Песочные часы вселенной. Возвращение. - Лариса Деминская

- Рыбу? Что вы имеете в виду?

- Только то, что вы умеете ее ловить. Если не хотите работать на фабрике, тогда будете помогать садовнику.

- Как, садовнику? Это серьезно?

- Вполне.

- А, разве вам не нужен секретарь?

- Нет, это место уже занято.

- Это кем же?

- А вы, должно быть, ее знаете, это некая Джейн. Она работала горничной моего дяди.

- Горничной?! Как же это горничная может стать секретарем?

- Джейн – вполне образованная девушка, и сможет справиться с обязанностями секретаря. Перед тем, как вы ударили меня в спину, я обещал ей это место.

- Отчего же, если она такая образованная, то работала горничной?

- Вам, должно быть, известно, что такое господская немилость.

- Хотите сказать, что она впала в немилость Джеймса Блора?

- Нет, еще его отца – Генриха Блора.

- Сколько же ей лет?

- Это бестактный вопрос, Сюзанна. И потом, это, ведь, только кажется, что Генрих Блор жил невесть когда, сто лет назад. На самом деле, Генрих Блор умер чуть более двух лет назад. А вы спрашиваете, сколько ей лет.

- Отчего же вы просите меня здесь остаться, если можете предложить мне только работу на фабрике или помощницей вашего садовника?

- Вас это оскорбило?

- А вы, как думали, что я буду хлопать в ладоши от радости?

- Сожалею.

- Что   происходит   вокруг   меня?   Отчего   изменилось отношение людей ко мне? Что произошло? – Сюзанна прижала пальцы к вискам и встала из-за стола. – До свиданья, Артур.

- Куда вы?

- Я ухожу.

- Напрасно.

- Отстаньте от меня. Вы мне что-то сильно успели надоесть за этот  вечер.

- Ну, и куда вы направляетесь?

- Да, какое вам дело?

- Кстати, Сюзанна, вы мне так и не сказали, зачем я вам сегодня понадобился. Вы так были поглощены ужином, что напрочь забыли, зачем пришли?

Сюзанна удивленно смотрела на Артура.

- Отчего же вы все молчите, Сюзанна?

- Думаю, что сказать.

- Правду, конечно, что же еще.

- Вы уверены в том, что хотите знать именно правду?

- Разумеется.

- Хорошо. Я обманула вас.

- Да, что вы. Когда именно?

- Сегодня. Я знала, что Эмели больше не живет здесь, потому и пришла.

- Так… и зачем?

- Хотела поговорить с вами без свидетелей и помех. Но что-то во мне сломалось сейчас. Не могу… ничего не могу. Столько хотела сказать, а теперь вот передумала. Зачем? Не хочу, и будь, что будет.

- Сюзанна…

- Нет, нет, не надо, я хочу уйти, прощайте.

- Уже ночь…

- Отлично, ночь для меня самое лучшее время суток.

- Да, что с вами?

- Эх, Артур, Артур, если бы вы только могли себе все представить, понять, но - нет, вы не сможете…

- Да, что за наказание у меня сегодня. Сплошные истерики. Прекратите немедленно. Меня не интересуют ваши ночные тайны, которые я не могу себе представить и понять. Довольно. Сейчас же замолчите и сидите тихо. Я распоряжусь, чтобы вам приготовили комнату, и, чтобы я больше не слышал от вас душещипательных слов. Мы поговорим с вами завтра. Но, если вы вздумаете уйти отсюда сейчас, в ночь, больше можете сюда не приходить. Надеюсь, вы меня правильно поняли.

Сюзанна стояла молча, словно окаменела.

Артур вышел из столовой, громко хлопнув дверью.

Постояв еще немного, Сюзанна словно оттаяла, расслабилась, тихонько рассмеялась, посмотрела на дверь и прошептала:

- Идиот какой… Как он похож на своего дядю.

Мистер Хаббард пил чай в своем кабинете и с явным удовольствием откусывал печенье. Его дворецкий стоял рядом и ждал новых распоряжений.

-         Где Сюзанна?- спросил мистер Хаббард.

-         Сегодня утром она приходила за вещами...

-         Да? – перебил дворецкого мистер Хаббард. – Значит?

-         Она будет жить у мистера Блора.

-         Хорошо. Как, однако, наивны молодые мужчины.

-         Позволю себе заметить, этот Артур Блор не показался мне наивным человеком.

-         А, каким он тебе показался?

-         Умным и уверенным в себе. Он из тех, кто подыгрывает сопернику, притупляет его бдительность, перед тем как напасть и прикончить.

-         Напасть, прикончить... Что за слова ты используешь? Можно подумать, что не я, а ты - охотник.

-         Слова, может быть, резки, но я хотел передать свое мнение.

-         Ну, что же, достойный противник, что может быть лучше, не так ли, а? – мистер Хаббард рассмеялся. Его смех неожиданно оборвался. – А, как ты думаешь, Сюзанна не влюблена ли в Артура Блора? Это было бы весьма некстати.

-         Я думаю, что нет, мистер Хаббард.

-         Думаешь... То, что думаешь ты, может не совпадать с тем, о чем думает женщина, особенно такая, как Сюзанна. Влюбленная женщина может быть опаснее картежника.

-         Вероятно, вы правы, мистер Хаббард.

-         Конечно, я прав. У меня богатый жизненный опыт. Вам, молодым мужчинам, только кажется, что вы знаете жизнь. На самом деле, жизнь играет вами, как хочет. Хотя, если подумать, жизнь благосклонна к тебе, или ты так не считаешь? Ладно, иди, у меня много дел, не беспокой меня до обеда.

-         Хорошо, мистер Хаббард, - сказал дворецкий, взял поднос с чаем и вышел из кабинета.

           Мистер Хаббард остался один. Он подошел к окну и долго смотрел вдаль, напряженно думая о чем-то.

-         Все правильно, - произнес вслух мистер Хаббард, - я поступил правильно.

В это самое время у себя в кабинете Артур Блор разбирал бумаги и записки прежних хозяев кабинета. Джейн помогала ему.

- Нет ничего хуже, чем работать в чужом кабинете, Джейн. Все чужое, порядка нет. Может бать, выбросить все это к чертовой бабушке, и дело с концом?

- Что вы, мистер Блор, нельзя ничего выбрасывать, пока вы не убедитесь в том, что бумаги вам не нужны.

-  Как жаль, а я надеялся, что вы согласитесь со мной. Здесь кто-нибудь когда-нибудь наводил порядок?

- Конечно, и Джеймс Блор, и его отец очень любили порядок и аккуратность. Это, должно быть была их семейная черта, - ответила Джейн.

- Тогда, почему я ничего не могу разобрать в этих чертовых бумагах? Письма, счета, записки какие-то, все в перемешку. Что вы на это скажете, Джейн?

- Я удивлена не меньше вас. Я знаю, что Генрих Блор терпеть не мог разбросанных бумаг на своем столе и все свои бумаги хранил в порядке. После смерти отца Джеймс разбирал бумаги в кабинете, еще сэр Оливер помогал ему в этом…

- Постойте, - перебил Джейн Артур, - подождите, Джейн. Это, что же получается? Генрих Блор держал свои бумаги в порядке, но после его смерти порядок был нарушен. Джеймс разбирал бумаги и, думается мне, что порядок был восстановлен, если ему даже помогал архивариус. Потом Джеймс умирает и после его смерти снова требуется наводить порядок в бумагах… Вам это ни о чем не говорит?