Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

бумаги, останавливаясь лишь иногда, чтобы протереть толстые линзы очков. Джуэлл Инглиш тоже погрузилась в свою книгу, но, подняв взгляд, заметила, что он смотрит на нее, закрыла книгу и поманила его к себе.

Когда он сел рядом, она прошептала:

— Помните, я говорила вам о том издании Билла?

— Да-да, которое в отличном состоянии.

— Я заполучила его! Заполучила! — И она тихонько захлопала в ладоши.

— Поздравляю, это просто здорово. Оно действительно в хорошем состоянии?

— О да, иначе я бы не стала вас звать. Я хочу сказать, вы же эксперт.

— Ну вы скажете, — скромно потупился Калеб.

Она ухватила его за руку своими скрюченными шишковатыми пальцами, которые оказались на удивление сильными.

— Вы не хотите как-нибудь ко мне заехать посмотреть?

Он попытался деликатно высвободиться из ее захвата, но Джуэлл держала его довольно крепко.

— Ну, понимаете, надо проверить, там у меня намечено… Вот что: в следующий раз, когда вы сюда придете, назовите конкретные дни, когда вы свободны, и я посмотрю, свободен ли я.

— Ох, Калеб, — кокетливо произнесла Джуэлл, — я всегда свободна! — Она состроила ему глазки, хлопая накладными ресницами.

— Ну что ж, отлично. — Калеб в ужасе попытался вырваться, но не тут-то было.

— Давайте назначим день прямо сейчас, — проворковала она.

Калеб в отчаянии обернулся в сторону Дженклоу, который уже подозрительно на них посматривал. Они с Джуэлл вечно конкурировали, кто завладеет вниманием Калеба — прямо как волки, сцепившиеся над тушей бычка. Ему придется провести несколько минут с Дженклоу, прежде чем тот уйдет, чтобы сохранить равновесие, иначе старикашка неделями потом будет жаловаться на несправедливость. И тут при взгляде на старого джентльмена Калеба осенило.

— Джуэлл, готов спорить, что, если вы попросите Нормана, он будет просто счастлив взглянуть на вашего нового Бидла. Уверен, он ужасно сожалеет о своей несдержанности.

Она немедленно выпустила его руку.

— Я не разговариваю с неандертальцами! — ядовито сказала она, открыла свою сумку для проверки и вышла из зала.

Калеб, улыбаясь, потер руки, а затем провел некоторое время с Дженклоу, словно вознося ему благодарности за идею, как отделаться от Джуэлл. Потом он вернулся к своей работе.

И все же его мысли продолжали перескакивать с «Книги псалмов» на смерть Джонатана, потом на так же внезапно погибшего спикера палаты Боба Брэдли и, наконец, на Корнелиуса Бина, богатого, склонного к адюльтеру подрядчика, который, судя по всему, убил своего соседа.

Подумать только, ведь он стал библиотекарем отчасти потому, что ненавидел стрессовые ситуации. Может, ему следует попробовать устроиться на службу в ЦРУ — просто чтобы сменить обстановку?

Глава 41

Аннабель заказала обед в номер, приняла душ, завернулась в полотенце и принялась расчесывать волосы. Сидя перед трюмо, она стала обдумывать сложившуюся ситуацию. Четвертый день уже настал, так что Джерри Бэггер теперь знает, что стал на сорок миллионов долларов беднее. Ей бы следовало сейчас находиться как можно дальше от этого человека, а она торчит всего в часе лёта от него. Раньше она никогда не позволяла себе отступать от намеченного плана, но ведь раньше у нее никогда не убивали мужа, пусть и бывшего.

Ее крайне заинтересовали Оливер и Милтон, Калеб казался несколько странным, а Робин забавлял своими щенячьими попытками ее подклеить. И еще Аннабель вроде как даже нравилось, что она связалась с этой чугунной компанией. Несмотря на склонность к одиночеству, Аннабель всегда была частью команды и даже нуждалась в этом. Сначала она была в команде с родителями, а потом повзрослела и начала собирать уже собственные. Оливер и его друзья помогли ей заполнить образовавшуюся в ее жизни пустоту, хотя и совершенно иным образом. И все же ей не следовало здесь оставаться.

Она перестала расчесывать волосы, сбросила полотенце и натянула длинную майку с короткими рукавами. Подошла к окну и выглянула вниз, на оживленную улицу. Глядя на потоки машин и спешащих пешеходов, она мысленно пробежалась по тому, что уже сделано: выступила в роли редактора журнала, со знанием дела помогла Оливеру проникнуть в библиотеку конгресса, совершила уголовно наказуемое преступление, представившись агентом ФБР, а теперь еще и намеревалась придумать для Калеба способ заполучить видеозаписи с камер слежения и попытаться выяснить, что произошло с Джонатаном. И если Оливер прав, против них могут сыграть люди, гораздо более опасные, чем Джерри Бэггер.

Она отошла от окна, села на постель и принялась мазать ноги кремом. «Это все сплошное сумасшествие, Аннабель, — твердила она себе. — Бэггер будет землю рыть, чтобы тебя найти и прикончить, а ты сидишь здесь, даже за границу не убралась». Но она ведь обещала помочь этим ребятам. Более того: сама напросилась к ним в компанию. «Стоит ли мне продолжать торчать здесь и надеяться, что радары Джерри не достанут до округа Колумбия?» Джонатана кто-то убил. И она желала отомстить, пусть даже по той единственной причине, что некто принял решение покончить с ним задолго до того, как его жизнь подошла к естественному концу.

Тут ей внезапно пришла в голову одна мысль, и она глянула на часы. Аннабель понятия не имела, в каком часовом поясе сейчас находится Лео, а ей нужно было кое-что знать. Она подбежала к столу и схватила мобильный телефон. Набрала номер и стала нетерпеливо ждать ответа. Она сама дала Лео свой номер и трубку с оплаченным международным роумингом, чтобы поддерживать связь еще некоторое время после их «панамы». Узнав что-то про Джерри, каждый из них должен был позвонить и сообщить другому.

— Ну? — в конце концов отозвался Лео.

— Что «ну»? Я уж думала, ты никогда трубку не возьмешь.

— Я в бассейне был.

— Ах, в бассейне! Здорово! И где находится этот бассейн?

— В глубоком месте.

— Да нет, я имела в виду, в какой части света?

— Не скажу. Что, если Бэггер стоит рядом с тобой?

— Понятно. От остальных что-нибудь слышно?

— Ни звука.

— А что насчет Бэггера?

— Ничего, — сухо ответил он. — Я его из своей записной книжки вычеркнул.

— Я хотела узнать, ты что-нибудь слышал про его ответные меры?

— Только слухи. Не хотелось слишком в это ввязываться, сама понимаешь. И так понятно, что наш приятель на взводе.

— Конечно. Сам знаешь, он не прекратит поиски, пока жив.

— Тогда будем молиться, чтоб его хватил инфаркт. — Лео немного помолчал, потом сказал: — Тут есть кое-что, о чем я тебе еще раньше должен был сказать, Аннабель. Ты только не заводись.

Аннабель резко выпрямилась:

— Что ты натворил?

— Я вроде как немного проболтался Фредди о твоей прошлой жизни.

Она встала:

— И много ты ему