Трикси Трейдер - Хелен Данн

— Трикси? — Я поднимаю глаза и обнаруживаю Манфреда, который возвышается надо мной как скала, перегнувшись через свои мониторы. Они как раз напротив моих.

— О, привет, Манфред. Надеюсь, тебе понравилась вечеринка? — Я приветливо улыбаюсь. — Было очень приятно пообщаться с коллегами в непринужденной атмосфере.

— И заодно вытянуть из нас сведения о наших клиентах, да? — Внезапно он делается огромным и зловещим.

— Прости?.. — Я делаю удивленное лицо. Когда сомневаешься, глупо действовать наобум.

— Я только что разговаривал со своей мамой.

— С мамой? — Ого. Не иначе что-то случится. Например, пфенниг упадет в цене…

— Да. Она работает личной секретаршей у главы компании телекоммуникаций — одной из тех, что я упоминал в пятницу. Компания, которую я пасу уже много лет — с помощью моей мамочки…

— Я могу все объяснить. — Я встаю на ноги, чтобы хоть немного восстановить баланс между нами. Слишком уж угрожающе он выглядит, нависая надо мной.

— Не трудись, — фыркает Манфред. — Но я предупреждаю тебя… — Он трясет пальцем перед моим носом. — Если я узнаю, что ты занимаешься моими клиентами за моей спиной, я пожалуюсь руководству. Ты поняла?

Я киваю и опускаюсь обратно на стул. Я чувствую себя как школьница, стащившая чужую шоколадку… Но стоит мне представить, как Манфред выплясывает, облаченный в цветастые штаны, — и настроение снова поднимается.

Звоню Джулии, но она слишком занята, чтобы трепаться со мной. Она признается, что работает над крупной сделкой, но не хочет рассказывать, чтобы не сглазить. И потом, для меня это-соль на раны. Особенно учитывая, что она-то уже заслужила себе премию за этот год.

Я убираю записную книжку в сумочку. Нет смысла. Сегодня явно не мой день. Когда я вновь поднимаю глаза, рядом стоит Киаран — в руках по чашке латте.

— Вот, держи, пока не остыл. Прости, что не явился раньше, как обещал, но у меня было беспокойное утро.

Он присаживается на краешек стола и кивает на череп и кости.

— Твоя работа?

— Отчасти, — признаю я, опуская глаза. — Он меня убьет, когда узнает, что я сказала Лиз. Ладно, лицезрение ее лица того стоило.

Киаран отхлебывает кофе.

— Как прошло утро? Удалось что-нибудь сделать с клиентами, которых ты приметила в пятницу?

Я мотаю головой. По крайней мере, ему достает благородства не смеяться, когда я рассказываю о беседе с Манфредом.

— Попробуй пообщаться с людьми, которых я тебе сдал вчера. На них, по крайней мере, не претендует никто из коллег…

— Да. Разумеется. Джим разрешил мне поехать в Нью-Йорк, и я уже позвонила в агентство насчет билетов на следующую неделю. Затем:

завтра я ужинаю с доктором Норико, а в среду обедаю еще с одним потенциальным клиентом. Так что пожелай мне удачи. Он улыбается.

— Грядет насыщенная неделя, верно?

— Надеюсь, что так. Часы бегут, ау меня пока — никаких достижений.

Киаран закатал рукава рубашки, и я вижу очертания его бицепсов. Он в отличной физической форме. И необычайно хорош собой…

— Так что же, выходит, у тебя не найдется времени поужинать со мной? (Я крепко стискиваю чашку.) Мне понравилась наша прошлая встреча. Был бы рад повторить.

— Хочешь сказать, еще одна «Пицца-экспресс»? Кажется, нечто подобное было…

Заткнись, Трикси! Язык твой — враг твой. Не будь привередой. А то он, чего доброго, отменит приглашение.

— А! То-то мне показалось, прошлый раз тебя не впечатлил. Надо было видеть твое лицо, когда мы подошли к двери. Ладно, я хочу замолить грех. Как насчет «Айви»?

— Что? Ты можешь заказать там столик? Когда? — Внезапно я понимаю, что свободна в любое время дня и ночи. Доктор Норико может ужинать в одиночестве, если ему угодно.

— Как насчет пятницы? Конечно, я могу заказать столик. Я числюсь в их списках. Ближе к делу уточню детали. А тебе желаю удачи с твоими клиентами.

Он легонько касается моей руки и возвращается к столу. А я… Господи Боже мой! У меня всего лишь четыре дня, чтобы привести себя в порядок. Все равно что ничего. Надо срочно позвонить в салон «Аведа» и еще… И что, черт возьми, я надену?

Вторник, 17 октября

(до «Дня X» 28 дней — кажется, я получила, что хотела, а вот про доктора Норико этого не скажешь)

Доктор Норико уже сидит за деревянным столиком, когда я вхожу в ресторан, лишь чуть-чуть опоздав. М-да, в аэропорту он выглядел гораздо бодрее — в особенности когда углядел двух прелестниц на заднем сиденье лимузина. Нынче вечером он небрит, а под глазами залегли черные тени. Меня не замечает, поскольку уставился в запотевший стакан с саке. Внутри плавает золотой листик, посему я с уверенностью могу сказать, что пьет он «Хокусетсу Хоньозо Кинпаку-ири». Не мог заказать что-нибудь подешевле?! Впрочем, на этот раз плачу не я…

— Прошу вас — Официант отодвигает для меня деревянный стул, и доктор Норико вздрагивает от неожиданности.

Он вежливо поднимается на ноги и наклоняется над столом, чтобы обменяться рукопожатием. На этот раз, слава богу, уже не требуется предъявлять ему визитку. Я все равно ни в жизнь не запомню, какими пальцами и за какой уголок ее следует держать, чтобы не обидеть японца. Японцы, этот цивилизованный и могущественный народ, удивительно косны в плане придирок к идиотским мелочам. Но как бы там ни было, доктор Норико подпустил меня к себе. Он принял мое предложение и сам попросил о встрече. Так что командовать парадом буду я. Я усаживаюсь; официант кладет мне на колени льняную салфетку. Я заказываю бокал шампанского. Саке меня как-то не вдохновляет, несмотря на золотые листья.

— Как поживаете, доктор Норико? — спрашиваю я. — Должна признаться, ваше приглашение меня удивило — учитывая это ужасное недоразумение в аэропорту.

— Боюсь, мисс Трейдер, сегодня вечером также налицо недоразумение. — Доктор Норико потягивает саке. Крошечный кусочек золотистого листика прилипает к его 176с Он обводит рукой окружающую действительность. — Нас здесь только двое. Насколько я помню, речь шла о четверых. — О четверых, да? Хм. Похоже, некоторые люди в принципе неспособны извлекать опыт из имевших место событий.

— В самом деле? О, боюсь, это невозможно. Во-первых, обе молодых леди сегодня вечером заняты, а во-вторых, я решила больше не заниматься подобными вещами. Я чуть сума не сошла от страха после того кошмарного инцидента.

Это могло стоить мне работы. Если вас действительно интересуют подобного рода услуги, боюсь, вы обратились не по адресу. — Я снимаю с колен салфетку, аккуратно кладу ее на краешек стола и поднимаюсь на ноги.

— Пожалуйста, Трикси, сядьте. — Доктор Норико глядит на меня — точнее сказать, на мою грудь — и указывает на стул. — Вы правы. Мне следовало извлечь урок из происшедшего…

Я бросаю на него холодный взгляд и усаживаюсь на место.

— А как ваша жена? Кажется, вы говорили, что она вернулась в Токио.

Он понуро кивает, грустно глядит в опустевший стакан и жестом подзывает официанта.

— Да, она решила, что с нее хватит путешествий. Хм. Ее отъезд был не похож ни на один из тех, что происходят в «Короткой встрече»… На следующей неделе и я возвращаюсь в Токио.

М-да. Я не уверена, что и в самом деле хочу знать ответ на вопрос, который собираюсь задать, но тем не менее говорю:

— Надеюсь, ее неожиданное решение не связано с тем происшествием в аэропорту?

Дурацкий вопрос. Разумеется, связано. Напрямую и непосредственно.

— Не полностью, — признается доктор Норико, — хотя оно оказало свое влияние. Она пришла к выводу, что Лондон наполнен проститутками, и для порядочной женщины здесь просто не осталось места.

— Сдается мне, это некоторое преувеличение, — вставляю я, одним глазом изучая меню. Пожалуй, я настроена на черную треску, мисо и сасими…

— К сожалению, когда такси въехало в Сити, моя жена уверилась, что видит проституток на каждом углу и перед каждым зданием. Она ухитрилась углядеть их даже перед отелем «Тауэр». Ничто не могло ее разубедить.

— И поэтому она решила вернуться в Токио? Не хочу сказать ничего дурного о вашей жене, но это же просто абсурд. Если бы вы заехали на Коммершл-роуд или Спайтлфилдз — тогда еще куда ни шло, но…

— Я знаю. Но она наотрез отказывалась верить, что женщины, которые стоят у дверей зданий, просто-напросто курят, а не отлавливают мужчин.

— Не показывайте ей Амстердам, — говорю я ему, — если с вами не будет меня…

Доктор Норико смеется. Его маленькие глазки превращаются в узкие щелки, а нос-пуговка начинает дрожать. Он у меня в руках. Скоро он и вовсе позабудет, что нас должно было быть четверо. А если он будет продолжать стой же интенсивностью потреблять саке, то ему покажется, что нас здесь именно столько и есть…

— Не пора ли сделать заказ? — вношу я предложение.

Он кивает, подзывает официанта, и они углубляются в разговор по-японски. Глядит на меня, ожидая моих пожеланий. Я оглашаю заказ и выбираю из меню сухое калифорнийское вино из Санта-Барбары. Доктор Норико одобряет мой вкус. Полагаю, один раунд выигран…