Жуга. Осенний лис - Дмитрий Игоревич Скирюк

яростном крике Линоры слышалась боль. Они орали оба, разрывая полог тишины, пока со всех сторон не зазвучали тревожные голоса – поляна быстро просыпалась. Ночь наполнилась шумом и топотом. Фермерский мальчишка, которому Тил в суматохе заехал кулаком по роже, вскочил и заметался, запутавшись в одеялах. Дракон галопом бросился бежать, сметая всё на своём пути, и с треском исчез в кустах. В огонь подбросили веток, Жуга, Арнольд и Вильям с оружием в руках подбежали к костру и замерли при виде открывшейся картины.

Средь разбросанных одеял, держась руками за шею, сидел Телли, а у ног его, хрипя и содрогаясь, билось в судорогах тело акробатки. Лицо Линоры, бледное до синевы, было выпачкано кровью, на губах пузырилась пена. Повязка сдвинулась и набухала красным. На глазах у изумлённых спутников девушка выгнулась в последней судороге и замерла с закрытыми глазами.

Первым опомнился Арнольд.

– Ты что с ней сделал, гадёныш?! – завопил он, подскочил к мальчишке и засветил ему пощёчину. – Отвечай!

Тил дёрнулся и закрылся руками. По шее его заструилась кровь. Жуга перехватил уже занесённую для нового удара руку Арнольда и оттолкнул его.

– Ты с ума сошёл! Не видишь – он весь в крови! – он повернулся к Тилу: – Что стряслось? Говорить можешь?

Тил не отвечал, лишь тупо смотрел на травника. Жуга присел, перехватил под мышку меч и положил ладонь на шею Телли, зажимая рану. Оторвал от рубахи лоскут и вложил его в руку мальчишке. Нагнулся, осмотрел укус.

– Ничего страшного, – сказал он. – Держи вот так. Я сейчас.

И направился к Линоре.

Вильям и Арнольд уже успели уложить девушку у костра и закутать в одеяла. Жуга встревоженно склонился над ней, поправил и затянул повязку, пощупал пульс и заглянул под веко. Нахмурился. Нора была без сознания, лоб её был горяч, как печка, дыханье с хрипом прорывалось меж стиснутых зубов.

– Что с ней?

– Ума не приложу, – сказал Жуга, помедлив. – Я бы сказал, что она отравилась, но…

Арнольд недоумевающе переводил взгляд с Телли на Линору и обратно.

– Отрави… Что тут было? Ты хоть что-то понимаешь?

Травник сделал знак молчать, встал и поманил Арнольда в сторону.

– Она пила кровь.

– Кровь? – тупо переспросил силач. – Зачем?

– Поверь, такое бывает, – Жуга обернулся к костру: – Тил, как это случилось?

Телли поднял голову.

– Она пришла… – он сглотнул. – Она сказала: «Ты мне нужен». Я… я думал… Я подумал…

Он покраснел и умолк.

– Понятно, – медленно проговорил Жуга. – Вот что: лезь под одеяло и постарайся согреться. На, моё тоже возьми. А вы, – он повернулся к Эрне и Вильяму, – тащите котелок и грейте воду. Я схожу за рвотным камнем.

Он огляделся.

– Где дракон?

– Сбежал, – угрюмо буркнул Телли, старательно прижимая к шее окровавленную тряпку. – Как закричали, он и убежал.

Жуга остановился, потом тряхнул головой и полез за мешком. Когда он вернулся, в руках его, кроме тряпичного свёртка, была дощечка с фигурками. Травы он бросил в котёл, сам подсел поближе к костру и склонился над доской.

Тил с недоумением покосился на неё, затем поднял взгляд на травника.

– Она… опять?

Жуга покачал головой, встал и направился к костру. Арнольд, сидевший у Линоры в изголовье, проводил его взглядом, плюнул и отвернулся.

– Будь проклята эта дорога, – пробормотал он. – Будь проклято всё.

* * *

«Пляшущий Лис» – небольшая корчма в Цурбаагене – по всем статьям был заведением средним. Он находился на отшибе, вдобавок пользовался нехорошей славой, а от расположенных неподалёку кожевенных складов тянуло гнилью. Зато здесь подавали неплохое пиво и вполне приличную еду за умеренную плату, посуда была чистой, и клопов не водилось. Последним по праву могла бы гордиться любая хозяйка. Богатеи, впрочем, брезговали сюда заходить, а голытьба побаивалась, хотя бывали изредка и те, и эти. Здесь не будили, если кто-то засыпал за кружкой, но среди заядлых выпивох «Лис» был непопулярен – здесь не скупали краденое, не наливали в долг, а драки угасали как по волшебству, едва успев начаться. Не было здесь и девок, готовых отдаться за миску похлёбки. В общем, средняя была корчма.

Заправляла в «Лисе» пожилая женщина по имени Агата, но мало кто знал, что корчма принадлежит не ей. Ещё меньше людей знали, кто её хозяин, и лишь некоторые могли похвастаться тем, что знали его в лицо. Могли, но не хвастались. Иные из соображений безопасности, иные по долгу службы.

А кое-кто уже и не мог.

Жуга знал его ещё с войны. Золтан Хагг тогда работал на тайную службу, а корчму содержал на стороне частично из любви к хорошей кухне, но в основном как место встречи с людьми, которых на него работало немало. Впоследствии, оставив службу, Золтан окончательно перебрался в Цурбааген – на юге его знали слишком хорошо. Помимо прочего, корчма была для Золтана стабильным источником дохода, чего нельзя было сказать о государственной казне, подорванной войной и склоками бояр.

– Чего прикажете подать?

Травник поднял взгляд. Стоящий перед ним парнишка из прислуги, очевидно, был новенький. Во всяком случае Жуга его раньше не видел.

– Бобовой каши с мясом. И пива. И две комнаты.

– Мяса нет пока, только вечером жарить будем. Есть суп, тархоня [33], лапша с творогом, гребешки петушьи в пиве… Принести?

– Супа не надо, неси гребешки.

– Понятно. Сделаем. Надолго хочете остановиться?

– Дня на два, а там видно будет.

Паренёк кивнул и умчался на кухню. Через минуту он вернулся, принёс пиво и вновь исчез – разузнать насчёт обеда. Жуга взял кружку и задумался.

Его и Золтана никогда не связывала дружба, но жизнь дважды сводила их вместе, и оба раза справиться с бедой им удавалось только вдвоём. Возможно, это научило их относиться друг к другу с уважением. Так или иначе, Золтан был одним из тех немногих людей, которым травник доверял.

Фургон добрался до городских ворот вскоре после полудня. Иоганн и Эрна собирались ехать дальше, но Жуга уговорил их задержаться в городе до вечера, пока он не разыщет Золтана. Линора была совсем плоха. Она пришла в себя, но лежала пластом и отказывалась есть. Вдобавок она не могла говорить. Эрна пристроила повозку неподалёку от базарной площади, подле городской стены. Дракон, сбежавший ночью, так и не объявился. Тил порывался сбегать поискать, но травник строго наказал ему не отлучаться.

– Здесь тебе не Лиссбург, это порт. Прихлопнут пьяные матросы, уволокут на корабль, потом не найдёшь. Сиди лучше тут.

Сказавши так, он прихватил свой мешок и направился в «Пляшущего Лиса».

Кружка опустела. Жуга подумал, не заказать ли