В тени монастыря (СИ) - Юрий Раджен

Внутри цеха, впрочем, все было обустроено довольно уютно и аккуратно: стены на проходной были покрашены в теплый персиковый цвет, пол чисто вымыт, а на стене висел жизнерадостный плакат с надписью «Имперское – значит отличное!». Ярина встретил распорядитель цеха, мастер Елсей, здоровенный усатый мужик, высокий и крепкий – настоящий северянин. Он с сомнением оглядел Ярина:

– Ты хочешь у нас учиться? – потом он заметил блестящее на его пальце Кольцо, – ага, понятно. Не поступил в Академию и пришел сюда, так?

– Ну, в общем… да.

– От учеников мне, честно говоря, толку мало. Навязали, понимаешь, эту школу на мою голову, а мне бы лучше работников толковых, – вздохнул мастер, – а то учишь вас, учишь, а вы как были дураками, так и остаетесь. Ты хоть что-нибудь умеешь?

– Да, меня тетка воспитывала, она меня хорошо научила волшебству огня и пара. Я несколько дюжин книг прочитал, и всю зиму разбирал и собирал всякие штуки, и плуг самоходный, и насос водяной, и для замешивания теста…

– Штука для замешивания теста? – удивился Елсей, – сдается мне, ты, парень, привираешь. Где ж это видано, чтобы тесто волшебством месили? Впрочем, есть простой способ узнать, чего ты стоишь. Пошли со мной.

Ярин прошел за мастером в цех – огромное помещение, где рядами стояли верстаки с различными инструментами, за которыми рабочие неспешно мастерили мебель: сверлили отверстия, распиливали доски, вворачивали шурупы, красили… Елсей подвел Ярину к одной из машин.

– Знаешь, что это такое?

– Да, конечно, – зачастил Ярин. – Это винторезный станок, впервые созданный гномьим мастером Лехтцем из Штрёльме, который…

– Стоп-стоп, помолчи, – поморщился мастер, – умный ты слишком, где не надо. Даже не знаю, справишься ли ты… Ну да ладно, попробуем. Как с ним управляться, знаешь?

– А чего тут не знать? – удивился парень. – Взял за обод, крутишь, заготовка вращается, и резец…

– Ну вот и крути. Проявишь себя в деле, а не на словах – может быть, найду тебе что-нибудь получше. Устроит? За бумаги для Гвардии не переживай, все оформлю, как будто ты здесь учишься в школе. Общежитие тебе выделю, зарплату кой-какую. Согласен?

Ярин задумался. Похоже, мастер Елсей принимал его за полоумного. Просто так стоять и крутить обод? Уж лучше в Гвардию! Хотя, он же сказал, что если я докажу ему, что могу работать… А может, поторчу тут годик, и в Академию снова поступить попытаюсь. В конце концов, в Гвардию, если надоест, я всегда успею! Рассудив так, Ярин ответил просто:

– Да, я согласен.

– Хорошо. Выйдешь на работу послезавтра. И постарайся, чтобы я не пожалел об этом. Не забывай – я всегда могу тебя выгнать, и Гвардия снова тобой заинтересуется.

Глава 4. Меч, Посох и Глаголь

Она обернулась. Неторопливым шагом приближался высокий, на полголовы выше ее, парень. По здешним меркам, он мог бы быть настоящим великаном, если бы не был столь строен, даже худ – великан таким быть не мог. Одежда парня тоже не походила на уже примелькавшиеся ей серые и коричневые робы. Строгие черные брюки со стрелкой еще укладывались в принятую здесь моду, хотя и были узковаты, но бордовый свитер с вязаными косами был уже чересчур экстравагантным. Среди скроенных словно по одному лекалу домов и людей, все, выбивающееся из шаблона, выглядело так привлекательно! Парень, между тем, продекламировал хорошо поставленным голосом:

– Позволишь ли ты мне отнять у тебя несколько минут и рассказать тебе одну трагичную и печальную, но увлекательную историю?

Она машинально кивнула. Однако, а он красив! Открытое, доброе лицо с голубыми глазами, широко распахнутыми и немного наивными, прямой аристократический нос, и отливающие платиной длинные волосы, с вставленным в них белым лебяжьим пером. Опять перо. Это тоже не соответствовало моде, никто в городе их не носил – но здесь, на площади, перья были практически у каждого. Парень, тем временем, не обращая внимания на ее пристальный изучающий взгляд, рассказывал какую-то тарабарщину про маленького мальчика, рассердившего епископа своими рисунками, и попавшего за это в заточение. Она мало что поняла из этого рассказа – слишком уж она увлеклась разглядыванием – и целиком уловила только последнюю фразу:

– Не хочешь ли присоединится к нашей веселой компании?

Почему бы и нет? Это было отличным решением ее проблем с ночлегом и ужином. Выйдя на площадь, она сразу поняла, что усилия, потраченные на путь к ней, следовало бы потратить на поиски гостиницы – просто так, по пути, ей почему-то ни одной не попалось, даже в центре. До сих пор она надеялась, что, пробившись через лабиринт незнакомых улиц и другие мелкие неприятности, и оказавшись в центре города, она сможет рассчитывать на какое-то чудо: например, на внезапно вернувшуюся память. Чуда не произошло, и она осознала, что не вполне понимает, что делать дальше. Обращаться за помощью к угрюмым прохожим и тем более стражникам ей решительно не хотелось, а здесь… Компания казалась как минимум приятной: молодые, веселые и даже совсем не пьяные, люди на площади выгодно отличались от всех, кого она ранее видела на улицах города. Может быть, она даже сможет попросить у них помощи? Только осторожнее, – подумала она, – не то тебя опять в подвал посадят, на этот раз – точно в сумасшедшем доме. Или тем зеленолицым в шлемах сдадут. Быстро оценив таким образом предложение парня, девушка ответила:

– Конечно, с удовольствием!

– Отлично, – слегка удивленно, как ей показалось, откликнулся парень, – Пойдем. Я Иан, кстати. А тебя как зовут?

К этому вопросу она успела приготовиться во время своего долгого пути сюда – ведь рано или поздно на него все равно пришлось бы отвечать, и выглядеть при этом странно совсем не хотелось. С именами в ее голове творилась настоящая катастрофа – на ум не приходило ни одного, и поэтому пришлось довольствоваться теми, что она уже услышала. Фыркой ей быть не хотелось, так что…

– Я Алия, – улыбнулась она парню столь уверенно и непринужденно, как будто уже лет двадцать была Алией.

– Ты здешняя?

– Нет, я буквально сегодня приехала, на отдых. Пошла в центр погулять, а тут…

– Да уж, тут у нас весело, – закончил за нее Иан, – эту поездку ты наверняка запомнишь!

Хоть что-то я запомню, – подумала девушка.

– А откуда ты приехала?

– А… Издалека, – махнула она рукой, – тебе неинтересно.

Так, болтая – хотя болтал, в основном, Иан, а девушка лишь с поразившем ее саму искусством уворачивалась от вопросов – они прошли в лагерь. В самой его середине располагалось несколько столов, накрытых для походного обеда: хлеб, сыр, вареные яйца и чай. Едой занимался Киршт, невысокий и крепко сбитый, чье мрачное лицо с широкими сросшимися бровями, толстым носом и угрюмо опущенными вниз уголками губ, казалось, никогда не улыбалось. У него в волосах тоже было перо – вороновое, судя по его черному цвету. Алия взяла себе один из кусочков картона, которые здесь использовались вместо тарелок, и положила себе всего понемногу. На мгновение задумавшись, девушка решила, что просто так есть будет неприлично, и отдала Киршту свою добычу из подвала, уцелевшую после общения с медношлемным стражником: несколько мандаринов, вареную колбасу, какие-то консервы…

– А почему тут все с перьями? – спросила она у Иана, когда они двинулись к компании сидящих в кружке молодых людей.

– Это наш знак. Мы – как свободные, веселые и яркие птицы на затянутом тучами небосводе, – витиевато ответил Иан.

– И Киршт тоже? – удивилась Алия, оглянувшись на хмурого парня.

– Киршт та еще птица, не сомневайся, – неопределенно сказал Иан, – проходи, садись, устраивайся поудобнее.

Они присоединились к сидящим на ковриках и рюкзаках людям – преимущественно, молодым парням, что Алию очень обрадовало: с парнями ей всегда было интереснее. Всегда, хм… Как она могла знать, что было всегда, если ничего не помнила? Впрочем, в очередной раз задумываться об этих загадках у нее не было желания – Алия жадно накинулась на еду и только сейчас поняла, как сильно проголодалась, ведь с того момента, когда она ела последний раз, прошло не меньше половины дня. Утолив голод, Алия решила выяснить, что, все-таки, происходит на площади, и спросила:

– А что вы все здесь делаете? Это праздник, да? Вы уличные актеры, которые рассказывают прохожим истории?

Ее соседи удивленно уставились на девушку, и расхохотались. Не смеялся лишь Иан, который слегка обиженно надул губы. Взглянув на него, Алия попыталась исправить положение, сбивчиво добавив:

– Прости, я невнимательно тебя слушала. Я только приехала, это такой большой город, здесь все для меня так ново!

– Да уж, молодые девушки не часто слушают, что Иан им рассказывает, – рассмеялся Гедеон, парень чуть пониже Иана, веселый и холеный, с золотистыми волосами до плеч, завивающимися в подчеркнуто неряшливые кудри, и зелеными глазами, чье лицо почти никогда не покидала улыбка. Иан покраснел. Как он смешно краснеет! Сначала его уши мгновенно стали чуть ли не бордовыми, а затем и лицо медленно залилось нежно-розовой краской. Гедеон, между тем, продолжал: