Греческие боги. Рассказы Перси Джексона - Рик Риордан

Согласно старым преданиям, именно поэтому в Греции появилась смена времен года, а в течение самых холодных месяцев осени зерновые перестали колоситься.

Что касается Персефоны, то все пережитое заставило ее повзрослеть. Она полюбила Аида и нашла свое место в Царстве Мертвых, хотя и любила проводить время в мире смертных со своей матерью и старыми друзьями. Титанида магии Геката, что помогала Деметре в ее поисках, переселилась в Царство Мертвых и стала одной из компаньонок Персефоны. Геката осталась довольна. Для занятий магией подземный мир был куда более темным и подходящим местом, чем какая-то пещера, полная сквозняков.

Деметра даже вспомнила обещание, данное Триптолему, царевичу Элевсина. Она подарила ему колесницу, которую приводили в движение два змея, и сделала его богом земледелия, после чего отправила его путешествовать по миру и учить людей агрономии. Звучит не то чтобы круто, но, думаю, Триптолему это понравилось больше перспективы быть брошенным в камин.

И уже после этого Деметра окончательно успокоилась. Больше никаких истерик, что было особенно хорошо, так как на фоне того, что начала вытворять ее сестра Гера, ярость Деметры выглядела бы до обидного пресно.

ГЕРА СТАНОВИТСЯ НЕМНОГО «КУ-КУ»

Начнем с хорошего. Гера была привлекательной, причем я имею в виду по-настоящему сногсшибательную привлекательность.

У нее длинные лакрично-черные волосы, а черты лица величественны и прекрасны, как у супермодели на подиуме. Греки описывали ее глаза как «бычьи». И можете верить или нет, но это комплимент, означающий, что у нее большие глаза теплого коричневого оттенка, глядя в которые ты будто растворялся. Видимо, греки кучу времени пялились на быков.

Так вот, в первое время на Олимпе все боги и титаны поголовно влюблялись в Геру. Что подводит нас к плохой составляющей этого рассказа. Гера отличалась повышенной вспыльчивостью и раздутым донельзя самомнением. Стоило кому-либо приблизиться к ней, и она тут же бросалась в атаку — вспоминала все его прегрешения и мешала с грязью, как настоящий профессионал. В общем, бедняга убегал от нее в слезах и больше никогда не пытался с ней заигрывать.

Мать Рея решила, что Гере не помешает отправиться в закрытую школу для девочек, где бы она немного повзрослела и перестала быть такой несносной. К несчастью, закрытых школ для девочек к тому времени еще не изобрели.

Но Рея нашла выход: она отправила Геру пожить с дядей Океаном и тетей Тефидой на дне самого удаленного от Олимпа моря.

На какое-то время Гера пропала с радаров. Несколько счастливых лет провела она в компании Океана и Тефиды, чей брак по своей стабильности даст сто очков вперед любым другим союзам бессмертных. Гера решила для себя, что хочет такого же замужества. Она будет ждать того единственного правильного парня и не выйдет замуж, пока ее избранник не докажет, что сможет стать верным и достойным мужем.

Ей было отлично известно обо всех неприятностях, приключившихся с Деметрой. Посейдон, Зевс и Аид — все они были полными уродами. Гестия поступила мудро, избрав одиночество.

Но сама Гера не была настроена вечно проходить в незамужних. Ей хотелось мужа, детей, домик в пригороде — в общем, полный пакет. Ей просто нужно было быть очень осторожной при выборе супруга.

По прошествии нескольких лет она вернулась на Олимп и заняла свои личные апартаменты во дворце. Гера научилась более-менее контролировать свой вредный характер, но все же боги-мужчины остерегались открыто с ней флиртовать. Стоило им позволить себе хоть немного легкости, она тотчас ставила их на место.

Поцеловать Геру? Ага, сейчас, неудачник. Сначала покажи обручальное кольцо и справку о финансовой состоятельности в доказательство, что ты сможешь обеспечить семью.

В конце концов большинство богов и титанов решили, что с Герой чересчур много мороки, пусть даже она и бесспорно самая прекрасная богиня во всем творении. (Ну, во всяком случае, на тот момент.)

Но один бог воспринимал ее как личный вызов.

Зевсу не нравилось, когда ему говорили «нет». Да вы и сами уже должны были это заметить.

Он обязательно садился рядом с Герой за обеденным столом и рассказывал ей свои лучшие шуточки. Пел для нее у очага. А увидев, что она идет по коридору, пускался в куретовский танец, лишь бы заставить ее улыбнуться.

Про себя она наслаждалась оказываемым ей вниманием. Зевс умел быть обаятельным, когда он того хотел. Он был красив, с его темными волосами и голубыми глазами, а еще он любил ходить голым по пояс и будто бы случайно напрягать мускулы и выставлять накачанный пресс. Он был в прекрасной форме, без вопросов. И да, большинство женщин посчитали бы владыку всего мира за весьма неплохую партию.

Но только не Гера. Она прекрасно знала о безудержной страсти Зевса к женскому полу. Он уже был дважды женат. У них с Деметрой росла дочь. Не говоря уже о многочисленных слухах о его интрижках с другими богинями, титанидами и даже смертными.

Гера не собиралась становиться одной из победной серии. Она не трофей. Она прекрасно понимала: стоит ей поддаться, и Зевс тут же потеряет к ней интерес, его обаяние иссякнет, и он отправится флиртовать со следующей. От одной этой мысли Гере становилось плохо.

Однажды вечером за ужином он рассказал особенно удачную шутку — что-то про осла, бога и циклопа, зашедших в храм, — и Гера не смогла сдержать смех. В глаза стояли слезы, а дыхание перехватило.

Она бросила взгляд на Зевса и смотрела Зевсу в глаза на секунду дольше, чем следовало. Спохватившись, она откашлялась и поспешила отвернуться, но Зевс заметил ее чувства.

— Я тебе нравлюсь, — сказал он. — И ты знаешь об этом.

— Ты мне? Никогда! — ответила она. — Ты глупец, бабник, негодяй и врун!

— В точку! — воскликнул Зевс. — Это мои лучшие качества!

Она изо всех сил старалась не рассмеяться. Ей еще не встречались парни, настолько невосприимчивые к ее нападкам. Зевс был почти столь же упрям, как и она сама.

— Когда ты уже успокоишься? — спросила она. — Ты меня не интересуешь.

— Никогда! — ответил он. — И я тебя очень даже интересую. Ты и я… царь и царица всего мироздания! Только представь! Мы будем идеальной парой! Ты, без сомнения, самая прекрасная богиня в мире. Да и я, разумеется, чертовски привлекателен.

И он поиграл мышцами. Каким бы конченым выпендрежником он ни был, Гера не могла не признать, что ему было чем похвастаться.

Она покачала головой.

— Как мне убедить тебя, что ты зря тратишь время?

— Никак. Я люблю тебя.

Она фыркнула.

— Ты любишь всех в платьях.

— Это другое. Ты та, которая мне нужна. Я знаю. И ты это тоже знаешь. Просто скажи: «Я люблю тебя». Ты можешь. Тебе полегчает, если ты будешь честной.

— Никогда, — отрезала она. — Я никогда не скажу тебе этого. Ни в жизни.

— О, звучит прямо как вызов! — усмехнулся Зевс. — А если я все же получу от тебя признание в любви, ты выйдешь за меня?

Гера закатила глаза.

— Конечно, Зевс. Раз этого никогда не произойдет, я могу смело пообещать, что если я когда-нибудь скажу… ну, сам знаешь что… то да, я выйду за тебя. Почему бы и нет, ведь ЭТОГО НИКОГДА НЕ ПРОИЗОЙДЕТ!

Зевс подмигнул ей.

— Вызов принят.

И он вышел из-за обеденного стола, а Гера задумалась, не совершила ли она ошибку.

Несколькими ночами позже Гера почти и забыла об этом разговоре. Странно, но и Зевс о нем не напоминал. Если уж на то пошло, с того вечера он стал очень мало внимания уделять Гере, что, вообще-то, должно было принести ей облегчение, но почему-то выводило из душевного равновесия.

«Забудь его! — говорила она себе. — Он наконец уловил намек. И, скорее всего, переключился на другую несчастную богиню».

Она старалась убедить себя, что это хорошая новость. И зависть тут была совсем ни при чем. Это же смешно!

Ночью гора Олимп оказалась в эпицентре жуткой грозы — что по идее должно было насторожить Геру, ведь именно Зевс был богом неба и все дела; но она была слишком занята закрытием окон от ливня.

Она вбежала в спальню и как раз затворяла последние ставни, когда в комнату залетела маленькая птичка и без сил упала на пол.

— Ой! — от неожиданности Гера попятилась. — Как ты здесь оказался?

Птичка беспомощно билась на мраморных плитах, тяжело дыша и дрожа всем телом от холода. Гера присела и поняла, что это кукушка.

Вы когда-нибудь видели настоящую кукушку (не те игрушки, что вылетают из старых часов)? Вот я — никогда. Пришлось провести изыскания. Оказалось, кукушка — та еще странная птица. У нее есть этакий ирокез из головных перьев, который никак не сочетается с гладкими коричнево-белыми крыльями и длинным хвостом. Вообще по ее виду можно подумать, что бедная птица сунула голову в прибор, собранный каким-нибудь сумасшедшим ученым, так что я в некотором роде понимаю, почему слово «ку-ку» стало синонимом слова безумие.