Лучшее шоу галактики (СИ) - Халимендис Тори "Тори Халимендис"

— Тревор!

— Макси!

— Максимиллиана!

— Танаску!

— Где вы? Ау!

— Отзовитесь!

Распахнулась дверка в конце коридора, и оттуда выглянула стриптизерша, замотанная в полотенце.

— Что за шум?

Мужчины, наверное, массово онемели при виде едва прикрытой роскошной фигуры звезды, так что после некоторого молчания ответить пришлось мне:

— Мы ищем тебя и Тревора. У вас все в порядке?

Макси фыркнула.

— Глупый вопрос! Я застряла невесть где, на какой-то дикой зачуханной планетке, мне не предоставили элементарных бытовых условий, лишили связи с внешним миром, а теперь еще и спрашивают, все ли в порядке. Конечно, нет!

— Эта в норме, — непочтительно констатировал Сай. — А где второй?

— Макси, где Тревор? — повторил вопрос Ральф.

Стриптизерша закатила глаза.

— Я что, нанималась за ним следить? Здесь где-то. Ищите сами, если он вам так нужен.

— Его нигде нет! — с истерическими нотками взвизгнул Тарог, и у меня по спине побежал холодный пот.

Максимиллиана скривилась.

— Посмотрите в кладовой. Готова держать пари: он там, подкрепляется сардельками в томатном соусе из жестянок. И лакает лимонад, раз уж ничего крепкого нам не дали. Сокрушался вчера, что пива нет — фу!

В небольшую кладовую капитан распорядился перенести часть съестных припасов из корабля, чтобы не бегать туда-сюда всякий раз при готовке. Надо отдать Ральфу должное: вскоре после постройки дома для переселенцев он велел команде разбить небольшой огород и посеять там обнаруженные на «Восходе» семена. Уверенности, что шоу продлиться достаточно долго, чтобы снять хотя бы первый урожай, на тот момент не было ни у кого, но поселенцы с энтузиазмом принялись за дело. Отлынивали, опять-таки, только прозаик и стриптизерша, нo и тех загнали на грядки угрозой лишить доли пищи.

— Кто не работает… — лукаво поблескивая глазами, заявил Кай.

— …тот не ест! — подхватил Май.

Но пока что не проклюнулись даже первые ростки, собирать в лесу грибы-ягоды команда не рисковала, так что в ход по-прежнему шли припасы с корабля, благо, их хватило бы на десять человек надолго. Дитмар и Дан приловчились удить рыбу, которую после исследований в экспресс-лаборатории объявили съедобной, и таки образом разнообразили меню, но Танаску, если решил перекусить, на рыболовлю точно не отправился. Следовательно, находиться он мог либо на кухне, либо в кладовой, раз ни в спальне, ни в общей гостиной его не обнаружили.

— Здесь его тоже нет! — выкрикнул Норд, распахивая дверцу в кладовую.

Несколько раз обойдя все комнаты и даже заглянув под раскладные койки, мы вынуждены были признать: Танаску исчез. Взволновались и перепугались все, кроме оставшейся невозмутимой Максимиллианы.

— Поду-умаешь, — протянула она, полируя ногти. — Прогуляться вышел, всего-то. И нечего устраивать из-за ерунды переполох.

Молчание напоминало воздух перед грозой: тяжелый, душный, сгустившийся. Все взгляды скрестились на Макси, но она ничего не замечала. Вытянула перед собой руку, пошевелила пальцами, беспечно улыбнулась.

— Самое модное покрытие сезона. Золотой аквариум Дарроса.

Ногти поблескивали золотом, по которому шли радужные разводы, так похожие на маленьких юрких змеек горячей полупустынной планеты Даррос.

Первой не выдержала Эмма.

— Это невыносимо! — выкрикнула она, сжала кулачки и сделала шаг вперед.

Рик обхватил ее за плечи, прижал к себе и укоризненно произнес:

— Действительно, Максимиллиана, ты слишком легкомысленна. Пропали уже двое участников.

Стриптизерша повернулась к бывшему любовнику, смерила его взглядом, задержалась на обнимавших соперницу крепких смуглых руках и выпалила:

— Может, они заодно?

— Кто? — не понял окончательно растерявшийся Тарог.

— Да эти блаженные. Горе-писака и фиглярка с бубном. Договорились где-нибудь отсидеться вдвоем и похихикать над тем, как вы будете суетиться и разыскивать их. Как вариант, хорош?

Ее цинизм меня возмутил, но… но… но я, немного подумав, не поручилась бы за то, что ее предположение так уж неправдоподобно. В конце концов, кто вызвался дежурить вместе с Танаску? Кто не реагировал на его язвительность? Кто старательно демонстрировал дружелюбие, но при этом не сошелся близко ни с кем из команды?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Алия, — выдохнули в унисон со мной Норди и Дан.

— Алия? — удивленно повторил стилист.

— Но зачем бы ей это понадобилось? — дружно удивились Кай и Май.

На лицах близнецов тоже была написана растерянность, причем куда более сильная, чем у не слишком смышленого Тарога.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Конечно же, слова Максимиллианы никто всерьез не воспринял. Рикардо даже обозвал бывшую возлюбленную злобной дурой, на что стриптизерша яростно сверкнула глазами, а Эмма испуганно сжала руку гонщика. Кажется, она всерьез опасалась очередной драки, но Макси была не столь глупа, чтобы набрасываться на заведомо более сильного противника. Она только процедила сквозь зубы парочку крепких ругательств, а потом присовокупила к ним несколько слов на неизвестном мне языке, отчего Рикардо побагровел так, словно ему перекрыли дыхание.

— Это на танургском, — вполголоса пояснил мне на ухо Тарог, который, оказывается, успел подойти и теперь стоял за спиной. — Обозначает мужчину, у которого… э-э-э… ну, ничего не выходит с женщиной. Но не такого, как я, а такого, который ничего не может.

Формулировка насмешила меня, несмотря на серьезность ситуации, но не успела я замаскировать кашлем смешок, как удивилась ещё сильнее. Эмма упрямо вскинула подбородок и заявила:

— Врешь. А если сказала правду, значит, тебя просто не хотят. Я бы на твоем месте постыдилась в этом признаваться.

На щеках ее полыхали алые пятна, и даже маленькие аккуратные ушки с трогательными сережками в виде мышат в юбочках покраснели. Макси от удивления разинула рот, но быстро справилась с собой и перешла в атаку.

— А ты откуда знаешь? Уже успели, да? Не такая уж и скромница наша недотрога, верно?

Рикардо выдернул руку из ладошки подруги, сжал кулаки, но, что бы он ни собирался сделать или сказать, ничего не успел. Ральф громко хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание.

— Спокойствие, уважаемые участники! Нам всем нужно успокоиться и решить, что делать дальше!

Макси, отступившая на всякий случай за кресло, проворчала:

— Подавать сигнал бедствия и требовать, чтобы нас поскорее вытащили отсюда, что еще?

— Умная очень, — неожиданно обозлился Дан. — Вот и требуй, не знаю только, у кого. И сигнал сама подавай. Можешь костер развести, как в стародавние времена, вдруг кто из пролетающих мимо заметит.

— Можно попробовать послать сигнал с «Восхода», — задумчиво предложил Ральф. — Вот только не уверен, что его услышат. Все-таки музейный экспонат многовековой давности, сами понимаете.

— Все равно! — воодушевился Сай. — Давайте попробуем!

Как мы всей толпой уместились в небольшой рубке — ума не приложу. Даже Максимиллиана оставила свое привычное равнодушие и понеслась на «Восход», опережая остальных бегущих.

— И что теперь? — несколько разочарованно спросил Норд.

Ρадостное настроение, охватившее меня после слов Ральфа, мгновенно сдулось. Мои спутники переглядывались с растерянным видом, грустно качали головами. Все мы умудрились упустить из виду то, что управление старинными кораблями отличалось от простой панели современных. Это катерами нового поколения мог бы управлять даже ребенок, задав примитивную программу. А здесь… Разноцветные кнопочки, рычаги и рычажки, какие-то странные датчики. Подписи стерлись от времени, и понять, какая кнопка для чего служит, возможным не представлялось.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Инструктаж перед отлетом не проводили? — с надеждой спросил Дирк.

Дитмар сокрушенно мотнул головой.

— Нет, только объяснили, как задраивать и открывать люк. Да там все просто, два положения рычага, «закрыто — открыто», не ошибешься.