Рандолевый катран - Сергей Буянов

– Всё! Свободны! – тренер вышел из раздевалки.

– Тебя кто за язык тянул, Фунтик? Если из-за тебя, козла, в город не попадём…

– Да ладно, всегда попадали. А сейчас выиграли в два мяча!

– Чё это он? – спросил всех вошедший Павел.

– Чего ты наглеешь? Кто мячи таскать будет? У нас, господин победитель, свои правила! – сказал Ятранкин.

– Ага! Вижу, что свои. Все люди в футбол играют, а вы в поддавки!

– Не тебе судить! Попал на игру случайно, радуйся!

– А я вот, на радостях-то, ща поучу тебя хорошим манерам!

Футболисты притихли.

Ятранкин сделал шаг к Буракову, без замаха сделал движение головой в грудь противнику. Хотел ударить, но Паша увернулся, позволив любимцу сборной протаранить шкаф. Затем он взял нападающего за майку и принялся шлёпать по заднице, как ребёнка.

– Ещё раз выпендришься, будешь мячи таскать принародно! Я-те обещаю! – приговаривал Паша, держа Ятранкина правой рукой так, чтобы тот не смог вывернуться.

– Отпусти! – подошёл мощный защитник.

– Сядь на место! С тобой иначе разбираться буду! Спереду! Чтобы таких поменьше плодилось!

– Что за гам? – в раздевалку зашёл командный врач.

Паша отпустил Ятранкина.

– Так, шутим.

– А что рожа красная, Ятранкин?

– Энергии много!

– Не набегались? Переодевайтесь, и в автобус! – скомандовал врач и, уходя, добавил: – Пацанва!

– Говорил же, никто никого не накажет! – сообщил Фунтиков.

Но его уже никто не слушал. Дел было по горло: переодеться, забежать в автобус, взять деньги у завхоза, отоварить весь список родных-друзей-знакомых и о себе не забыть!

Ребята рванули из раздевалки с такой скоростью, с которой на поле и в лучшей форме не бегали.

ГЛАВА 10

Машина забарахлила, как водится, в самый неподходящий момент. Нина Петровна выругалась сквозь зубы, открыла капот, посмотрела на технические внутренности своей не самой надёжной подруги. Казалось, что от натруженных деталей идёт дым. Нина Петровна пригляделась: это пар! Что лучше? Она не знала.

– Сейчас должен появиться прынц! – сказала она вслух.

Но "прынц" не спешил.

Многие машины проезжали мимо, никак не реагируя на даму, попавшую в беду. Нина Петровна отчаялась. Рука её устала махать каждой легковушке. Что до грузовиков, то Нине Петровне и в голову не приходило, что там могут быть полезные мужчины.

Когда она решила идти пешком до ближайшего посёлка, чтобы просить помощи у первого встречного, остановился КАМаз. В ушах засвистело от скрипа тормозов! Нина Петровна непроизвольно зажмурилась.

– Девушка! Проблемы? – услышала Нина Петровна молодой голос.

– Полон рот! – сказала она, обернувшись.

– Какие проблемы?

– Напугали вы меня своей махиной!

– Возвращаетесь с юга?

– Да, – Нине Петровне не хотелось разговаривать с незнакомым человеком. Может быть, впервые в жизни.

– Можно я посмотрю вашу машину?

– Я уже смотрела! Там парит! – предостерегла Нина Петровна мужчину, уткнувшегося куда-то в мотор.

– Ничего страшного! – сказал парень, закрыв капот. – Попробуйте завести!

Нина Петровна села в машину, повернула ключ зажигания. Машина приятно заурчала. Нина Петровна выглянула, чтобы поблагодарить неизвестного помощника, но только закашлялась от выхлопных газов уехавшего "КАМаза".

– Бывают же люди! – сказала она. – Бескорыстные и счастливые!

До границы с родным районом оставалось часов десять пути.

Нина Петровна остановилась в первом городке, подъехала к гостинице.

– Только трехместный номер, извините.

– Что случилось, откуда наплыв?

– Да какой-то симпозиум!

Нина Петровна едва не поперхнулась. Какой ещё симпозиум в такой глуши?

– Тут по поводу приватизации губернатор решил собрать всех глав районов на собрание. А сейчас всё модно по-импортному, симпозиум! Вот оно как!

– Так, все главы у вас в гостинице?

– Да уж нам куда уж? Они разместились в бывшей райкомовской, а у нас вся обслуга. Шофера, секретари и сексьюрити.

– Кто, кто?

– Ну эти, жлобы в оттопыренных пиджаках.

– Пристают?

– Куда им! На службе состоят, – тридцатилетняя крашеная блондинка выпятила губки.

Нина Петровна поблагодарила и ушла в номер.

За столом сидели две женщины. Брюнетка мощной комплекции и рыжая с выступающими кнаружи ключицами. Её впалые щёки, наверное, целовались во рту друг с дружкой. Женщины обернулись, кивнули и продолжили пить пиво.

Нина Петровна улыбнулась, ответила на приветствие, хотя её слова потерялись в шуме телевизора. В густом табачном дыму на синем экране едва угадывался профиль диктора.

– Сегодня наши герои отправляются домой. С разгромным счётом, впервые за последние три года! – кричал телеведущий. Напрасно, никто его не слушал.

Нина Андреевна придвинула табурет к кровати, улеглась в брюках, накинув тощее одеяло, закурила, стряхивая пепел в помятую консервную банку с давно сорванной этикеткой.

Нина Андреевна достала книгу и закрылась ею от соседок по комнате.

– Паша Бураков, пожалуй, восходящая звезда нашего футбола!

Нина Петровна поднялась на локтях, книга соскользнула и упала на пол. Обе женщины повернулись к соседке.

Не обращая на них внимания, Нина Петровна вскочила с кровати, подбежала к экрану.

Мельком показали, как наши футболисты садятся в автобус. Нина Петровна отмахнула дым перед телевизором. Картинка сменилась. Уже показывали теннисный корт, который мало интересовал Нину Петровну. Всё же Нина Петровна успела разглядеть довольную физиономию Ленки – официантки из "Катрана".

Вот так да! Выходит, первая мечта девочки осуществилась. Интересно, глухонемой швейцар в "Катране" уже заговорил?

– Случайность, чистая случайность! – сказала вслух Нина Петровна.

– Что так нервничаешь? Выпей пивка! Подумаешь, дела. От всех мужики уходят, – сказала толстая.

Нина Петровна не стала возражать. Она залпом выпила полстакана тёплой дряни с липкой пеной и запахом спирта.

– Послушай, девочка! – сказала толстуха, крутя пухлыми пальцами окурок изляпаный дешёвой жирной помадой.

Нина Петровна уселась напротив. Неплохой типаж, можно поработать! Нина Петровна часто заморгала, вынула платочек и, скрывая улыбку, приложила его к лицу.

– Всё бы ничего, – сказала она, – но в такое время, когда у меня столько проблем!

– Какие твои проблемы, милочка? Денег мало? Поехали с нами! Пару рейсов и приоденешься! – толстуха отпила пива, смачно отрыгнула. – Любой мужик не устоит!

– У меня как раз симпозиум, – всхлипнула Нина Петровна.

Блондинка тронула за плечо подругу. Подмигнула.

Обе вышли в коридор.

Нина Петровна вздохнула. Пожалуй, ей не придётся выходить из номера на ночь, чтобы спокойно поспать в машине.

Соседки вернулись очень скоро. Они в спешке побросали вещи в свои холщовые сумки. Нина Петровна сделала вид, что очень интересуется политическими новостями. Она вперилась глазами в экран телевизора. Толстая взяла со стола початые пластиковые бутылки, завинтила крышки и сунула пиво в сумку. Бросив взгляд на Нину Петровну, взяла гостиничное полотенце, свернула и запихнула в свой баул.

– Ну, бывай, красавица!

Нина Петровна виновато улыбнулась. Мол, понимаю, дела.

Ничего не объясняя, подружки покинули номер.

Нина Петровна раскрыла настежь окно и дверь. Просквозило. Она выбросила газету с объедками, собрала пустые бутылки и унесла в коридор.

Стало свежее.

Нина Петровна прилегла и быстро уснула.

Поутру она удивилась, что за ночь к ней никого не подселили.

Вахтёрша удивила её ещё больше, предложив услуги автомеханика.

– Он у вас в штате?

– Что вы, Нина Петровна! – всплеснула руками гостиничная служащая. – Это мой шурин. И возьмёт с вас совсем немного.

Она сложила руки на груди и склонила голову.

– А скоро он будет? А то времени в обрез.

– Понимаю, симпозиум!

Нина Петровна не стала возражать. Она вышла на крыльцо. Интересно, что за шурин у вахтёрши? Работает с семи утра! Хотя, если понемногу брать с каждой простофили, не только на рубашку заработаешь.

Из гостиницы вышли "сексюрити". Помятые и небритые шофера выглядели совсем уж бросово в сравнении с накаченными дылдами. Не первой, но всё же свежести, парни рассаживались по машинам, командуя шоферами.

Нина Петровна отвернулась, облокотясь на перила. И почему у неё ничего не выходит в личной жизни?

– Аронова Нина Петровна?

Она развернулась всем телом.

– Да. А вы кем будете? – Нина Петровна не удержалась от вопроса. На шурина автомеханика мужчина в светлом костюме-тройке, лаковых штиблетах и серебристом галстуке явно не походил.

– Волконский Александр Андреевич.

– Очень рада! – Нина Петровна пожала протянутую руку.

– Вы ожидаете механика из гаража, – сказал мужчина как о факте известному всему городу.

– Да, и я намереваюсь уехать сегодня же.

– А симпозиум?