В постели с незнакомцем - Мэри Уайн

— Ну вот, давайте снимем вашу одежду, пока Байд наполняет корыто горячей водой.

Элен стала расстегивать пуговицы на ее платье. Она выполняла эту работу ловко и быстро. Вдоль стены находилась длинная деревянная вешалка с рядами крючков. Элен повесила снятое платье на один из крючков, пока Анна принялась расшнуровывать нижние юбки. Ее пальцы двигались медленно, поскольку она пыталась придумать причину, чтобы не залезать в корыто и таким образом отложить осмотр. Однако она ничего не могла придумать, а тем временем ее юбки были сняты через голову и повешены на другой крючок.

— Я рада видеть, что у вас нет никаких подкладок. Хозяину очень не нравятся дамы, каких он встречал при дворе. Он говорит, что даже не поймешь, женская ли это фигура, из-за всяких стальных штучек и войлочных подкладок, которые они пристраивают себе под платья.

— При королевском дворе своя мода.

Анна наблюдала за тем, как Элен сняла с нее узкое набедренное кольцо. Оно помогало выдерживать вес сосборенных юбок. Дополнительным преимуществом его было то, что края юбки оно удерживало на некотором расстоянии от ног, что позволяло без проблем нести тяжелый поднос — не было нужды поддергивать юбку.

— Я слышала, что английская королева подкладывает к бедрам по целому футу с каждой стороны. Как будто кто-то поверит, что женщина может быть такой широкобедрой, — сказала Элен, направляясь к вешалке.

Анна улыбнулась, потому что действительно многие женщины носили большие набедренные кольца, чтобы создать иллюзию, что они могут легко рожать детей.

— Я рада, что вы не страдаете от месячных. Это повергло бы хозяина в дурное настроение.

Поскольку Анна оставалась лишь в корсете и рубашке, для Элен было нетрудно заметить отсутствие пятен на белоснежном белье.

— Но он сам был бы виноват, что не сообщил вам о том, когда собирается вас забрать. Я могу предположить, что вам было нелегко покинуть вашу семью, не имея времени как следует приготовиться к разлуке.

Элен потянула за шнурки, удерживающие корсет, и эта жесткая часть одежды наконец перестала удерживать груди Анны. Она издала тихий стон облегчения, потому что в этой штуковине она не могла чувствовать себя нормально. Ее груди, освободившиеся от безжалостных тисков корсета, воспрянули.

Элен сочувственно прищелкнула языком.

— Вам нужен портной получше. Этот корсет даже продырявил вашу замечательную рубашку и натер кожу. Он слишком длинный по бокам.

Она покачала головой и нахмурилась.

— Я не думала об этом.

Элен снова прищелкнула языком.

— Я рада, что вы оставили там вашу горничную. Очевидно, у нее плохой глаз, и она не может должным образом одевать свою госпожу.

Еще один промах, доказывающий, что Анна от рождения не приучена к тому, чтобы соответствовать благородному статусу. Мэри бранила бы свою служанку за мельчайшее неудобство, которое причинил бы ей корсет.

Это было причиной того, что слуги объединялись вместе, и каждый новый предмет одежды, доставляемый в Уорикшир, осматривался коллективно и проверялся на точность размеров еще до того, как попадал в комнату хозяйки.

— Садитесь, чтобы я могла снять ваши туфли.

Анна воспользовалась стулом. Ее рубашка при этом взвилась, прохладный воздух овеял ее кожу, и она ощутила легкий озноб.

— Не беспокойтесь, вам не придется мерзнуть долго. Хозяин позаботится об этом.

Лицо у Анны слегка зарумянилось, пока Элен снимала туфли. Женщина заговорщицки подмигнула, у нее на губах появилась игривая улыбка.

— И не надо краснеть. Вы теперь замужняя женщина.

— Об этом теперь все мне говорят.

Анна нагнулась, чтобы скрыть недовольное выражение, и, потянувшись к чулкам тонкой вязки, принялась осторожно скатывать их вниз.

— Ну, сейчас вы не должны удивляться тому, что говорят о вашем замужестве. Готова поспорить, что ваша гувернантка постоянно говорила об этом, как только вы подросли настолько, что вам понадобился корсет для поддержки этих грудей.

Анна скрестила руки на груди. Конечно, большинство девушек понимали, что рано или поздно они выйдут замуж и им не придется выбирать себе жениха. Гувернантка Мэри регулярно внушала ей, насколько важно быть уравновешенной и готовой спокойно услышать, что ей выбрали мужа.

Элен подбоченилась.

— Вы несколько застенчивы. — Она некоторое время наблюдала за тем, как Анна старалась прикрыть соски. — Если вы извините меня за дерзость, я бы сказала вам, что подобная скромность не доставит радости хозяину.

Ей вспомнились слова Филиппы. «У него наверняка есть любовница…»

— Он часто приводит женщин на свое ложе?

— Ну, об этом беспокоиться не нужно. То, что делает мужчина до свадьбы, вполне естественно. За это не надо его упрекать.

Элен отвела взгляд, занявшись тем, что стала развешивать чулки на крючки.

— Только женщина обязана оставаться до свадьбы девственной, чтобы отцовство детей, принесенных в семью, не могло быть подвергнуто сомнению.

Она не извинилась зато, что высказалась так решительно, но Анна и не хотела извинений.

— Тебе нравится служить в замке, Элен?

В общем, не стоило об этом и спрашивать. Анна видела преданность горничной этому дому, даже ощущала ее.

— Да, это так. Можно сказать, я счастлива, что служу такому хорошему человеку.

— Твой хозяин должен быть очень доволен, что ты у него в услужении.

Элен зарделась от комплимента. Она потерла руки, глаза ее сверкнули.

— Вы будете словно весенний дождь, когда все формальности будут закончены. Завтра вы позабудете о своей робости.

Элен снова потянула за кольцо, и на этот раз поднялся пар от воды, которая хлынула в корыто. Она взяла большую деревянную лопату и размешала воду в корыте. Затем сунула туда руку для пробы.

— Вы должны сказать мне, какая ванна вам нравится. Сейчас вода теплая, в самый раз для того, чтобы согрелись ваши ступни.

Анна заставила себя взяться за рубашку. Она вцепилась руками в материю. Но Элен схватила рубашку за нижний край и потянула ее вверх. Поднявшись на ноги, Анна пыталась не думать о том, что она голая. Она не имела понятия о том, позволяет ли ее телосложение рожать детей. Возможно, повитуха найдет, что она не способна на это. Дворянские дочери часто подвергались осмотру по нескольку раз повитухами своей семьи до начала переговоров. Порой некоторые именитые семьи бывали опозорены тем, когда у их невесты муж обнаруживал какие-то дефекты. Даже будущую королеву Елизавету продемонстрировали послам, когда она была младенцем, потому что прошел слух, что она плохо сложена.