Бескрылый дракон - Big wolf

Как-то неловко говорить об этом с тобой. Но писать письмо Рону, наверно, ещё хуже. Учитывая, что Джинни его сестра.

      — Гарри, мы же лучшие друзья! Ты можешь рассказать мне всё, что угодно!

      — Да. Ты права, — Поттер поправил очки на переносице. — Мы вчера попробовали, ну…

это.

Ты же понимаешь, о чём я, — он был явно очень смущён.

      Гермиона старалась правильно отреагировать. Говорить на такие темы было им в новинку.

      — О, да, я, кажется, понимаю. Это был первый раз? — она всё ещё не знала, как себя вести.

      — Да. И у неё, и у меня. Кажется, я облажался! — Гарри нервно снял очки и потёр руками лицо.

      — Слушай, у всех первый раз неудачный.

«Хороший первый раз — это огромная редкость».

«Не во всём же Гарри Поттер — Избранный».

— Да, она тоже так сказала.

      Гермиона закусила губу.

      — И всё было настолько плохо?

      — Ей было больно. Я не хотел причинять ей боль. В конце концов, она не получила…

удовольствия

, — Гарри закусил губу.

      — Девушки редко когда получают…

удовольствие

от первого раза. Не переживай! Джинни была к этому точно готова! — Гермиона ободряюще похлопала друга по плечу.

      — А парни? Парни тоже не получают?

      — Ну, нет. У парней это обычно обстоит попроще. Ты не получил…

удовольствия

? — она тоже смущалась.

      —

Удовольствие

от того, что был с ней, получил! Но вот только… о, Мерлин! В общем, Гермиона, — Гарри обречённо простонал. — Я не кончил. А она… тем более. Я переживал, что ей больно. Слишком много думал, как сделать лучше. Много спрашивал у неё. А потом всё как-то не получилось. Я перестал. В общем, это было ужасно! Я так облажался! — Избранный выглядел совсем потерянным.

      — Гарри, я уверена что Джинни понимает. Если честно, это очень мило. Каждая девушка хочет, чтобы парень так о ней заботился и переживал. Лучшего первого раза и не придумаешь.

      — Легко сказать. Тебя же там не было, — пробубнил Гарри, но осознал сказанное. — То есть… Ох, она, наверно, теперь никогда больше не захочет! — грустно закончил друг, заходя в Общий зал. — И теперь будет обходить меня стороной.

      — Да брось! Что за глупости? Всё приходит с опытом. Не надо так расстраиваться.

      — Думаешь?

      — Ну, конечно, — и будто в подтверждение её словам, Джинни Уизли весело замахала им со стола Гриффиндора. — Ну вот, видишь? Всё нормально. Джинни — очень умная девушка. Тебе повезло с ней, — Гарри расплылся в неловкой улыбке. — Кстати, как и ей с тобой!

      — Спасибо, — шепнул Избранный.

      Друзья сели за стол и начали обсуждать предстоящие рождественские каникулы в новой Норе.

      Гермиона то и дело смотрела за стол Слизерина. Малфой сидел к ней спиной. Рядом с ним были Блейз и Пэнси. Гриффиндорка вспомнила, как вчера они стояли, смотря друг другу в глаза и, будто почувствовав её мысли, он обернулся.

      Искрящийся лёд встретились с горячей карамелью. Он точно посмотрел прямо ей в глаза.

«Что делать? Просто отвести взгляд? Сегодня мы встретимся в полночь… сказать

Привет

?»

«Нет. Бред. Но какой-то же знак нужно подать»,

— мысли вели свою баталию.

      И Гермиона, наперекор всему, неуверенно кивнула, смотря в глаза слизеринца. На секунду девушке показалось, что он удивился. Но невозмутимость аристократа, кажется, взяла своё. Он холодно кивнул в ответ.

«Он кивнул мне в ответ?! Дожили, Грейнджер! Очнись. Ты теперь здороваешься с Малфоем?»

«Прекрати улыбаться! Он уже отвернулся».

«А если я однажды зайду в Общий зал с ним в обнимку, как Эрни с Ханной, или он чмокнет меня в щёку, как Гарри Джинни?»

«Грейнджер! Приём! Да очнись ты уже! Это Малфой. Драко Малфой. Какие тебе чмокнет в щёку? Он тебе по башке долбанёт скорее или кофе тебе этот на мантию опрокинет».

«И вообще с каких пор тебе это интересно?»

— ругал здравый смысл.

«С того момента, как он спас тебя в ванной старост? Когда ты прижималась к нему? Когда он обнял тебя? Или когда увидела его с утра рядом с собой?»

«Когда? Когда это началось?»

«И что более важно… Когда это закончится?»

Глава 6.

Саундтрек:

Ghostly kisses — roses raslabon

Когда сердце хочет, а разум говорит нельзя, душа молча разбивается на части.

Угольки медленно тлели в печке, согревая комнату, где все уже погрузились в глубокий сон. Он, будто тень, едва заметная за чёрной занавесой ночи, скользнул в кровать.

      Этот день был изнуряюще долгим, но его окончание — каким-то бесконечно счастливым. Противоречиво счастливым.

      Переодевшись в атласную пижаму, он забрался под одеяло. Руки зарылись в белоснежные волосы, пытаясь унять беспокойные чувства.

«Да, меня, может, и веселил огонёк злости и гнева в её глазах. Блять, признаю».

«Но, когда она улыбалась от радости, я, сука, просто взлетел… до небес».

«Да что со мной? Что, чёрт возьми, происходит?»

«Ты знаешь»,

— шептало сердце.

«Нет. Заткнись. Такого не может быть!»

Но не унималось что-то в левой части груди, то болезненно сжимаясь, то замирая.

«Нет, блять. Я просто схожу с ума».

«Одно дело молча спасти её, когда она не знала об этом, а теперь ты… Что ты, блять, вообще делаешь, Малфой? Что за хуйню ты творишь?»

«Это же Грейнджер! Мерлина ради, Драко. Это же

грязнокровка

Грейнджер»,

— он поморщился.

«Грязнокровка. Произнеся это однажды, на втором курсе, ты, блять, окончательно поставил точку. Чего ты сейчас добиваешься? И зачем?»

«Тебе нельзя что-то чувствовать к ней!»

«Но этот запах карамели, блять. Ебучий запах карамели».

«И эти херовы волосы, в которые хочется зарыться лицом и вдыхать, вдыхать её… Эту мерзкую карамель. Почему она вообще ей пахнет?»

«И эти глаза… и та улыбка. Она никогда не улыбалась мне. Для меня. Блять».

«Что за херня, Малфой? Что за бред?»

Но, видимо, неугомонное существо внутри сегодня было в ударе.

«Спасибо»,

— любезно всплыли воспоминания, и он услышал её шёпот, что отозвался бешеной пульсацией в груди. Улыбка сама расползалась на лице, и он закусил губу.

«Остановись, Малфой! Ты должен остановиться»

, — твердила рациональная часть его сознания.

«Тебе нужно просто отвлечься на что-то другое. Разрядиться».

«Может, секс? Ты же уже и забыл, когда в последний раз у тебя был секс. Из-за всех переживаний после судов было как-то не до этого. Это