Полицейская Академия - Стивен Гуттенберг

– Черножопый,- поправил его Мартинес.- Черномазый – это я, а ты, парень – черножопый.

– Ладно, успокойтесь, козлы вонючие,- произнес Салдам,- а не то всех повыгоняю без выходного пособия. Будете трясти нищих в подземных переходах…

– Тихо-тихо-тихо,- зашикали Мартинес и Поллак друг на друга.

Хозяин пивной включил телевизор. С экрана миловидная девочка лет пятнадцати демонстрировала гигиенические тампоны – это был рекламный ролик.

– Да, кстати, о бабах,- Поллак поманил к себе пальцем Мартинеса,- послушай классный анекдот. Заходят в ресторан трое вампиров. Подбегает к ним официант – «Вам чего, молодые люди?» Один вампир говорит:«Мне, пожалуйста, крови венозной». «Нацежу,- отвечает официант,- а вам чего?» «А мне, будьте любезны, крови артериальной»,- заказывает другой вампир.«Будет исполнено,- говорит официант,- сейчас принесу. Ну, а вам чего принести?» – интересуется он у третьего вампира.

Мартинес неспешно тянул темное пиво.

– Так вот,- продолжал негр,- «что вам принести?» – интересуется официант у третьего вампира. А тот говорит -«мне, пожалуйста, крутого кипятку». «Что за ерунда?- возмутились те двое вампиров,- как это так – крутого кипятку?» А он вытаскивает из нагрудного кармана два использованных тампона и говорит:«А я чайком побалуюсь!»

Мартинес побледнел и с шумом выблевал пиво на пол. Салдам и Поллак дико развеселились:

– Ну и впечатлительный же ты, Эрик! А еще – боец банды «Рак матки»! Тебе бы соску сосать…

По телевизору начинался выпуск ночных новостей.

– Как всегда, в студии канала обозрения – Джордж Хильер и Элизабет Броуденберг. Сообщаем последние новости. В Бруклине только что закончился городской конкурс матерщинников, организованный местной воскресной школой. Победительницей стала девятилетняя Илона Слюпски – из всех нам известных исходных лексем она сумела составить четыре новых словосочетания. Победительница награждена бесплатной путевкой по маршруту «Золотое кольцо России»- организаторы конкурса надеются, что именно там молодое дарование сумеет обогатить свой лексикон.

– Во дает!- восторженно пробормотал Поллак.

– Продолжаем наш выпуск последних известий,- улыбнулся с экрана Джордж Хильер,- всем нам известно,- ведущий сделал печальное лицо,- и, к великому сожалению, даже слишком хорошо известно, что преступность в нашем прекрасном городе все время возрастает. Как мы уже сообщали, мэр города Мери Сьюзил приняла решение омолодить кадры нью-йоркской службы общественной безопасности за счет недавних выпускников Полицейской Академии, не прошедших даже соответствующей практики. Только что нам стало известно, что молодые офицеры полиции приступят к исполнению своих служебных обязанностей уже с завтрашнего утра.

На экране телевизора появились лица выпускников Академии. Камера оператора остановилась на голубоглазой блондинке, туго затянутой в черный полицейский комбинезон.

– А ничего баба,- кивнул Салдаму Поллак,- такая аппетитненькая, такая сексопильненькая…

– Заткнись, ублюдок,- ответил тот,- тебе, черножопой скотине, только и знать, что насиловать белых баб.

– Хорошо, хорошо, заткнусь, уже заткнулся,- ничуть не обиделся негр.

В это время двери пивной с шумом раскрылись, ив проеме показалась группа вооруженных людей.

– Ни с места!- заорал во всю глотку маленький китаец, видимо – главарь этой банды и для острастки пальнул из пистолета в потолок.- Ни с места! Руки – на стол! Сейчас мои люди пройдутся по рядам, а вы вежливо покажете, где у вас лежат деньги и драгоценности. И не вздумайте шутить – особенно это относится к тебе, вонючка Салдам.

Мартинес медленно потянулся за пистолетом во внутренний карман пиджака, однако Салдам шепотом приказал ему:

– Не стоит, Эрик. Этот узкоглазый китаеза Ли еще очень пожалеет о содеянном. Мои ребята при первом же удобном случае отрежут у него яйца и заставят съесть их сырыми, не запивая. Поллак, где там у нас деньги?…

Капитан шестнадцатого участка нью-йоркской полиции Генри Лассард с трудом пробирался на своем служебном «понтиаке» через автомобильные пробки центра города – ни полицейская мигалка на крыше машины, ни сирена, ни громкоговоритель не помогают в Нью-Йорке в часы пик никому. Генри Лассард был зол – его только что распекало начальство в Управлении, причем нарекания за плохую работу были целиком справедливы: кривая преступности за последние несколько месяцев неимоверно возросла. Ограбления, налеты, кражи со взломом, угоны дорогих автомашин следовали чередой. Впрочем, единственный повод для оправдания у капитана все-таки был, и он был весьма серьезен: в шестнадцатом участке полиции хронически не хватало людей: часть погибли в перестрелках с бандитами, часть уволилась по собственному желанию, не выдержав нечеловеческого напряжения работы. Правда, сегодня капитану пообещали пополнение.

У самого подъезда к участку Лассард заметил толпу мужчин и женщин, которые, держа плакаты с надписями «Долой некомпетентную полицию!», «Шестнадцатый участок – самый худший в Нью-Йорке!», «За что мы платим деньги в федеральный бюджет?», скандировали:«Долой Лассарда!». При выходе из автомобиля капитана забросали тухлыми яйцами.

– Вот черт,- пробормотал капитан, выходя из машины,- что за гадкий запах!… С трудом уворачиваясь от разгневанных сограждан, Лассард добежал до дверей полицейского участка.

За столом сидел лейтенант Шлегель. Подняв глаза на начальника, он рассмеялся:

– И тебе досталось, приятель! Ничего, со мной сегодня утром случилось то же самое – только в меня бросались еще и гнилыми помидорами – может быть,и не так воняет, но намного хуже отстирывается! Капитан подошел к своему столу.

– Ты всегда находишь скверное время для своих

шуточек, Шлегель,- недовольно сказал он. Шлегель заулыбался.

Понимаю, понимаю,- участливо произнес он,- Тебя вновь выбарали в Управлении во все дыры,

А они по-своему правы,- отозвался капитан,- подумать страшно, сколько у нас безобразий в районе за последний только месяц…

И это если еще учесть, что в Управлении не все знают Добавил лейтенант Шлегель,- впрочем, сами тоже виноваты: сколько раз обещали прислать нам свежее пополнение…

А, кстати,- сказал капитан,- я как раз собирался сегодня позвонить в Академию своему брату, коменданту Лассарду. Он как-то пообещал выделить мне тек самых ребят, что участвовали в ликвидации Короткого Мака…

В это время двери служебного помещения раскрылись, и ни пороге появился какой-то тип в новенькой полицейской форме с капитанскими нашивками. Тип этот сразу же произвел и на Лассарда, и на Шлегеля целиком отталкивающее впечатление: небольшого роста блондин с редкими волосами, с треугольным лицом, на котором неестественно ярким пятном выделялись большие слюняные губы, с маленькими, точно свиными глазками, прячущимися за толстыми линзами очков в роговой оправе…

– Капитан Лассард?- спросил вошедший. Тот кивнул. Слюнявый тип подошел к самому столу. Меня зовут капитан Маузер. Я…

– Вы, наверное, изобретатель пистолета?- съехидничал лейтенант Шлегель,- и как вам только удается стрелять в таких очках?…

Маузер с удивлением посмотрел на него.

– Вы нашли слишком скверное место для своих шуточек. И вообще, соблюдайте субординацию,- Маузер Презрительно измерил Шлегеля взглядом,- лейтенант…

Лицо Лассарда приобрело официальный вид.

– Слушаю вас, капитан,- промолвил он.

– Я – капитан Маузер! Лассард вежливо улыбнулся:

– Это мы уже слышали.

– Я прислан в ваш шестнадцатый участок из Управления, чтобы контролировать вашу работу, потому что ваш участок – самый скверный во всем городе. Нигде в городе нет столько нарушений законности, как у вас, капитан!

Лассард обескуражено молчал.

– Так вот: мне даны большие полномочия. Предлагаю вам, Лассард, за тридцать дней наладить работу, а иначе…

– Что иначе?- поинтересовался Шлегель.

– …иначе вы будете уволены со службы в городской полиции,- пообещал Маузер.- А у вас,- он резко повернулся к Шлегелю,- будет такой начальник, что вы напишете рапорт «по собственному желанию» через двадцать четыре часа.

– Не понимаю,- сказал Лассард,- я сам только что приехал из Управления…

– Вам, капитан, там больше не верят,- произнес Маузер,- вы исчерпали доверие начальства. Кстати, начальник полицейского участка должен в любую минуту с закрытыми глазами сказать, что произошло на вверенной ему территории за истекшие сутки. Так что же произошло у вас, Лассард?

Капитан молча протянул ему кипу бумаг.

– Это рапорта,- сказал он,- можете ознакомиться с этим, Маузер.

Капитан взял отчеты и, поправив очки, принялся читать вслух:

– Сержант Роуперт сообщает: драка со стрельбой в подпольной клинике Макномары по нанесению татуировок. Некто Андерсен устроил разборку после того, как при татуировке члена заработал заражение крови. Двое раненых, один из них – сам Макномара – очень тяжело. Так, так… Ага, вот еще: рапорт лейтенанта Джефферсона. Трое некрофилов, пробравшись ночью в морг местной клиники Таундеша, бесчинствовали там до рассвета. Принеся с собой в термосах кипяток, они при ПОМОЩИ шланга закачали его в половой орган скончавшейся неделю назад Агаты О'Клови, девяностодвухлетней старухи и насиловали труп до полного изнеможения… Гм-м, не понимаю, как это можно насиловать труп – он что, сопротивлялся?