С Цоем по Питеру. Путеводитель: адреса, даты, события - Максим Владимирович Иванов

друзей. На пересечении улицы Типанова и проспекта Космонавтов – пивной ларек, возможно, воспетый Цоем в песне «Мои друзья».

В своей книге «“Кино” с самого начала» Алексей Рыбин вспоминает: «Лето. Мы сидим с Цоем в моей двухкомнатной крохотной “хрущoбе” в прекрасном настроении – Цой только что продал на толчке три плаката с изображением Роберта Планта, нарисованные на ватмане разноцветной гуашью. Стены моей комнаты тоже сплошь увешаны Витькиной продукцией – это портреты Питера Габриела, Элиса Купера, Стива Хоу и многих других любимых нами музыкантов. Один такой плакат Цой оценивает в пять рублей, и на “толчке” их берут – работы качественные и оригинальные. Так что сегодня у нас куча денег, и мы выбираем варианты для наилучшего их вложения. Можно, например, купить сухого вина и пойти к Свину, можно еще купить сухого вина и пойти гулять – мы просто теряемся среди столь разнообразных возможностей. Я сижу на полу, а Цой – на моей раскладушке. Раньше у меня в этой комнате был диван, но случилось так, что наш друг Майк внезапно женился, и ему потребовалось срочно приобретать спальный гарнитур. Я пошел другу навстречу и поменялся с ним – я дал ему диван, а он мне рок-н-ролльную пластинку группы Hurriganes – вполне нормальный битнический обмен. Наконец мы решаем купить сухого вина и потом уже думать, куда с ним деваться. Мы проделываем эту несложную операцию, потом Цой покупает еще две магнитофонные пленки – они нужны так же, как вино, как вода, как воздух… Погрузив все это добро в сумки, мы неторопливо идем к электричке на станцию “Проспект Славы”. Жара».

Рыбин так описывает типичное времяпрепровождение: «Я приходил к Цою в “Дом со шпилем” на углу Московского и Бассейной, мы сидели и слушали Костелло и Битлз, курили “Беломор”, пили крепкий сладкий чай, которым нас угощала Витькина мама, потом ехали ко мне на Космонавтов, слушали “Ху” и “ЭксТиСи”, потом… выбор. Выбор был широк – идти к Олегу и слушать “Гранд Фанк и Джудас Прист”, идти к Свину и слушать Игги Попа и “Стреглерз”, ехать к Майку и слушать “Ти Рекс”, пить кубинский ром с пепси-колой и сухое, ехать к Гене Зайцеву, пить чай и слушать “Аквариум”… И говорить, говорить, говорить обо всем, кроме политики и футбола».

Дом Михаила Дубова (Виноградова). Витебский проспект, 31, корп. 3

Михаил Дубов-Виноградов – музыкант, бас-гитарист, играл в питерских рок-группах «Тяжелый бомбардировщик», «КСК» («Климакс Скандального Кризиса»), «Пилигрим», «Нате!», «600» и конечно же «Автоматические удовлетворители». Михаил если и не был особенно дружен с Виктором Цоем, то приятельствовал с ним.

В контексте нашей темы дом Михаила Дубова интересен одним событием весны 1981 года. А именно – в Ленинград приехал московский журналист Артемий Троицкий[4]. Приехал, надо полагать, чтобы познакомиться с молодыми питерскими талантами. И знакомство это произошло дома у Михаила на Витебском проспекте, в девятиметровой комнате обычной хрущевки. Дом находился на границе двух районов – Московского и Фрунзенского (Купчино). Эти два района Ленинграда смело можно назвать малой родиной питерского рока. В разное время здесь жили многие рок-музыканты: Цой, Гребенщиков, Науменко, музыканты групп «Народное ополчение», «Объект насмешек», «Бригадный подряд» и др.

Михаил вспоминает, что для встречи с Троицким в комнату набилась вся панковская тусовка во главе с Андреем Пановым. Родители Михаила были весьма шокированы происходящим. К примеру, панки ходили в туалет, не закрывая дверь. Не обошлось и без алкоголя, но в целом ребята вели себя прилично. И вот Цой на шестиструнной гитаре хозяина дома исполнил песню «Мои друзья». Барабанную дробь на пионерском барабане – вступление к песне – изобразил парень по прозвищу Ленин.

Ту же песню Цой в марте 1981 года спел на дне рождения Андрея Тропилло в ресторане «Бриг», что на улице Чайковского. На этом мероприятии также присутствовал Артемий Троицкий, который произнес затем сакраментальную фразу, обращенную к Борису Гребенщикову: «Вот та молодая шпана, которая сотрет вас с лица земли».

Результатом знакомства Троицкого с Цоем и Пановым стали поездки большой компании «АУ» в Москву, где с группой выступал и Цой со своими первыми песнями.

Михаил вспоминает, что в то время Цой ходил с длинными волосами и «весь в булавках». На вопрос друзей «Цой, ты кто, хиппи или панк?» Виктор коротко, не без иронии, надо полагать, отвечал: «Я – хиппанк!»

Дом Игоря (Иши) и Людмилы Петровских. «Дом на Пражской»

Недавно вышло в свет прекрасное издание – «Книжка для Майка». Авторы – близкие Майку Науменко люди: Игорь Петровский, Наталья Науменко и Олег Коврига. Во всех смыслах честнее и трогательнее повествования о Михаиле Науменко нет. Первая часть книги называется «На Пражской сорок лет спустя». Игорь Петровский с 1970-х годов и по сей день проживает все на той же Пражской улице. Легендарный район Купчино. Номер дома я указывать не буду, скажу лишь, что это одна из четырнадцатиэтажек.

Именно дома у Игоря на Пражской в 1980 году состоялось знакомство Ильи Куликова и Майка Науменко, которое и положило начало созданию группы «Зоопарк».

Игорь Иша Петровский – художник, дизайнер, близкий друг Майка Науменко. Игорь придумывал для «Зоопарка» дизайн футболок – как для музыкантов группы, так и в современном понимании «мерч». Футболки с большим успехом продавались на гастролях. Изображение Иша печатал самостоятельно. Кроме того, Игорь – автор логотипа группы «Зоопарк» с буквой «З» в виде… Впрочем, кто знает – тот знает, кто нет – посмотрите, как написано «Зоопарк», например, на обложке пластинки «Музыка для фильма». Игорь – соавтор легендарной песни Blues de Moscou («Здесь нас никто не любит. И мы не любим их…»), которая была написана после московского путешествия Игоря и Майка.

Общение Иши с Виктором Цоем – это 1981–1985 годы. Пока что Цой, как пел Майк, «обычный парень, не лишен простоты», с которым легко можно поболтать на кухне, послушать музыку, смотаться «на юга», зайти к кому-нибудь в гости.

Игорь сначала услышал о Цое от Майка, а затем уже познакомился лично. Он рассказывал мне: «Помню, что Майк говорил, каких он услышал кайфовых чуваков и в какой-то прекрасный день мы собрались у Крусановых… Это был не квартирник, а именно междусобойчик какой-то, где я и услышал впервые это трио Цой – Рыба – Олег. Они тогда еще не были “Гарин и гиперболоиды”, вообще никак не назывались». Собственно, перерождение безымянного трио в сложившийся коллектив происходило на глазах Игоря.

А вот с Марианной Игорь познакомился еще задолго до Цоя. Они вместе учились на подготовительном отделении