Дерзкие. Будешь моей - Катерина Пелевина

— Знаешь, я так счастлива. Я бы…Я бы никогда не подумала, что можно быть такой счастливой…Просто любить.

— Не просто…Сильно любить. Любовь — это труд. Это препятствия и волнения. И ты заслуживаешь, чтобы тебя сильно любили. Ты…Ведьма, ты ведь особенная. Сама это знаешь, — Глеб снова и снова шепчет мне на ухо эти приятные странные вещи. Никогда не перестаёт, хотя прошло уже семь с лишним лет…Но это наша с ним фишка. Что-то, что сидит глубоко внутри.

— Сегодня мне приснилось, что это случится этим вечером. Я видела этот сморщенный тёплый комочек на твоей груди…

— Боже, Катя…Не доводи здорового мужика до слёз, это бесчеловечно, — говорит мой муж, помогая мне сесть за стол. Снова ставит передо мной целую тарелку фруктов, сливки и кружку чая. Анна сейчас приезжает значительно реже. Мы с Глебом часто готовим вместе. Это так странно…Ведь я всё чаще вспоминаю нас у раковины в тот вечер и мне всегда смешно…

Глеб так и занимается клубами, у него своя сеть из пяти штук «Инфинити», а я…Я так и не стала врачом, но учусь, практикую медсестрой в одном из медицинских центров. Правда из-за беременности и родов снова всё немного сдвигается, но я не расстраиваюсь… Семья для меня — главное.

— Давай, давай, ешь, — поторапливает Яна Ярик. — Мне ещё гулять хочется пойти…

— Покорми брата, потом пойдешь, — настаивает Глеб ровным тоном. — Не торопись, что бы не подавился.

Ярослав конечно закатывает глаза, но всё же следует наставлениям отца.

Потом Ян засыпает на дневной сон, а Ярик встречает гостей у нас в саду. Волковы, Адовы и Григорьевы заполняют всё пространство звонкими голосами.

Мы же с Глебом остаёмся наедине и просто обнимаемся в гостиной в ожидании их родителей.

— Все будут в городе на выписке?

— Все… — отвечает он, кивая.

— Хорошо… Волнуешься?

— Немного…За тебя волнуюсь. Ты устала. Нам бы передышку взять, — улыбается он, прижимая меня к себе и переплетая свои пальцы с моими.

— Ты сам хотел девочку…

— Не хотел, а хочу. Всем сердцем хочу, вот этим сердцем, — он вынимает из-под платья мой кулон. Который я ношу постоянно, не снимая. Это второе украшение, которое я никогда не убираю в шкатулку наравне с обручальным кольцом.

— Я тебя люблю, — выдыхаю ему в полуоткрытые губы. Встречаюсь с ними в поцелуе и кружит…Кружит до сих пор так, что не могу усидеть на месте. Всегда мало и всегда хочется…

— И я тебя люблю, Катя, — он зарывается рукой в мои волосы, снова нюхает, бодается, трётся щетиной об лицо, ластится. Словно дикий зверь себя ведет. А я уже привыкла его приручать. — Приворожила… Навсегда твой Ад. А ты моя. Моя ведьма.

Больше книг на сайте — Knigoed.net