Полицейская Академия - Стивен Гуттенберг

– Алло, малышка?- в трубке послышался взволнованный голос Хайталла,- тут такие новости: вооруженный налет на магазин Абрахамсона…

Лицо Фокс посерьезнело:

– Сейчас же отправлю к тебе ближайшие полицейские машины…

После последнего разговора с Салдамом Пит, подсчитав свои доходы и расходы, очень расстроился: платить бандитам не десять, а целых двадцать пять процентов грозило ему полнейшим разорением. На следующей неделе он отказался платить дань банде.

Вопреки ожиданию, Салдам даже не бил его, а только ласково-ласково пообещал:

– Ну, как хочешь, приятель. Ты сам это выбрал.

И вот сегодня, какой-то грязный вонючий «латинос», зайдя перед обеденным перерывом в магазин, вытащил автомат и, дебильно хохоча, открыл беспорядочную стрельбу по прилавку. Абрахамсон, дрожа от страха, спрятался в своей конторке.

Хайталл, дежуривший неподалеку, услышав стрельбу, первым делом позвонил в участок и, попросив подмоги, помчался по направлению к магазину.

Ворвавшись в помещение, он вскинул свой пистолет и заорал страшным голосом:

– Всем оставаться на своих местах! Стрельба сразу же прекратилась.

Держа оружие наизготовку, полицейский ворвался в магазин. Внутри никого не было. Осторожно ступая по битому стеклу и распотрошенным ящикам, Хайталл двинулся к простреленному прилавку. Внезапно откуда-то со стороны конторки донесся шум – полицейский, не думая, разрядил свой кольт в ту сторону. Оттуда послышались приглушенные стоны.

– А ну, выходи!- закричал полицейский. Держась за простреленную руку, из-под конторки вылез бледныйпребледный Абрахамсон.

– Быстро повернись мордой к стене,- приказал полицейский, доставая на ходу наручники.

– Господин полицейский, господин полицейский,- запричитал тот,- вы ошиблись, господин полицейский. Я не грабитель, я хозяин этого магазина.

– А почему же ты прятался от меня?

– Я думал, что это кто-то из бандитов Салдама… Хайталл несколько смутился.

– Покажите документы,- приказал он.

– Пожалуйста,- Абрахамсон протянул ему бумаги. Полицейский недоуменно повертел их в руках,

– Да, действительно,- сказал он,- Питер Абрахамсон, владелец магазина. А куда же, в таком случае, скрылся преступник?

Подоспевшие МакКони и Шлегель обыскали все закоулки, но никого не нашли.

– Вы кого-нибудь подозреваете?- спросил

Шлегель у потерпевшего. Абрахамсон сильно смутился.

– Говорите, не бойтесь,- подбодрил его Хайталл,- мы никому не расскажем.

Хозяин магазина набрал в легкие воздух и с большим трудом выдавил только одно слово:

– Салдам…

– Так я и знал,- произнес лейтенант Шлегель,- куда ни сунься, везде этот проклятый Салдам. Ну, конечно же, это он и его отвратительные бандюги из «Рака матки».

– А что, этого Салдама нельзя разыскать и отправить за решетку?- удивился МакКони,- неужели у нас так мало полномочий?

– Он очень хитрый негодяй,- ответил Шлегель,- его уже забирали раз десять, и каждый раз отпускали – из-за недоказанности обвинений и недостаточности улик. Кроме всего прочего, он купил себе очень искусного адвоката. Вот если бы его удалось взять с поличным…

– А кто он вообще такой?- спросил Хайталл.

– Один из авторитетов нью-йоркского преступного мира. Впервые о нем заговорили два года назад, когда, сколотив из разрозненных преступных группировок мощную банду «Рак матки», он принялся «выставлять» всех мелких собственников в этом районе. Тут почти все платят ему дань… Раньше ему противостоял разве что китаец Ли со своими головорезами, но того недавно выловили мертвым в районе Рок-Айленда,- представляешь, яйца у мертвеца были оторваны и засунуты в рот… Несомненно, что это тоже дело рук кого-нибудь из «Рака матки».

Сколько ему лет?- спросил МакКони.

Двадцать восемь,- ответил Шлегель.

– А как же ему удалось подчинить себе такую ораву бандитов?

– Он настоящий психопат, и его все боятся. Говорят, что однажды за какую-то мелкую провинность он откусил ухо у одного бандита и тут же его проглотил…

– Может быть, яйца у китаезы Ли тоже откусил он?

– попробовал улыбнуться Джерри.

– Не знаю, не знаю,- покачал головой Шлегель,- во всяком случае, пока этот человек орудует в нашем районе, спать нам не придется… Ну что, делать тут больше нечего – поехали в участок составлять рапорт? Стрелявший все равно уже далеко отсюда…

– Постойте,- Абрахамсон окончательно пришел в себя,- постойте. А кто заплатит мне вот за это?- он указал на простреленный Хайталлом прилавок и развороченную конторку.- Между прочим, у меня тут было товаров на несколько десятков тысяч…

– Ладно,- похлопал его по плечу Шлегель,- если бы не этот парень,- он указал на Хайталла,- от тебя бы

только мокрое место осталось… Или общество Салдама тебе приятней, чем наше?

Абрахамсон погрозил кулаком.

– Все равно я так этого не оставлю!…

– Мало того, что вы так и не накрыли Салдама, так вы еще и устроили настоящий погром в магазине Абрахамсона!- кричал на полицейских Маузер, потрясая каким-то листком бумаги,- в Управление на вас поступила жалоба: магазину нанесен материальный ущерб на сумму шестьдесят восемь тысяч двести тридцать один доллар двадцать пять центов!

«Разбор полетов» в шестнадцатом отделении полиции на следующий день был бурным. Хайталл, зная, что он виноват, угрюмо молчал.

– Что вы можете сказать по этому поводу,- повернулся Маузер к Лассарду,- ваши подчиненные устраивают безобразия, капитан, а вы сидите, засунув язык в задницу и ждете неизвестно чего!…

– Но у них очень мало опыта,- попробовал защитить Хайталла капитан,- они еще маленькие…

– Тоже мне маленькие,- Маузер покосился на верзилу Хайталла,- хер двумя руками не согнешь! Вы, как начальник, должны отвечать за все проступки ваших подопечных…

– В следующий раз…- начал было Лассард, но Маузер перебил его:

– Боюсь, капитан, что следующего раза не будет. В Управлении считают, что ваша кандидатура на должность начальника этого участка – не самая лучшая. Там посчитали целесообразным, что лейтенант Лесток из пятнадцатого участка больше подошел бы на этот пост.

– Лесток?- невольно вырвалось у Шлегеля,- да ведь это же законченный тупица!

– Возможно,- парировал Маузер,- он действительно туповат, но зато пунктуален и исполнителен. Не в пример всем вам.

– Так что, он будет нашим начальником?- никак не мог поверить лейтенант Шлегель.

– Думаю, не сейчас, а со следующего месяца. Пока же я отстраняю капитана Лассарда от должности начальника шестнадцатого полицейского участка и до конца месяца беру командные функции на себя. Во-первых: из-за недостатка опыта у молодых офицеров каждый из них будет закреплен за опытным полицейским. Вы, МакКони,- обратился он к Джерри,- будете работать с лейтенантом Шлегелем. Понятно?

– Понятно,- ответил тот.

– Когда к вам обращается начальство, следует встать со своего места и сказать:«Слушаюсь, сэр!» Да, и вот еще что: за малейшие нарушения я буду составлять на вас рапорты в Управление. Три рапорта – увольнение от должности. Понятно, МакКони?

– Понятно…

– Так, хорошо. За несоблюдение формы обращения к своему непосредственному начальству на вас будет составлен рапорт. Во-вторых: в Управлении перед нами поставлена конкретная задача – зажопить Салдама. Так что пока все текущие дела – в сторону.

– А как мы его зажопим?- спросил со своего места Джон Насименто и, сделав небольшую паузу, добавил,- сэр…

– А это уже ваши проблемы. Я – начальник. Мое дело – отдавать распоряжения, вы – подчиненные, ваше дело их выполнять. Кстати, лейтенант Насименто, вы будете работать в паре с очаровательной мисс Элизабет Трахтенберг.- Заметив, что Джон сделался бледным, Маузер добавил:- Вы, кажется, чем-то взволнованы? А, понимаю, вы слишком неравнодушны к Элизабет. Скажу вам по секрету, она тоже неравнодушна к вам – это она попросила меня, чтобы вы работали в одной связке. На этом сегодняшняя планерка закончена. У кого есть вопросы?

МакКони поднялся со своего места.

– Я только хотел вас спросить, сэр, с каких это пор исполнение своего служебного долга считается чуть ли не преступлением – я имею в виду ту историю со стрельбой в магазине Абрахамсона. Да, наш друг Хайталл, может быть,

несколько погорячился, отправив несколько лишних пуль в конторку этого чмошника Абрахамсона, но ведь в тот момент его жизни угрожала опасность!

В конце-то концов, что дороже для американского общества – несколько разбитых горшков в его дрянной лавочке и дыры в его грязной конторке, или жизнь офицера нью-йоркской полиции? Тем более, что за все свои неприятности этот мудила Абрахамсон сполна получил страховку!

Маузер, выслушав соображения МакКони, злобно посмотрел на него.

– Если вы, лейтенант,- медленно процедил он сквозь зубы,- действительно так сильно печетесь об исполнении своего профессионального долга, то завтра же сможете доказать это на деле. Утром вы отправитесь со Шлегелем в Долгий тоннель – контролировать там движение автомобилей…