Дорога на Тмутаракань - Ю Продан

- Он самый. Считай, что с того света вернулся.

- Богда-а-ан... - удивленно протянул Чудин, рослый белобрысый гридень.

Торопливо отвечая на расспросы, Богдан оглядел товарищей, будто пересчитывая их. Вот Вадим и Пермята, Глум и Ростислав, Любомир и Звяга... Нету Спирка и Колоты. Значит, они так и не вернулись, погибли там, под Саркелом, когда на их дозор налетели хазары. И где Мечник?

- Мечник? - Улеб присвистнул. - Его сам ясский князь пригласил к себе в гости.

- Ну?

Гридни весело захохотали, увидев удивленное лицо Богдана.

- Ладно, не морочь отроку голову, - одернул Улеба Чудин, - скажи ему правду. Наш дед Мечник поехал с князем Святославом толмачом, он же по-ясскому разумеет. Будет с ясами ряд устанавливать, как дальше нам жить - воевать али дружбу вести. Понял? А это кто с тобой? - неожиданно спросил он.

- Это Злат, - чуть замявшись ответил Богдан. - Мы с ним вместе из хазарского полона бежали.

- Гляди ж ты, выбрались из неволи и нас нашли! Немало, видать, лиха хлебнули?

- Всяко бывало. Я об этом потом расскажу. Сейчас надо бы Злата приодеть, да и мне раздобыть какое платно. Обносились мы... Есть у вас что-нибудь в запасе, други?

- Найдем, - за всех откликнулся Улеб. - Мы теперь живем богато. Царь Иосиф всех нас одарил... нашими руками.

Гридни порылись в своих торбах, притороченных к седлам, накидали перед Богданом целый ворох хазарской одежды и обуви.

- Выбирайте!

Богдан примерил новые сапоги. Он чувствовал себя, как рыба, вырвавшаяся из невода в родной омут. А юный Злат, щедро одаренный новыми товарищами, кажется, несколько растерялся. Все нашлось для него - и броня с шеломом, и небольшая, по его росту, сабля, и вся одежда, какой не побрезгает ни один княжеский дружинник. Расщедрившийся Чудин поднес молодому воину желтого сафьяна сапоги, новые, как раз по его ноге.

- Для братишки своего берег, для меньшего. Да пока до дому доберусь отрок вырастет. А тебе, видать, впору будут. Бери, носи на здоровье!

Новый гридень растерянно оглядывался, прижимая к груди подаренные ему обновы.

- Ты чего, а? - придвинулся к нему Богдан.

- Переодеться мне надо. Но не могу же я здесь...

- Ох ты! - спохватился Богдан. Как же он сразу об этом не подумал! Что-то и я грязью зарос. Бани у хазар не видывал. Хоть в речку бы залезть, искупаться...

На его слова Злата ответила благодарным взглядом.

- Ну что ж, пошли!

Быстрая речка, сжатая крутыми берегами, то выбрасывалась на каменистые отмели, то закручивала водовороты на глубоких местах, втягивая в них опавшие листья и всякий сор. Богдан с любопытством глядел, как в погоне за рыбьей мелочью взлетают над водой хищные голавли. Злату интересовало другое. Издали она присмотрела удобный спуск к воде, полоску мелкой гальки под развесистыми ивами.

- Я туда пойду, - остановилась девушка, - а ты тут постереги. Я скоренько. Ладно?

- Постерегу, чего уж там, - смущенно ответил Богдан.

Богдан остановился в тени пышного ивового куста, спиной к речке. Гридень на всякий случай приготовил лук и стрелу - мало ли кто сюда может сунуться? Он напряженно прислушивался: не позовет ли вдруг на помощь Злата. Девушка беззаботно плескалась, слышно было, как она ойкала, окунаясь в прохладную воду. Кажется, она не особо торопилась, и Богдан начал терять терпение.

Резвый гнедой конь вынес на поляну, к реке, всадника в богатом боевом убранстве. Блеснули золоченые бляхи на сбруе, огнем вспыхнули золотые рукоять и крыж меча, золотые шпоры, а над ними синее неба дорогое аксамитовое корзно. Борислав! И откуда принесла его нелегкая?

Зоркий взгляд молодого воеводы мгновенно зацепился за Богдана, напряженно пригнувшегося, будто перед прыжком, скользнул дальше. Гридень шагнул в сторону, загораживая проход в кустах. Отвлекая внимание Борислава, он решил заговорить первым:

- Здрав будь, воевода!

- Здрав будь, честный воин. А это кто там?

Богдан обернулся и увидел Злату, выходившую из воды. Нагая девушка мелькнула, как русалка, и скрылась за ветками ивняка.

- Кто это? - удивленно переспросил Борислав.

Растерявшийся Богдан не сразу нашелся, что ответить. Потом упрямо нагнул голову, решил стоять на своем:

- Мой товарищ, Злат. Новый гридень княжий.

- Гридень? А мне что-то другое показалось... Или у меня глаза плохи стали?

Богдан пожал плечами.

- Отрок Злат... Из Тмутаракани...

- Имя у него чудное, у этого гридня, и сам он... - воевода пристально вглядывался в лицо Богдана. - Постой, постой! Ты тот самый княжий спаситель, что из трясины его вместе с Кречетом вызволил?

- Тот самый, - отозвался Богдан, обрадованный, что разговор уклонился от опасной темы. - Кабы не я, и тебе худо пришлось бы - потерял князя на лове!

Воевода пропустил мимо ушей дерзкий намек.

- А ведь я тебя видел еще раньше... Где? Никак не припомню. Обличье твое мне больно знакомо.

Гридень снова насторожился.

- Э, мало ли где ты мог меня видеть! Земля наша велика. А я вот тебя, хоть ты и воевода, не примечал прежде.

- Не ты ли помогал Ратше на его кузне в Житомире?

Богдан вздрогнул, услышав название своего родного городища. Заметил ли это воевода?

Но воевода уже не слушал гридня.

Зашуршали ветки, и рядом с Богданом встал юный и статный витязь в легкой кольчуге, облегавшей его тонкий стан, в желтых сафьяновых сапогах. На поясе - кривая хазарская сабля. Золотистые волосы упрятаны под шелом и бармицу - кольчужную сетку, прикрывающую затылок и щеки. Милое юношеское лицо, покрытое ровным загаром, тонкие брови, чуть припухшие обветренные губы... Даже Богдан с трудом узнал в этом юном витязе вчерашнюю замарашку, встреченную им в предгорьях. Добрый гридень получился из нее. Лишь глаза, зеленые, русалочьи, улыбались загадочно, напоминая о том, что видел Богдан, обернувшись ненароком к реке...

- Ну, вот и я, - гридень непринужденно положил небольшую смуглую руку на плечо Богдана. Глаза его без удивления, но с любопытством оглядели воеводу. Тот круто развернул коня и, ударив его в бока золотыми шпорами, поскакал прочь от реки.

Богдан стряхнул Златину руку с плеча.

- Ты чего? - удивилась девушка.

- По твоей милости чуть не посварился с воеводой!

- Так разве ж я виновата? - Злата обиженно поджала губы.

Он посмотрел на нее, покачал головой и ничего не сказал.

Князь и его свита через сутки вернулись из горного аула, подписав ряд с ясским князем и старейшинами. Договорились, что ясы будут выплачивать дань посаднику киевского князя в Тмутаракани. За это Святослав обязался не притеснять их, не воевать с ними, а помогать им отбивать набеги арабов и хазар. Ясы обеспечили русское войско провиантом, дали провожатых и толмачей, чтобы вести переговоры с касогами.

Несколько дней войско отдыхало, готовясь к дальнейшему походу. Святослав, узнав о возвращении своего гридня, призвал Богдана к себе, долго расспрашивал его о том, как того захватили хазары, о мытарствах на хазарской земле. Князя заинтересовал Диомид.

- Ты того ромея больше не видел?

- Нет, княже. Он как в воду канул. Может, сюда, к ясам, или касогам подался?

- Не доводилось о нем слышать. А попался бы... Ну, хватит ромеев. Я хочу тебя сотником поставить над гриднями, заместо старого Путяты, что помер от лихоманки. Справишься?

- Жалуешь меня, княже, не по заслугам...

- А кто из болота князя вытаскивал?

- То давно было, и не знал я, что ты - князь. Любому смерду помог бы в беде...

Святослав нахмурился, и Богдан понял, что сболтнул лишнее.

- Спасибо, княже. Буду и сотником служить тебе верой и правдой. И прошу еще об одной милости. Со мной из полона ушел отрок. Златом звать его. Храбрый отрок, места здешние знает, сам он из Тмутаракани. Так дозволь его взять в гридни!

- Добрый отрок, говоришь?

Богдан с трудом выдержал испытующий взгляд Святослава.

- Мы с ним вон какую дорогу прошли. Успел я увидеть, что он страха не ведает. Зверя барба не побоялся...

- Какого зверя барба? - удивленно поднял брови князь. - Где вы его повстречали?

Богдан смущенно замялся. Он опасался, что князь не поверит ему, сочтет хвастуном. Потом махнул рукой и принялся рассказывать о своих и Златиных приключениях в горах, о встрече с турами и схватке с барбом.

Глаза Святослава заблестели: с отроческих лет он страстно любил ловы, единоборство с диким зверем.

- Жаль, что мне не попался этот барб! Старики сказывали, что он живет в полуденных краях, даже на хазарских землях редок. Хотя видели его и в Диком поле единожды. А мне не повстречался он... - Князь вздохнул и заговорил уже деловито: - Быть по-твоему, записывай своего отрока в гридни. А пока отдыхай, набирайся сил, готовь сотню к походу.

Еще не успело войско выступить, как нового гонца прислал Вуефаст из Саркела. Князь слушал его в присутствии воевод и тысяцких. И молодой сотник Богдан стоял рядом, ожидал княжеских приказов.

- Пошто воевода по сей день стоит в Саркеле? - строго спросил гонца Святослав. - Пошто не отправился с данью и с полоном в Киев?