Месть моя сладка - Крис Мэнби

— И я люблю тебя, Лайза, — сонно пробормотал он.

Лайза!

Словно ледяной водой меня окатил. Я подскочила, намереваясь испепелить его взглядом, но Дэвид мирно спал. Лицо его было невинным, как у младенца. Я решила проявить снисходительность. Бедняга просто слишком много времени провел с Лайзой и, конечно же, успел к ней привыкнуть. Ничего, на Антигуа он навсегда забудет ее имя.

В противном случае я удавлю его голыми руками!

— Можно от тебя позвонить? — спросил Дэвид на следующее утро.

По моему требованию мы ночевали в моей квартире. Я хотела во что бы то ни стало поутру продемонстрировать Дэвида Эмме. Чтобы ей нос утереть. Представьте себе мое разочарование, когда я поняла, что именно эту ночь нахалка выбрала для того, чтобы провести вне дома. Позже выяснилось, что она решила остаться у Марвина, чтобы я могла в одиночестве поразмышлять над своим поведением. В итоге вышло так, что лишь Пушистик стал свидетелем моего торжества. Не могу сказать, чтобы кот остался доволен нашим воссоединением. Со времени нашей размолвки с Дэвидом он спал на моей постели, и появление соседа его мало порадовало.

— А кому ты собираешься звонить? — простодушно осведомилась я.

— Мне нужно срочно переговорить с боссом.

— Как, ведь сегодня суббота! — изумилась я.

— Он уже на службе. Он оттуда почти не вылезает. А я должен предупредить его, что собираюсь взять двухнедельный отпуск.

— Ах да, конечно! — Я сконфуженно улыбнулась и указала ему на телефонный аппарат в виде Микки-Мауса, который стоял у изголовья кровати.

— Ну и зверюга! — усмехнулся Дэвид. — А другого аппарата у тебя нет?

— Он прекрасно работает, — заверила я. — А кнопки набора — на левом ухе Микки. Сзади.

— Боюсь, не смогу разговаривать с боссом по такому аппарату, — капризно заявил Дэвид.

— Можно подумать, ты впервые им пользуешься! — возразила я.

— Да, но прежде мне не приходилось врать и выкручиваться, объясняя, с чего это мне пришло в голову взять отпуск зимой, когда столько работы. В феврале всегда полно лопнувших труб. и протечек. Страховых случаев хоть отбавляй. И мне нужно спокойно подумать. — И он озабоченно посмотрел на меня.

— Что ж, тогда можешь позвонить из гостиной, — уступила я.

Дэвид вскочил, быстро вышел из спальни и закрыл за собой дверь. Секунд тридцать я продолжала лежать в постели, наслаждаясь тонким ароматом его лосьона после бритья, и вдруг меня обуяло любопытство. Что он изобретет, чтобы надуть босса? Надеюсь, не примитивную байку про безвременно скончавшихся родственников в Патагонии?

Мой взгляд упал на смешливую рожицу Микки-Мауса. Мне оставалось только поднять трубку и послушать, как мой любимый водит босса за нос.

«Нет, не стоит, — убеждала себя я. — Дэвид вернется и сам мне все расскажет».

И все же любопытство взяло верх. Мне давно хотелось узнать, какой голос у его босса. А Дэвиду и в голову не придет, что я его перехитрила. Я давно научилась бесшумно снимать трубку и слушать, с кем общается по параллельному аппарату Эмма. Это было в тот период, когда я подозревала, что она крутит шашни с Дэвидом. Разумеется, ничего подобного на самом деле не происходило.

— Смотри, Пушистик, не проболтайся, — строго предупредила я кота, лениво развалившегося на коврике. — А то скорняку тебя отдам.

В ответ Пушистик лишь широко зевнул. Да, мол, умрет, но мою тайну сохранит.

— …так что две недели меня не будет, — сказал Дэвид. — Надеюсь, это не очень долго?

Неужто он решил сказать боссу правду? Это меня изумило. На что же он рассчитывает?

— О, Дэвид, без тебя мне будет так одиноко! — раздался в ответ женский голос.

Надо же, а я была уверена, что босс Дэвида — мужчина!

— Пойми же, для меня это едва ли не единственная возможность получить повышение, — продолжил Дэвид. — А моя работа связана с командировками, сама знаешь. Да и потом, что такое две недели, моя сладенькая? Тем более что все это я ради нас с тобой делаю.

— Ах, пупси-купси, ты правду говоришь?

Пупси-купси! Только теперь до меня наконец дошло, что на другом конце провода вовсе не его босс!

— Да, рыбка моя, — ответил Дэвид. — Постараюсь привезти тебе какой-нибудь милый сувенирчик.

Я бесшумно повесила трубку и поразилась тому, что не завопила во всю мочь. Прошло еще минуты три, и мой вероломный любовник вернулся. Должно быть, распрощавшись с этой стервозной потаскухой, Лайзой Браун, он и в самом деле боссу позвонил.

— Ну как? — спросила я, тщетно пытаясь унять дрожь в голосе. — Удалось провести его?

— Да, как последнего простофилю, — с довольной ухмылкой похвастался Дэвид, проскальзывая под одеяло и по-хозяйски запуская руку под мою ночнушку. — Он даже ничего не заподозрил. А сейчас я бы с удовольствием чашечку чаю перехватил. А то немного понервничал. Ты, случайно, на кухню не собираешься, пупси-купси?

— Пупси-купси? — переспросила я, едва сдерживая гнев.

— Это новое прозвище, которое я для тебя придумал, — поспешно ответил Дэвид. — Подходит, да?

— Не уверена, — ответила я, соскользнула с кровати и, пошатываясь, встала. Прежде Дэвид никогда не называл меня иначе, как по имени. Более того, сказал однажды, что подобные словечки придумывает лишь тот, кто боится попасть впросак, в решающий миг перепутав настоящее имя.

— Хорошо, я заварю чай, — сказала я, торопясь покинуть спальню. В противном случае постель обагрилась бы кровью. Причем не моей.

— С молоком, пожалуйста, — добавил Дэвид. — И с двумя кусочками сахара. Моя карибская королева!

— Чай, молоко, два сахара, — бубнила я себе под нос, спускаясь по лестнице шаткой и неуверенной, словно меня только что пыльным мешком по голове стукнули, поступью. Я поставила чайник на плиту, чувствуя, как постепенно и сама закипаю. Дело принимало совершенно неожиданный оборот. Из подслушанной мной беседы недвусмысленно явствовало, что Дэвид не намерен объявлять Лайзе о разрыве отношений. Более того, похоже, что сразу по возвращении он навострит лыжи к этой лахудре.

Послать бы этого двуличного гада куда следует!

С другой стороны, вряд ли следовало ожидать, что Дэвид может порвать с ней отношения по телефону. Тем более пока она проходит курс психологической реабилитации в Гастингсе. Возможно, он решил отложить выяснение отношений с Лайзой до нашего возвращения? Или вознамерился отправить ей письмо с Антигуа?

Нет, поездку, пожалуй, все-таки отменять не стоит, решила я.

С другой стороны, на кой черт Дэвиду Уитворту проявлять столь неуместную тактичность? Ну проходит Лайза — черт бы ее побрал — курс психологической реабилитации, и что из того? Я, между прочим, еще не знала, выживу ли после операции, когда он сбежал от меня.