В погоне за чувствами - Морин Мур

когда приезжал домой навестить родителей, но, честно говоря, мы чаще едим вне дома, учитывая расписание каждого из нас.

– О, привет, – говорит Вивьен, отрываясь от учебника, который лежит на столе рядом с плитой. Черные джинсовые шорты с разрезами обтягивают ее бедра и задницу так, что у меня слюнки текут совсем не от восхитительного запаха. Я совершенно забываю о еде, когда вижу ее, склонившейся над столешницей. Ее темные волосы ниспадают почти до талии, и это заставляет меня вспомнить ту ночь, когда я накручивал эти шелковистые локоны на кулак, входя в нее сзади.

Я никогда, мать вашу, не забуду эту ночь.

– Привет. Пахнет чертовски вкусно, – говорю я, прежде чем отвести от нее взгляд и подойти к холодильнику. Я открываю его и беру спортивный напиток для восполнения электролитов, откручиваю крышку и выпиваю весь. Если я этого не сделаю, у меня начнутся судороги, а это отвратительно. Совсем не то, чему бы я хотел посвятить сегодняшний вечер. – Пожалуйста, скажи, что ты позволишь мне съесть одну тарелку? Я так голоден, что готов поглотить все, что есть дома.

– Ага. Скоро все должно быть готово. Надо еще немного подождать, чтобы настоялось, – говорит она, и я замечаю, как она отводит взгляд. Это не похоже на ее обычную, дерзкую, только-дай-мне-повод натуру. Ее губы поджаты, а между бровями пролегла морщинка. Ее глаза выглядят усталыми.

Я подхожу к тому месту, где она стоит, беру ложку, погружаю ее в кастрюлю со спагетти и небрежно спрашиваю:

– Все хорошо?

Когда я поднимаю голову, она смотрит на меня.

– Ага. А что?

Я пожимаю плечами, обмакивая указательный палец в соус, а затем подношу его ко рту.

Черт возьми, это невероятно.

– Ты просто выглядишь немного не в себе. Хотел убедиться, что с тобой все в порядке. Знаешь, как поступил бы любой хороший сосед.

Она закатывает глаза, снова утыкается в учебник и бормочет:

– Ага. Просто пытаюсь подготовиться к химии.

Она смотрит в учебник так, будто это самая интересная вещь, которую она когда-либо видела, и несмотря на ежесекундные «ага» и заверения в том, что все в порядке… Я вижу, что что-то не так. К тому же, взрослея вместе с Рози, я не понаслышке знаю, что, когда девушка говорит, что все в порядке, на самом деле это… не так.

– О-о-окей, – я кладу ложку обратно на столешницу, подхожу к кухонному островку и сажусь. Если она хочет притворяться, что все в порядке, то ладно. Я достаю из кармана телефон и просматриваю социальные сети, затем отвечаю в семейном групповом чате на все сообщения, которые пропустил, пока был на тренировке и занятиях сегодня.

Я смотрю на десяток сообщений от сестры, в которых она просит рассказать больше о моей соседке по комнате.

Несмотря на то, что на данный момент она знает основное, я все же не рассказал ей все, и если в ближайшее время я не подарю ей каких-нибудь сочных подробностей, она может появиться у входной двери.

Мармеладка: Я начинаю переосмысливать всю эту историю с «лучшим братом в мире».

Мармеладка: Только тот, кто на самом деле никогда не любил свою младшую сестру, стал бы ограждать свою новую соседку от встречи с сестрой по FaceTime.

Мармеладка: А если серьезно, я обещаю, что никакого допроса третьей степени не будет. Я просто хочу с ней познакомиться. Это все.

Господи Иисусе, Рози.

Я громко смеюсь, просматривая оставшиеся сообщения, затем быстро набираю ответное, в котором обещаю позвонить ей позже и попытаться что-нибудь придумать. Очевидно, сейчас не время.

– Ужин готов, – бормочет Вив из-за стола, захлопывая учебник.

Окей… значит, теперь мы сердимся?

Когда я встаю, скрип стула по полу разносится эхом вокруг нас. Даже пауза в молчании, кажется, не может разрядить напряжение в комнате.

Достав из шкафчика тарелку, я накладываю в нее спагетти и три куска чесночного хлеба, а затем присоединяюсь к Вив за столом.

Ее глаза расширяются от количества еды на моей тарелке, но я лишь пожимаю плечами.

– Спортсмен, помнишь?

– Как я могла забыть, когда ты напоминаешь мне об этом по десять раз на дню? – ее резкий ответ словно разрезает воздух между нами. Черт, я думал, что мы оставили в прошлом всю эту враждебность? Шуточные перепалки, да, но это?

– Ладно, выкладывай. Что, черт возьми, происходит, Вив? И прежде чем ты ответишь «ничего», я хочу сказать, что что-то явно не так, потому что твои когти еще острее, чем обычно. Честно говоря, я хочу насладиться едой, потому что я чертовски голодный, а я не могу этого сделать, когда ты сверлишь меня взглядом.

Вздохнув, она перекатывает фрикадельку по тарелке, прежде чем поднять свои темно-синие глаза и встретиться с моими.

– Я не сверлю тебя взглядом. Ты знаешь… не все крутится вокруг тебя, Риз. Хотя ты, кажется, свято в это веришь.

Ладно, теперь она отклоняется от темы. Возвращается к замкнутости.

Круто. Но я так просто не сдамся. Я хочу знать, что ее беспокоит.

Мне не все равно, даже если она ведет себя так, будто не хочет этого.

Запах спагетти долетает до моего носа, и я хватаю вилку, накалываю несколько макаронин и отправляю в рот, издавая стоны.

Черт возьми. Это чертовски вкусно. Даже не вкусно, а потрясающе. Я проглатываю это, прежде чем ответить.

– Я знаю, что это не из-за меня, потому что, если бы это было так, ты бы уже уничтожила меня. Что происходит, Вив? Ты уже должна знать, что я настойчив и не сдамся, пока ты не объяснишь мне, в чем дело.

Ее глаза сужаются, и она опускает взгляд обратно вниз.

– Ни в чем. Я в порядке.

– Ври остальным, но не мне, – я смотрю на нее поверх своей тарелки. – Я живу здесь, помнишь? И никуда не собираюсь уходить. Так что просто скажи мне. Кто знает, может, я смогу помочь.

– Ты не сможешь, – она удрученно вздыхает, затем закатывает глаза, и я жду, когда она решится. После нескольких минут колебаний она говорит: – Я просто чувствую себя очень подавленной. Расписание на работе, учеба, – понизив голос, она нерешительно шепчет: – И мама. Все навалилось и… И сегодня по дороге домой с работы моя машина начала издавать странный звук, и я уверена, что ремонт будет стоить мне целое состояние. Вот, пожалуйста. Я изложила тебе все свои проблемы. Доволен?

Откусив еще кусочек, я говорю:

– Ну, моя сестра Рози в детстве часто говорила мне, что сначала нужно решить самую маленькую проблему. Я всегда страдал со своим