Танец маленьких разбойниц - Спаркли Хейтер

В обоих случаях свидетели говорили о какой-то канадской подруге, высокой девушке с длинными темными волосами. Странно. Диана нахмурила лоб, пытаясь вспомнить, были ли у нее подруги из Канады.

Да, была одна, еще в школе Диана переписывалась со сверстницей из Торонто.

Всю ночь девушка просидела за компьютером, пока просочившиеся в комнату лучи утреннего солнца не заставили ее очнуться. Она сдернула с головы грохочущие музыкой наушники. В клубе напротив было тихо.

Диана обожала ночную жизнь и ненавидела раннее утро. Ей не нравился пресный свет, который приходил на смену ярким огням ночи. Он нагонял непонятное уныние. Беглянка задернула шторы, забралась под одеяло и попыталась уснуть. Но возбуждение пересилило физическую усталость. Диана представила лицо Вилли: может быть, ей удастся установить с ним телепатическую связь? «Ты здесь?» — мысленно спросила она. «Да, я здесь, с тобой, — откликнулся воображаемый Вилли. — Я люблю тебя». Они немного поболтали, пока Диана не забылась тяжелым, беспокойным сном.

Часть четвертая

«Он попал в плохую компанию»

Глава 12

Когда Хлоя и Блэки приехали в Грас и добрались до отеля, адрес которого был указан в письме Эдди, выяснилось, что самого Эдди в отеле нет. Девушка за стойкой сказала, что он ушел рисовать.

— Вы найдете его на площади Озэр, это в Старом городе, — объяснила она.

Подруги расписались в регистрационной книге, получили ключи от комнат и пошли наверх устраиваться. Когда Хлоя распаковывала вещи, в дверь постучали.

На пороге стоял тощий долговязый парень с песочно-желтыми волосами, длинные непокорные вихры топорщились в разные стороны. «Моцарт в период творческого кризиса», — невольно подумала Хлоя. На вид парню было лет двадцать пять. На одном плече у него висел небольшой черный рюкзачок, на другом — видеокамера.

— Привет. Это ты искала Эдди? — Он говорил, слегка растягивая слова. Австралийский акцент, определила Хлоя.

— Нет, моя подруга. А ты кто такой?

— Меня зовут Камерон, — представился парень. — Я друг Эдди.

— Хлоя. Комната Блэки рядом.

Парень улыбнулся. Не отрывая взгляда от Хлои, он постучал в дверь соседней комнаты.

— Привет, — сказал Камерон, когда Блэки распахнула дверь. — Я друг Эдди. Мы с ним договорились встретиться в кафе. Хочешь, пойдем вместе?

— Конечно хочу! — воскликнула Блэки.

— Ого, классный Ганеш. — Камерон кивнул куда-то в глубь комнаты.

Блэки обернулась. На кровати среди раскиданных вещей лежала золотая статуэтка.

— Нравится?

— Очень. Давай возьмем его с собой.

— Зачем? — удивилась Блэки.

— Хочу угостить его обедом.

— Хорошо, пускай идет с нами, но только если ты сам его потащишь.

Хлоя ошиблась: Камерон оказался не австралийцем, а уроженцем Новой Зеландии. На вопрос Блэки, чем он занимается, юноша сказал, что находится в творческом поиске. Этот поиск привел его в Грас, один из центров парфюмерной промышленности Франции, прославившийся своей школой по подготовке профессиональных «нюхачей». Здесь Камерон собирался снимать художественный фильм, точнее — один из эпизодов, под рабочим названием «большой нос». Их новый знакомый уже успел попробовать себя в разных профессиях! В Индии Камерон пытался сделать карьеру киноактера, предлагая себя на роли героя-любовника, попытка не увенчалась успехом, но зато он приобрел бесценный опыт, поработав сборщиком чая и сапожником, а заодно освоив несколько престижных профессий вроде уличного дантиста и чистильщика ушей. В Венеции Камерон познакомился с профессией гондольера. В Америке он вновь вплотную приблизился к миру кино: юноше посчастливилось устроиться в рекламное агентство, и он целый месяц продавал на улицах Лос-Анджелеса буклеты с описанием особняков голливудских звезд.

Камерон приехал в Грас специально для того, чтобы пройти тестирование в школе «нюхачей». Как утверждал путеводитель, школа работает с понедельника по пятницу, абитуриентов принимают без каких-либо предварительных условий, желающие проверить силу своего обоняния могут просто прийти и записаться на тестирование. Увы, авторы путеводителя ошиблись: летом школа закрывалась на каникулы. Но что касается самого города, «привлекавшего парфюмерные фабрики своим необыкновенно чистым воздухом и расположенными вокруг полями, где благоухали тысячи и тысячи цветов», тут путеводитель не соврал.

— В мире полно парфюмеров, но меньше половины из них обладают сверхчувствительным обонянием. Чтобы стать профессиональным «нюхачом», надо иметь настоящий талант, — сказал Камерон.

— А у тебя есть… нюхательный талант? — спросила Блэки.

— Сомневаюсь. Только для того, чтобы тебя просто приняли в школу, ты должен уметь различать не меньше пятисот различных запахов. Я просто хотел посмотреть, как проходит тестирование, ведь по сценарию главный герой моего фильма мечтает стать парфюмером.

— ГМ, странный талант — умение нюхать окружающий мир. — Блэки пожала плечами.

— Знаешь, меня занимает другое. Очень немногие люди, окончившие школу, становятся профессиональными парфюмерами. Представь, ты обнаруживаешь в себе какие-то способности, мечтаешь воплотить их в жизнь, а потом выясняется, что твой талант — совершенно бесполезная штука. Ну и что ты будешь делать дальше?

Камерон посмотрел на статуэтку, Ганеш лежал у него на руках, словно младенец. Остановившись, он опустил статуэтку на каменную мостовую и включил видеокамеру.

— Эй, Блэки, хочешь поработать ассистентом режиссера? Возьми Ганеша и передвинь его вон туда. — Юноша показал на середину улицы, которая довольно круто поднималась вверх по холму.

Блэки послушно исполнила указание режиссера.

— Теперь еще на пару футов. Отлично. И еще разок. Я потом сделаю монтаж, получится, будто бы он сам карабкается на холм. Черт, у меня возникла гениальная идея! — Камерон хлопнул себя по лбу.

— Поделись, если не секрет.

— А ты посмотри на его нос. Что ты будешь делать, если у тебя вместо носа хобот? Значит, сценарий такой: Ганеш, индийское божество с головой слона, чистый и невинный, как дитя, приезжает в Грас, он всю жизнь мечтал выучиться на парфюмера, но…

— …Но здесь он попал в плохую компанию. Новые друзья учат его разным пакостям — это будем мы. — Блэки скроила страшную физиономию. — Они толкают Ганеша на путь разврата и губят его невинную душу…

— Точно. А потом он влюбляется в девушку… такая красавица, вроде Эсмеральды.

— Ага. Это тайная любовь. Ганеш стыдится своего уродства и не решается даже приблизиться к ней, но надеется, что в один прекрасный день, когда он добьется успехов и станет известным парфюмером, девушка поймет, что за безобразной внешностью скрывается великий Талант, и полюбит его.

Хлоя молча брела позади Блэки и Камерона. Она с угрюмым видом поглядывала по сторонам, хотя сама не мота понять причину своего раздражения. Может быть, Хлою злило, что Камерон и Блэки так легко нашли общий язык и, казалось, совершенно о ней забыли? Или, может быть, все дело в ярком солнце, высоком голубом небе, неровной мостовой и выщербленных ступенях старой каменной лестницы, ведущей к центру города. Почему-то в воображении возникали средневековые сюжеты, и в голову лезли странные мысли о раскаявшихся грешниках, которые, подобно Христу, взваливают на плечи тяжелый крест и тащатся на вершину горы в надежде получить отпущение грехов. Узкие извилистые улочки казались Хлое бесконечно длинными, точно серые призрачные видения.

Главная площадь имела более жизнерадостный вид. Кафе с разноцветными вывесками, пестрые цветочные клумбы и большой трехъярусный фонтан несколько развеяли мрачное настроение Хлои. Эдди рисовал, сидя за столиком на террасе кафе.

— О, привет! — воскликнул он, увидев Блэки. — Ты все же приехала!

— Приехала.

— И уже успела познакомиться с Камероном?

— Как бизнес? — спросил Камерон.

— Так себе. — Эдди махнул рукой и захлопнул альбом.

Они заказали пиво. Теперь настала очередь девушек делиться подробностями своей биографии. Блэки сказала, что в этом году закончила колледж и пока не решила, чем хочет заниматься дальше. Вообще-то ее интересует кино, но родители советуют поступать на юридический факультет. Хлоя осенью собирается в университет, она хочет изучать английскую литературу, однако понятия не имеет, что будет делать, получив степень магистра литературы.

Эдди сказал, что у него уже есть ученая степень и диплом факультета прикладного искусства Технологического института Торонто. После окончания института он пробовал себя в разных областях: дизайн, реклама, фотография, даже немного поработал в газете в отделе криминальной хроники. Нет, художника, рисующего картинки в зале судебных заседаний вряд ли можно назвать журналистом. Но ему всегда хотелось путешествовать. Эдди подцепил «дорожный вирус» еще в детстве, от сестричек Херш, они тоже много путешествовали. И только два года назад, после некоторых событий — Эдди не стал вдаваться в детали, каких именно, — он решился покинуть Канаду и отправился посмотреть мир. Он уже говорил Блэки, где успел побывать. Что же касается Камерона, то они познакомились в Индии.