Рандолевый катран - Сергей Буянов

– Так они с бабой на ножах! – поведал бригадир алкашей.

Никита понимающе кивнул. Достал сигареты. Бригадир выпросил одну, отломил фильтр, сунул в рот обратной стороной, закурил и продолжил рассказ. Надо бы послать его куда подальше, но Никите не хотелось шевелить языком. Намаялся за день. Он посмотрел на дорогу, когда же прибудет машина? Или Лёня позабыл о "родственничке"?

– Мужик-то он неплохой, только это… – алкаш провёл ладонью под подбородком.

– Поддаёт что ли? – машинально спросил Никита.

– За воротник закладывает, я бы сказал.

Никита посмотрел на алкаша внимательнее. В потрёпанном пиджачке, тёмно-синие брюки заправлены в кирзовые сапоги, сморщенные от пыли и грязи.

– В резине кожа не дышит! – пояснил мужик, заметив взгляд Никиты.

Никита поднялся. Лучше идти пешком, чем околеть на берегу.

– А ты это, привет передай Васильичу! Скажи, всё для него сделаем! Нам это убрать – раз плюнуть!

Никита кивнул головой.

– Дай подкурить, потухла зараза!

Никита протянул зажигалку.

– Так вот, он с бабой на ножах, – как ни в чём ни бывало, продолжил мужик. – Она, видно на его место метит. Да народ не пропустит!

– Да ты агитатор, я погляжу! – усмехнулся Никита.

– Нет, просто за державу обидно. Если нами бабьё командовать станет?

– Тем более, которое не опохмеляет, – пробурчал Никита.

– Ты думаешь, чего это они ходят по берегу, как в штаны наложили? Васильича на них нет!

– Кто они-то?

– Да все эти шушли-мушли из Управы! И твой родственник тож, – мужик махнул рукой.

Никита вздрогнул.

– Да не гляди так! Мы тут всё про всех знаем!

– Так и знай себе на здоровье! А я пойду. До завтра! – Никита протянул руку.

– Погоди прощаться! Нам по дороге.

Никита пожал плечами.

– Завтра Мискина водки привезёт. Так я что хочу предложить? Ты забери всю, а как доделаем работу, раздашь!

– Почему ты мне веришь?

– Потому что ты не дурак.

– Во сколько?

– Часикам к шести утра.

– В такую рань?

– Да она что, сама что ли приедет? Пришлёт кого-нибудь. А мы что, рано встаём.

– Да, – сказал Никита, добавив вполголоса, – сон алкоголика крепок, но краток.

– Так и разбудите Васильича! Его же подставляют, как хотят! – мужик бросил под ноги окурок, с силой растоптал его.

– Я то при чём? Где я, и где твой Васильич?

– В одном пансионате живёте. Он как это, забухает, так там прячется от этих козлов.

Никита тотчас вспомнил улыбочку Ядвиги Францевны. Не потому ли "гости уехали на экскурсию", с которой не могут вернуться, вот уже третью неделю? И фокусы со стеной теперь понятны! Значит, Васильич и есть местный мэр! Тот самый, что мочился в коридор. Кстати, смахивает чем-то на этого работягу. Или у всех алкашей по-особому выгорает жир на лице, оставляя одинаковые морщины?

– Ты не темни! За державу обидно тебе, выискался тут патриот! Кем тебе Васильич доводится? – Никита остановился перед мужичком и посмотрел на него в упор.

– Мы люди тёмные, электорат, как говорится. Но чтобы баба нами командовала? Не бывать тому!

– Утомил ты меня. Завтра встретимся! – Никита прибавил шагу. Алкаш не отставал, но шёл молча.

К счастью подъехал "Уазик" администрации и забрал "родственника" и.о. мэра.

– Здорово от губернатора досталось? – спросил Никита, войдя в комнату.

– Вовсе нет. Даже похвалил. Обещал дать денег из краевого бюджета.

– Значит, Лёня, тебе не страшны любые новости?

– Начинай с хороших!

– Вначале скажи, кто такой Васильич?

– Это Андрей Васильевич, местный мэр.

– Понятно! – Никита кивнул. – А где он сейчас, не знаешь случайно?

– Случайно не знаю. В какой-то командировке.

– Из которой трудно выбраться, – снова кивнул Никита.

– Тебе-то, извини, какое до того дело? – дружески улыбаясь, спросил Чугуев.

– Да так, узнал кое-что. – Никита вытянул руки вперёд ладонями. – Не все вопросы сразу! Лучше я сам расскажу!

Чугуев молчал.

– Помнишь фокусы со стенкой?

– С которой?

– Которая то появляется, то исчезает.

– Это связано с Васильичем?

– В самую точку! Он, оказывается в запое, всегда спасается в этом пансионате. Потому и других отдыхающих нет. Мы все опоздавшие, а то и нас бы сплавили по какому-нибудь маршруту. Мискина его жена. Она метит на кресло мэра. Вот такие новости.

– Какие из них хорошие, а какие плохие?

– Извини, хорошую приберёг на десерт. Завтра работы по очистке пляжа будут закончены.

– Это радует. Пошли! – Чугуев ладонями опёрся на колени и резко поднялся.

– Куда?

– К нашему общему другу!

– К Васильичу?

– Никита, тебе кто-нибудь говорил, что из тебя выйдет толк?

– Ты первый! – Никита приложил обе руки к груди, поклонился.

– Даже с твоими кривляньями! Пошли!

Чугуев осторожно постучал в номер алкаша.

– Кого ещё несёт среди ночи?

– Андрюха! Это я, Леонид Чугуев!

– Наслышан, – ключ в замке провернулся, – заходи!

Никита прошёл следом. В номере было чисто и уютно. Без хвалёной итальянской саморазваливающейся мебели! На стене висело табло два на три метра, как на стадионе. У стены напротив стоял диван с придвинутым журнальным столиком. Мягкий дневной свет не гудящих и не раздражающих ламп, окна, плотно прикрытые жалюзи с рисунком дельфина, выпрыгивающего из волны. Рядом с диваном стояли кресла, куда предложил сесть хозяин.

Никита опустился в кресло, настолько мягкое и глубокое, что он непроизвольно дёрнулся кпереди. Никита не удержал равновесия и вновь шлёпнулся в кресло.

– Кофе?

– Пожалуй.

Никита посмотрел на Чугуева. Тот сидел так, будто влился в кресло. И ничего ему не мешало. Вот же, есть люди, рождённые для таких кресел! Никита загрустил. Люди, находящиеся с ним в номере, казались чуждыми, к которым невозможно приблизиться. Независимо оттого, будет ли Никита с ними разговаривать, пить водку и делать другие непотребности! И как мог поверить Нине Петровне? Куда уж нам, с суконным рылом? Никита решил, что за весь вечер не проронит ни слова. Если что спросят, ответит на вопросы и довольно.

Васильич нажал на кнопку пульта управления.

– Что идёт? – спросил Чугуев, глядя на панель телевизора.

– Прислуга, Лёня.

– Это мой родственник, Никита.

Никита встал, пожал протянутую руку. На удивление хиленький с виду Васильевич, едва не пересчитал все косточки кисти Никиты. Пришлось жать в ответ изо всех сил.

– Завтра территория пляжа будет очищена от мусора.

– Знаю, знаю, – отмахнулся Васильевич. – Я ещё денёк отваляюсь. А потом выйду.

– Губернатор сказал, что даст кредит. Отругал за девятую статью, – продолжал докладывать Чугуев.

– Спасибо тебе, Лёня! – Андрей Васильевич похлопал однокашника по плечам. – Жаль не по-людски встречаю, но сам понимаешь…

Чугуев кивнул.

– Кофе! – доложила резвая официантка. Она оставила поднос с туркой и чашечками под кофе. На блюдце лежал сахар в кусочках, серебряные ложечки и молочница со сливками.

– Хорошо, что зашли. А то я сам собирался, но в коридор выходить страшновато.

– Курить не хочешь, Никита?

Никита подул на кофе.

– Вы нужны мне оба! – заявил Васильевич, рассекая ладонью воздух.

Чугуев поднял плечи, да так и застыл. Обижать Андрюху не хотелось. Раз уж соврал про родственника, придётся терпеть.

– Включим? – Андрей Васильевич посмотрел на часы, – как раз наши с турками играют!

Не дожидаясь ответа, Васильевич врубил телевизор. Разом автоматически потух свет. На экране появилась неестественно зелёная трава футбольного поля.

Шли добавленные минуты товарищеского матча.

На табло отражался счёт: 2:2.

Футболисты столпились на половине поля турецкой команды.

– Угловой! Да-а, наши подают десятый угловой, но результативность нулевая. Я имею в виду по угловым, – пояснил комментатор.

– Без тебя поняли! – взвинтился Андрей Васильевич.

– Во-от, – протянул комментатор. – Но что там такое, не вижу!

– Тебя для чего там посадили? Чтобы ты всё видел, а не болтал без толку!

– Боковой судья поднял флажок!

– Чего это он? – не понял мэр.

Мужчины промолчали.

Ответил сам комментатор.

– У нас замена! Тактическая? – спросил сам себя комментатор. – Да какая уж тактическая – осталось играть полторы минуты! Наверное, главный тренер решил использовать последнюю замену, чтобы дать поиграть новобранцу. Я уже говорил, что у нас есть абсолютно свежий, во всех отношениях игрок. Да! Так и есть! На поле выходит Бураков Павел. Он был заявлен в последний день перед матчем. Вот он, молодой, задорный парень. Сразу побежал к чужим воротам!

Чугуев с Никитой остолбенели. Каждый из них ожидал нечто подобное, но верить этому не мог.

– Что ещё за Дураков? – опять спросил Андрей Васильевич. И снова ответил ему комментатор.

– В чемпионате он не очень заметен, но наш главный тренер часто пробует молодых игроков.