Жуга. Осенний лис - Дмитрий Игоревич Скирюк

что и сам играющий имеет на доске свою фигурку. Гм… Наверное, даже частица Старшей крови может дать начало партии. Знаешь, пожалуй, я покажу её Орге: сам я слишком мало знаю об эльфах и вообще ничего – о правилах игры.

При упоминании имени маленького гнома Жуга насторожился:

– А что, были правила?

– Может быть, нет, но скорее всего, да. – Золтан задержался у окна и выглянул наружу. – О, кажется, твои приехали, – сообщил он. – Вон, выгружаются. Дракона, правда, не видать.

– Дракон потерялся, – сообщил угрюмо травник. – Сбежал вчерашней ночью.

– Жаль. Хотелось посмотреть.

– Ещё увидишь. Мало не покажется.

Хлопнула входная дверь, снизу донеслись голоса, а ещё через минуту показались Вильям и Арнольд, тащившие Линору на руках. Золтан кивнул им и указал на кровать.

– Кладите сюда. Потом идите вниз, там вам обед приготовили. Не беспокойтесь, Агата за девчонкой присмотрит.

Он пристально рассматривал обоих, пока те укладывали девушку, подождал, пока дверь за ними не закрылась, и повернулся к травнику:

– Этот, здоровый, и есть твой Арнольд?

– Да. Он жонглёр.

– Можешь поздравить себя ещё раз, – усмехнулся Золтан. – Он не тот, за кого себя выдаёт.

– Что? – вскинулся Жуга. – Что ты сказал?

– Что слышал. Ну, дела…

Дверь приоткрылась, и в комнату просунулась вихрастая голова Телли.

– Жуга, ты здесь?

Тот обернулся.

– А, это ты, Тил… Что случилось?

– Да это… Там еду принесли. Идём, а то эти двое всё слопают.

– Пускай, – отмахнулся травник, – я уже обедал. Иди сам, а то и тебе не достанется.

Парнишка замялся на пороге.

– Жуга, а Жуга… Может, всё-таки сходим Рика поищем, а?

– Пока не до него. Потом. Авось не пропадёт: он у тебя привык один по лесу шастать.

Дверь за мальчишкой закрылась. Жуга вздохнул, повернулся к Золтану и опешил: Хагг сидел бледный, с отвисшей челюстью, и ошарашенно хлопал глазами.

– Что с тобой?

– Со мной?! – вскинулся тот, вскочил и забегал по комнате. – Нет, это мне надо спрашивать, что с тобой! Аллах милосердный, ну и денёк! Сперва приходит этот и приносит это, а потом ещё приводит этого!.. Да его… его вообще здесь быть не должно!

– Кого? – травник совсем растерялся. – Чего ты орёшь? Кого быть не должно? Арнольда, что ли?

– Да при чём тут Арнольд! – слова, казалось, застревали у Золтана в горле. – Т-телли твоего! Ты посмотри на эти волосы, на эти его глазищи! А уши? Ты видел его уши?

– Видел. Оттопыренные. Стражники порвали… одно. Левое вроде. Или правое, – добавил он, подумав. Потряс головой. – Не помню.

– Идиот! – Золтан сгрёб травника за рубаху, притянул к себе и перешёл на хриплый шёпот: – Это же эльф!

– Кто?! Эльф?

– Какая разница, зови как хочешь! – рявкнул Золтан. – Ситха, квэнни, фэйри! Сид белоголовый! О, теперь мне понятно, кто втянул тебя в игру!

– Да ты с ума сошёл! – Жуга оттолкнул Золтана. Расправил рубаху. – Откуда ему взяться, если они уже лет триста как ушли? Ты сам говорил. Да и потом, он совсем мальчишка.

– Мальчишка? Ха! Ему лет сорок, если не пятьдесят! Ручаюсь, он постарше нас с тобой.

Они остановились у кровати и умолкли. Линора, бледная, лежала без движения, глаза её были закрыты.

– У тебя с нею как? – спросил Золтан.

– Да никак, – отмахнулся Жуга.

– Понятно… – тот склонился над кроватью. – Кто её?

– Разбойники на западной дороге. Да, совсем забыл. Представь себе, их главарь мне как Жуга представился. Напугать хотел, что ли…

– Ты что, их тоже… того? – Хагг провёл рукой по горлу. Жуга пожал плечами:

– Сами полезли.

Вошла Агата. Следом девчонка из прислуги несла кувшин с водой и полотенце.

– Ну, что уставились? – хозяйка сердито зыркнула на обоих. – Ишь, до чего девку довели… А ну, марш отсюда. Марш, марш! Нечего тут под ногами путаться.

– Слушай, вот что, – обернулся Золтан к травнику. – Ты иди к ним. Иди, иди. А я пока тут посижу, подумаю. И присмотри там за ними, как бы чего не случилось. Я к вам спущусь.

Он сел на стол и потянулся было за кружкой, махнул рукой и начал пить прямо из кувшина.

* * *

Скрипучая крутая лестница привела травника обратно в трапезную. Обед уже прошёл, а до ужина было ещё далеко, и народу в корчме было мало, лишь за стойкой трое заляпанных извёсткой маляров вяло угощались пивком. Арнольд, Вильям и Тил расположились у камина и расправлялись с обедом. Есть травник не хотел, но после разговоров и споров в горле у него пересохло; он с благодарностью взял протянутую кружку и подсел к столу.

Арнольд ел неторопливо, основательно, со вкусом запивая еду холодным пивом. Бард, судя по всему, уже наелся и теперь выбирал из блюда кусочки повкуснее. Телли быстро орудовал ложкой, наклонившись над тарелкой и не забывая поглядывать по сторонам. Теперь, после разговора с Золтаном, Жуга и вправду находил в его лице всё меньше человеческого.

Вовсе даже не одно, как помнилось Жуге, а оба уха Телли были неправдоподобно вздёрнутыми, с чуть заострившимися кончиками. Отросшие белые волосы не могли скрыть от внимательного взгляда ни этих ушей, ни глаз – раскосых, чёрных, широко расставленных. Зубы у мальчишки были мелкие, очень острые и без клыков – одни резцы и коренные. Жуга вдруг понял, что выбитый недавно зуб уже сменился новым. Впору было удивляться, как он не заметил этого раньше. Вспомнились другие странности и несуразности, которые случались там, где появлялся Тил. Ему всегда удавалось подобраться незаметно: раньше, чем он сам хотел, его никто не мог увидеть. Он не пьянел от пива и вина, но не переносил табачный дым. Яд скорпиона на него не подействовал, царапины и раны заживали слишком быстро – след от вчерашнего укуса девушки почти исчез. Зубы опять же. Он мёрз, но не болел от холода – вон, чуть ли не до снега проходил босиком. И дротики – за эльфами всегда ходила слава непревзойдённых стрелков.

Жуга заёрзал и потянулся за кувшином. Задумался.

Когда случились неприятности с Рудольфом, Рик дохнул огнём на разъярённых горожан. Если те слова мальчишки не были заклятием, то чем они были? Ответ напрашивался сам собой: разумеется, приказом ручному зверю. Командой на каком-то языке. Но всё равно, как ни крути, что-то было не так. Не верилось, что Тил злоумышляет против них и двигает их всех, как фишки на доске. Он, как и другие, казалось, подчинялся воле игрока. Да и фигурки сдвинуть мальчишка не мог. «Бр-р… – травника передёрнуло. – Со стороны посмотришь: пацан пацаном. Неужто ему вправду за сорок?»

Может, Телли в самом деле потерял память?