Лучшее шоу галактики (СИ) - Халимендис Тори "Тори Халимендис"

ПРОЛОГ

Я ослепительно улыбнулась в камеру.

— На сегодня все. С вами была Арина Вольнова, увидимся через неделю.

Заиграла музыка, померк яркий свет, и почти сразу же у меня в наушнике раздался голос Светы, помрежа:

— Ринка, тебя Дим Димыч к себе требует. Сказал, чтобы шла сразу же, как освободишься.

Мне стало не по себе. Интересно, и зачем я понадобилась Великому и Всемогущему? Неужели хочет сообщить о том, что я могу отправляться в свободное плавание? Шоу «Райский остров» вот уже год транслировалось в прайм-тайм по Первому Развлекательному, обросло огромным количеством зрителей, набрало немалые рейтинги, но, увы, подходило к концу. По обстоятельствам, которые от команды не зависели: заканчивался договор аренды чудесного острова в Коралловом море Зайтунга, где проходили съемки. Но я надеялась на новый контракт: зрители меня любили, моя физиономия за прошедший год пять раз украшала обложки женских журналов, обо мне чуть ли не каждую неделю писали статьи на новостных порталах. Неплохо для девицы, пришедшей на канал всего три года назад и начинавшей с выполнения мелких поручений, не так ли? Зрительницы копировали мою прическу — светлые локоны до плеч в стиле кинодив середины двадцатого века. Подражали манере одеваться: платья с узким лифом, широким поясом и юбкой-солнцем. Меня узнавали на улицах, просили автографы. Но… слава телезвезды недолговечна, мне ли не знать? И если Дим Димыч вышвырнет меня вон, то ещё неизвестно, захотят ли предложить контракт конкуренты.

Избавившись от микрофона и наушников, я покинула площадку и медленно побрела к вилле, где селилось все руководство проекта. Пусть Дим Димыч и жаждет увидеть меня как можно скорее, но на двенадцатисантиметровых каблуках не побегаешь. В ночном небе ярко сияли крупные звезды, обе луны Зайтунга лили желтоватый свет. Совсем рядом с рокотом накатывали на берег волны, в кустах пели крохотные, с детский кулачок величиной, ночные птицы, источали нежное благоухание дивные цветы, росшие только в этих краях: крупные белые соцветия с алой сердцевиной. Красивое все-таки место! Жаль его покидать, но придется уже скоро.

Димитри Поторогу, генеральный директор Первого Развлекательного, поджидал меня на открытой террасе. Облаченный в пеструю рубашку и легкие светлые брюки, он сидел на диване и пил ярко-малиновый коктейль из высокого бокала. Поредевшие рыжие волосы, морщины на загорелом лице, приветливая улыбка, показное жизнелюбие и взгляд голодной акулы — вот вам портрет моего начальника.

— Арина! — радостно воскликнул он, но даже не приподнялся с дивана. — Счастлив видеть, звезда моя! Все хорошеешь, все хорошеешь! Хочешь выпить?

— Не откажусь, — осторожно ответила я.

От Дим Димыча можно ожидать чего угодно. Он способен осыпать комплиментами и одновременно подписывать приказ об увольнении, так что расслабляться нельзя.

Директор нажал несколько кнопок на панели, и из стены выдвинулась полочка, на которой стоял бокал. Только его содержимое отличалось по цвету от напитка Димыча: не малиновое, а зеленое.

— Девушки любят сладкое, верно? — лукаво осведомился директор, протягивая мне напиток.

Я устроилась в кресле и пригубила коктейль. Молча, поскольку знала по опыту: Дим Димыч не любит лишних расспросов. А в моем положении лучше не навлекать на себя неудовольствие начальства.

— Арина, сколько вам осталось записать серий?

От неожиданности я едва не поперхнулась. Слишком быстро он перешел к делу, не стал ходить кругами. Непохоже на Димыча. Неужели и впрямь собирается уволить?

— Еще два выпуска и финал.

— Значит, всего три. А чем намереваешься заняться потом? Собираешься в отпуск?

— Да кому нужен отпуск после курорта Зайтунга? — отшутилась я.

Дим Димыч внимательно посмотрел на меня.

— Это хорошо, что ты не рвешься на отдых. Вот, изучи.

Он вытащил из портфеля папку и бросил ее на столик передо мной. Я открыла защелку, принялась просматривать бумаги и испытала искреннее недоумение. А ещё — радость и неверие. Все-таки некоторые вещи слишком хороши, чтобы происходить в действительности.

— Шоу «Поселенец»? Εжедневные эфиры по будням и вечерние воскресные выпуски? Но зачем им нужна я? Гораздо больше подойдет сурового вида мужик с бородой типа Джона Вернона.

— Для контраста, — охотно пояснил Дим Димыч. — Хрупкая блондинка, которая не боится трудностей.

Это я-то не боюсь трудностей? Ну, может, и не боюсь, не знаю. Не приходилось сталкиваться. Все-таки привычка пользоваться благами цивилизации у современного человека (и не-человека) в крови, а «Поселенец» предполагает, как я поняла по первой же странице, отказ от многих достижений последних десятилетий. Для участников, конечно же, не для съемочной группы.

— Планета Альфа-А? Это где у нас такая? — задала я следующий вопрос, дочитав до места проведения съемок.

— Там написано, — буркнул Дим Димыч.

Я перевернула страницу и присвистнула. Вслух. Ничего себе, медвежий угол! Туда хоть космолеты-то летают?

Директор, похоже, испугался, что я откажусь, потому как заговорил обманчиво-ласковым тоном:

— Арина, дорогая, ты на сумму посмотри для начала, а потом уже принимай решение.

Я дошла до нужной строки и опять присвистнула. В душе всколыхнулись подозрения.

— Чего от меня хотят?

Дим Димыч отвел взгляд.

— Как обычно, Ариша. Спонсор тебя увидел, впечатлился. Сказал, что хочет эту девочку для своей программы.

Ариша? Хочет эту девочку для программы? Нет, дело точно нечисто.

— Да за такие деньги вам вся съемочная группа нагишом в бассейне с крокодилами плескаться согласится! Мне такие гонорары и не снились!

— Вот и радуйся! — рявкнул Димыч. — Поработаешь пару сезонов и обеспечена, считай, на всю оставшуюся жизнь. Ну что, подписываешь?

Я решительно захлопнула папку.

— Нет.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Лобби-бар отеля «Четыре солнца», одного из самых фешенебельных на Тартуме, пустовал. Да и сам отель никак не мог похвалиться обилием туристов. Объяснялось все просто: курортный сезон закончился две недели назад, и все четыре солнца круглосуточно поливали Тартум жгучими безжалостными лучами, заставляя плавиться дорожные покрытия, трескаться камни, нещадно уничтожая почти все живое, кроме привыкших к жаре голых кустарников и мелких шустрых зверьков-ронхи, обладателей на редкость крепких когтей и острых зубов. Ронхи жили в глубоких норах и периодически совершали набеги на города, жители которых предпочитали не покидать в зной домов без особой нужды. После того, как стая зверьков проносилась по улицам, горожане обнаруживали разбитые защитные купола и обглоданные деревья. Жара длилась на Тартуме около двух месяцев, зато когда она отступала, на планете вновь начинала бурлить жизнь. Сюда приезжали не ради красивых пейзажей или морских купаний, о нет. Планета славилась как одно из самых злачных мест Галактики, где на каждом шагу можно было выиграть состояние — и тут же прокутить его.

Димитри Поторогу устроился в затененном углу бара и потягивал из запотевшего бокала прохладное пиво. Передо мной стыл кофе в крохотной чашечке.

— И все-таки мне это не нравится, — в который раз повторила я.

— Можно подумать, я в восторге, — огрызнулся Димыч. — Или что у нас есть выбор. Либо работаем, либо вылетаем на обочину жизни и любуемся, как другие стремительно возносятся к богатству и славе.

Выбора нам действительно не оставили. Мне так точно. Не знаю, чем прижали Димыча, но я вовсе не хотела остаться безработной и отправляться на биржу, где никто не предложит бывшей звезде мало-мальски приличное место. Некто, оставивший сообщение на моем коммуникаторе, выразился предельно ясно: либо я принимаю предложение Первого Развлекательного, либо перспективы у меня самые мрачные. Мне даже не хотелось узнать, зачем таинственным спонсорам понадобилась именно я. Некоторые тайны слишком дорого обходятся своим обладателям.

— Задерживается, — проворчал Димыч, имея в виду режиссера нового шоу, встреча с которым была назначена на девять утра. — Дрыхнет, небось, после бурной ночи.