самый скучный вечер…Отвечаю, — хохочет он, а я пожимаю плечами.

— Не знаю…Может я найду тут кого-то…Поинтереснее, — издевательски шепчу в трубку, а у Адова на том конце провода зубы стучат от злости.

— Ведьма…Не играй ты со мной…Я же когда приеду…Завалю тебя на лопатки…

— Испугал…

— Если нет, это даже лучше…Не люблю запугивать… Люблю, когда ты сама меня хочешь. А ты всегда хочешь…

— Самомнение…Как я могла забыть… Все тебя хотят, все мечтают тебе отсосать. Всё тебе принадлежит. Ты у нас царь и бог в одном флаконе…, — твержу, заглядывая вдаль. Стою на мосту и наслаждаюсь видами зимнего Питера.

(Глеб)

Кое-как успеваю на ебучее совещание, о котором Кир сообщает мне сразу, как только я окольными путями добираюсь до его дома и заваливаюсь туда к половине одиннадцатого. Одежда вчерашняя, вся мятая и грязная. Рука кровоточит. Мы буквально за пять минут собираем меня все втроём. Я, Кир и его знакомый Ромка, который чем-то на меня смахивает.

Читаю сообщения в своём втором телефоне, который оставлял у Кира дома.

Отец: «Глеб, совещание назначено на 11:00, где тебя носит? Только не опаздывай!».

Глеб Адов: «Я буду вовремя».

Почти готовый, хоть и не спавший, но зато окрылённый тем, что ведьма была со мной почти всю ночь, мчу против ветра в сторону нашего холдинга.

Параллельно прослушиваю голосовые. Около семи от Беаты. И ещё около сотни текстовых сообщений. Всё из разряда «Я скучаю. Пойдем в ресторан. Хочу тебя. Пожалуйста, ответь» и прочее.

Мельком перевожу взгляд на второе устройство. Вижу, что Катя отвечает. Сердцу сразу спокойно становится, но придётся оставить телефон в загашнике в машине. Специально на такой случай дополнительную секцию сделал. Вроде двойного дна под сидением. Вообще хуй кто найдёт.

Выхожу из машины и прусь на деловую встречу. Уже там вижу Домбровских, Руса и отца. С братом здороваюсь сразу же, отцу тоже нехотя жму руку, хоть и хочу вырвать её с мясом.

— Где ты был? — льнёт ко мне Беата, вцепившись пальцами в мою рубашку. Чуть отодвигаю её от себя.

— У Кира. Неужели батя не сказал?

— Сказал…Просто решила убедиться.

— Убедилась?

— Ага…Скучала, — шепчет она, пока я слушаю Вацлава Борисовича. Мужик твердит разумные вещи. О том, что Польский рынок развивается, что необходимо заинтересовать инвесторов ещё на стадии образования новой компании, и возможно открыть два офиса, один из которых будет находиться в Варшаве. Но отец смотрит на него как на назойливую муху. Какой же охуеший чёрт в рубашке.

— Вацлав, дружище. Это и так ясно. Как Глеб будет разрываться на два фронта?

— На этот