Месть моя сладка - Крис Мэнби

— Папа, — прошипела я, когда мы подкатили старушку к камину. — На ней платье как на маме.

— Ну и что? — спросил он.

Не понять мужчинам наших проблем!

— А то, что мамочка расстроится, — пояснила я. — Она ведь хочет быть царицей бала. Это ее праздник.

— О чем вы шепчетесь? — подозрительно осведомилась бабуся.

Бабушек, конечно, нужно любить и уважать, но видели бы вы нашу бабульку! Сварливую и вздорную каргу со слухом летучей мыши. Ее локаторы улавливали сплетни за сто пятьдесят ярдов.

— Мы обсуждали, как тебе идет это платье, бабушка, — соврала я.

Старушенция приосанилась, напомнив мне расфуфыренную курицу.

— Кто из нас скажет маме? — прошептала я еле слышно на ухо отцу.

— А где Джозефина? — осведомилась бабушка. — Где моя дочь? Почему она не встречает меня, как положено гостеприимной хозяйке?

— Она в кухне, бабушка, — громко сказала я. — Дает последние указания.

— Пусть выйдет сюда и займется гостями, — потребовала бабушка. — Выпить всем предложит. Мне джин с тоником для начала.

В этот миг из коридора донеслись мамины шаги. Я опрометью кинулась навстречу и преградила ей дорогу в гостиную. Брови мамы взметнулись вверх.

— В чем дело? — недоуменно спросила она.

— Мамочка, я не знаю, как лучше сказать… — сбивчиво начала я, но потом решила сразу взять быка за рога. — Это бабушка. Точнее — ее платье. Оно точно такое, как твое!

— Что?!

— Точь-в-точь, мама. С таким же шифоновым шарфиком.

Под моим натиском мама отступила в кухню.

— Оно розовое? Или, может, голубое? Голубые я видела. — Моя бедная мамочка еще отчаянно цеплялась за последнюю соломинку.

— Розовое, — сурово отчеканила я.

— Как она могла?

— Пусть тебя утешит, что в этом платье наша старушка похожа на Барбару Картленд.

Маму это, похоже, нисколько не утешило.

— Господи, что же мне делать? — простонала она.

В кухню на полных парах влетела Джо.

— Во блин! — крикнула она. — Вы видели, в чем наша бабуська заявилась? На ней точно такое же платье…

— Знаем, — жестко оборвала ее мама. Глаза ее метали молнии. — Что ж, пусть отправляется обратно и переоденется во что-нибудь другое.

— Но послушай, мама, — возразила я. — Боюсь, это невозможно. Ведь папе придется самому отвезти ее. На это уйдет уйма времени. Если она еще согласится. А вдруг она обидится и вообще откажется возвращаться?

— Да, ты права, — ответила мама с душераздирающим вздохом. — Господи, просто поверить не могу. Как ей вообще удалось приобрести такое платье на свою пенсию?

— Она продала старинную статуэтку, которая тебе так нравилась, — с готовностью пояснила Джо. — Я только что у нее выведала. — И она гаденько хихикнула.

— Не понимаю, почему ты веселишься, — возмутилась мама. — Она, между прочим, и твое наследство транжирит.

Почему-то это рассмешило Джо еще больше. Тут в кухню вошла Джейн.

— Наша старая перечница требует джип с тоником, — с места в карьер заявила она.

— Я ей покажу джин с тоником, — угрожающе процедила мама. — А мышьяку она не просит?

Чувствуя, что обстановка выходит из-под контроля, я решила успокоить всех.

— Мамочка, — начала увещевать я, — может, это не так уж важно? Ну что страшного, если вы обе появитесь на гостях в одинаковых платьях?

— Что? — взвилась мама. — Как двойняшки, что ли? Благодарю покорно. Она эту свинью не впервые мне подкладывает. Когда я только познакомилась с твоим отцом, она тоже ухитрилась заявиться на танцы в таком же, как у меня, платье. Тогда мне едва восемнадцать исполнилось. А ей, между прочим, уже сорок два было. Весь вечер она напрашивалась на комплименты по поводу своих ног, а меня потом парни полгода вопросами донимали, когда я снова приведу на танцы свою старшую сестру. Пойдем, Эли! — кивком позвала меня мать. — Поможешь мне выбрать что-нибудь подходящее. А это платье я в понедельник верну в магазин.

— Не обижайся, мамочка, — сказала Джо. — Когда она сыграет в ящик, ты еще лет двадцать сможешь надевать все, что тебе вздумается.

— Джоанна! — В голосе моей мамы прозвучал праведный гнев. — Иди в гостиную и проследи, чтобы бабушка не подавилась орешками.

Полчаса спустя мама вышла к гостям, облаченная в свой любимый темно-синий костюм. По правде говоря, в нем она выглядела куда лучше, чем в розовом балахоне.

Поцеловав бабушку, которая даже не подозревала, какой вызвала переполох, мама отправилась выпускать пар в кухню, а меня с сестрицами оставила развлекать гостей.

— Ну как, завела нового хахаля? — поинтересовалась у меня бабушка, ехидно подмигнув.

— Нет еще, — ответила я, кротко потупив взор.

— Неудивительно, — прошамкала она, вынимая вставные зубы и неодобрительно их оглядывая. — Ты в таком ужасном костюме. И почему вы с Джозефиной любите этот кошмарный цвет? То ли дело я! — И она горделиво расправила розовый подол. — Жаль, что тонкий вкус не наследуется.

— Жаль, конечно, — поддакнула я, отворачиваясь, чтобы скрыть улыбку.

Глава 12

Бакстеры прибыли сразу вслед за автобусом, который привез последнюю партию гостей излома престарелых. Джереми в числе прочих Бакстеров не оказалось. Зато они привели с собой Дженнифер, его старшую сестру. Дженнифер разительно изменилась за эти годы. Из хиппующей мосластой девчонки-сорванца она превратилась в настоящую леди, изысканно одетую, с точеной фигурой и с безукоризненными манерами. Олицетворение мечтаний моей мамы. Только вот мужем Дженнифер до сих пор не обзавелась. Приятная, неожиданная и весьма ободряющая новость.

— А где Джереми? — спросила Джо, не успев даже поздороваться с каждым из Бакстеров.

— Он позже придет, — ответил его папаша. — Мы не смогли его в такую рань поднять. Бедняга от похмелья мучается.

От похмелья? Мы с Джо обменялись изумленными взглядами. Позже в кухне она мне сказала:

— Сидр. Держу пари, он налакался сидра. Все эти фанаты компьютера только его и хлещут.

— Зато он дома живет, — не преминула подметить я. — И похоже, до сих пор не…

— Вообще-то, — перебила меня Джейн, единственная из нас проявившая вежливость и обменявшаяся с Бакстерами несколькими фразами, — дома он больше не живет. Последний год он провел в Польше.

— В Польше?! — воскликнула Джо. — Это еще что за извращение? Там ведь вечная мерзлота. Там волки воют!

— Он там компьютерные сети налаживал, — с важным видом пояснила Джейн. — Крупной шишкой стал.

— Ясно, — кивнула Джо. — А я-то надеялась, что он шпионом заделался. Мало ли, вдруг в нем романтик проснулся?