Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

из многих тысяч строк, — но и сам мог сочинять их, так что она никогда не была уверена, рассказывает ли он по памяти или просто импровизирует. Но не только умение читать баллады удивляло в нем. Он интересовался буквально всем и нередко задумывался о таких вещах, которые другие люди воспринимали как само собой разумеющееся. Однажды Джек спросил, откуда берется вода в реке. «Каждый час, — рассуждал он, — тысячи и тысячи галлонов воды протекают мимо Кингсбриджа — день и ночь, круглый год. И так было еще до того, как мы родились, и до того, как родились наши родители, и до того, как родились родители наших родителей. Откуда она взялась? Или она вытекает из какого-то гигантского озера? Тогда это озеро должно быть величиной с Англию! А что, если однажды оно пересохнет?» Подобные вещи он говорил постоянно, и Алина начала ловить себя на мысли, что без этих заумных разговоров ей становится скучно. Большинство жителей Кингсбриджа могли вести беседу только о видах на урожай да о супружеской неверности, однако ни то ни другое ее не интересовало. Конечно, приор Филип был совсем другим, но он редко мог позволить себе праздные разговоры, ибо вечно пребывал в делах, касающихся строительства собора, жизни монастыря или городских забот. Алина подозревала, что Том Строитель обладал незаурядным умом, но он больше думал, чем говорил. Джек был первым, с кем она по-настоящему подружилась. Несмотря на свой юный возраст, он оказался для нее истинным открытием. И в самом деле, уезжая из Кингсбриджа, она чувствовала, что ждет не дождется своего возвращения, когда снова сможет увидеть его.

Алину удивляло: и как это в голове Джека рождались такие идеи? Мысли о нем как-то незаметно заставили ее вспомнить об Эллен. Какая, должно быть, она странная: вырастила ребенка в лесу! Алина уже несколько раз разговаривала с Эллен и нашла в ней родственную душу — это была независимая, самостоятельная женщина, несколько обиженная на свою судьбу.

— Эллен, — обратилась к ней Алина, — откуда ты знаешь все эти истории?

— От отца Джека, — не раздумывая ответила Эллен, но ее лицо тут же сделалось настороженным, и Алина решила, что не стоит больше об этом спрашивать.

Однако ей в голову пришла мысль.

— Ты умеешь ткать?

— Конечно, — удивилась Эллен. — А что, кто-нибудь не умеет?

— А не хотела бы ты заняться этим за плату?

— Почему бы нет? Что ты там придумала?

Алина объяснила. Конечно, Эллен не нуждалась в деньгах, но деньги-то эти приносил Том, и Алина подозревала, что Эллен была не прочь и сама немного подзаработать.

Ее предположение оказалось верным.

— Ладно, попробую, — согласилась Эллен.

В это время подошел Альфред. Как и его отец, он был гигантского роста. Большая часть лица Альфреда была скрыта под мохнатой бородой, над которой блестели близко посаженные лукавые глаза. Он умел читать, писать и складывать числа, но, несмотря на это, все же был туповат. Тем не менее в ремесле он преуспел и имел под своим началом несколько каменщиков, работников и подмастерьев. Алина заметила, что крупные мужчины очень часто получают власть над людьми независимо от их умственных способностей. Без сомнения, у Альфреда, как у старшего каменщика, было одно преимущество: он всегда был уверен, что его люди будут обеспечены работой, так как его родной отец являлся старшим строителем Кингсбриджского собора.

Альфред сел на траву рядом с Алиной. У него были огромные ноги, обутые в серые от каменной пыли, тяжелые кожаные башмаки. Как единственные в Кингсбридже молодые люди, относившиеся к классу имущих, они могли бы иметь много общего, но Альфред всегда казался Алине ужасно скучным. Помолчав немного, он проговорил:

— Церковь-то должна быть каменной.

По-видимому, он считал, что все должны были сами додумывать смысл его замечания.

— Ты ведь говоришь о приходской церкви? — спросила Алина.

— Да, — буркнул он, словно это было совершенно очевидно.

Поскольку крипта собора использовалась монахами и была очень тесной, а население Кингсбриджа выросло, старая деревянная приходская церковь с соломенной крышей и земляным полом всегда была набита битком.

— Ты прав, — согласилась Алина. — Каменная церковь нам нужна.

Альфред выжидающе уставился на нее. Что еще он хочет, чтобы она сказала, недоумевала Алина.

— Что ты задумал, Альфред? — спросила Эллен, которая, должно быть, уже привыкла к неясности его замечаний.

— А как начинают строить церкви? — спросил он. — Я имею в виду, что мы должны сделать, если хотим иметь каменную церковь?

— Понятия не имею, — пожала плечами Эллен.

Алина задумчиво нахмурила брови.

— Ну, ты можешь организовать приходскую гильдию, — предложила она. Приходская гильдия представляла собой объединение людей, которые время от времени устраивали обеды и собирали деньги на покупку свечей для местной церкви или делали пожертвования в пользу вдов и сирот. В деревнях гильдий не было, но ведь Кингсбридж уже стал городом.

— А дальше что? — заинтересовался Альфред.

— Члены гильдии будут оплачивать строительство новой церкви, — объяснила Алина.

— Значит, нужно основать гильдию, — сделал вывод Альфред.

Алина даже подумала, что у нее сложилось неверное представление об Альфреде. Уж набожным-то он ей никогда не казался, а здесь вдруг хочет собрать деньги на постройку новой церкви. Но затем до нее дошло, что Альфред оказался единственным в Кингсбридже строительным подрядчиком и мог быть уверен, что эта работа достанется ему. Может, он и не слишком умен, но зато достаточно расчетлив.

Тем не менее эта идея