Кодекс ордена (СИ) - Емелин Андрей

— Понятно, — засмеялся Эш, — Ладно, дайте мне уже пройти, а как вернусь расскажете все подробнее. Сколько я, кстати, так пролежал?

— Восемнадцать дней, если считать с сегодняшним, — ответил Райль.

Через несколько минут они уже сидели за столом, пили горячее вино и доедали скудные остатки земляники.

Лани не переставала улыбаться, выглядела очень бодрой и воодушевленной, и похоже было, что главной тому причиной являлось улучшение самочувствия Эша.

— Думаю завтра мне станет еще немного полегче и сходим на охоту. Ну, или в крайнем случае, дойдем до прудика и наловим рыбы. А послезавтра можно будет уже продолжить наш путь.

— Ты уверен? — с сомнением спросил Райль. — Выглядишь неважно. Может задержимся здесь еще на недельку? Пока полностью не восстановишься.

— Верно, — подхватила девушка. — К тому же идет война и в пути не безопасно. Новый Анриж вообще сейчас может находиться в осаде и неизвестно еще чем все это закончится.

Эш, не говоря ни слова посмотрел на Райля, затем, так же молча перевел взгляд на Лани и тихо засмеялся.

Мотивация бывшего гвардейца виделась старику совершенно ясной, его манила перспектива покувыркаться с хорошенькой девушкой подольше, но вот от Лани он отчего-то не ожидал подобной увлеченности. Конечно же, в их словах было зерно истины, и все же стены академии могли бы защитить девушку куда лучше, чем лачуга в глухом лесу, да пара мужчин с одним мечом на двоих.

— Я все понимаю, — серьезно сказал Эш. — Как только поправлюсь, оставлю вас одних. А дальше уже решайте сами, когда и куда вам отправляться и стоит ли вообще это делать.

Лани и Райль удивленно переглянулись, а затем девушка нахмурилась и воскликнула:

— Что ты такое говоришь?! Мы с Райлем просто друзья! А ты ведь сам мне говорил, что хочешь обучать меня. Так вот я тоже этого хочу. Чтобы меня обучал маг-джагер, тьфу… — она ткнула Райля кулачком в плечо. — Антим, то есть. Пожалуйста, не уходи.

Эш поднял к губам указательный палец и прошептал:

— Я боюсь, как бы нам всем не пришлось уйти прямо сейчас. Сюда кто-то идет. Очень много людей.

Под удивленные взгляды он поднялся и подошел к двери, прислушиваясь.

— Насколько много? — спросил Райль.

— Ты ассийский язык знаешь?

— Бегло.

— Есть у них такое выражение численности под названием: «докуя».

— Значит будем прятаться в лесу? — спросила Лани. — Хотя постойте, а вдруг это наши?

— Наши пустили бы впереди себя конный авангард, на случай засады, — сказал ей Эш. — А эти движутся толпой, так словно идут по своей земле, на которой не ждут сопротивления.

— Может так уже и есть? — мрачно заметил Райль. — И на самом деле они идут по своей земле.

— Как бы то ни было, лучше уходить.

— А они не примутся искать нас в лесу? — спросила девушка. — Видно же, что домом пользовались? Даже печка еще дымит.

— Надеюсь, что нет.

— Постойте! — заговорщицки произнес Райль. — У меня есть одна идея. Лани ты говорила, что у тебя с собой много денег. А есть наши гольдмарк? Шайзе, как это по-вашему?

— Золотые марки?

— Да, да! Дай мне одну и идем со мной. Веди себя непринужденно, словно ты моя женщина. Эш, ты спрячься в доме.

Антим окинул его тяжелым взглядом и сказал:

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, парень.

Через минуту между краями просеки показались первые войска. Это были пехотинцы в самой обычной броне с серыми поддоспешниками. Знаменосцы, следовавшие чуть за ними, на удивление ровно держали штандарты, с обозначениями войск, на которых также хорошо различались серые рунные молоты.

Эш следил за происходящим через узкую щель в деревянных ставнях, почти не рискуя оказаться при этом замеченным.

Вальяжной походкой Райль вышел на середину дороги и уперев руки в бока стал дожидаться приближения армии. Только теперь Эш понял, что парень облачен в одежду некогда принадлежавшую, должно быть, местному охотнику — грубые темные штаны, простые кожаные сапоги и просторную льняную рубаху.

— Цум рум дес Райхс! — крикнул Райль, что означало «Во славу Рейха», когда ближайшие солдаты оказались уже довольно близко. Затем он ударил себя кулаком по левой грудной мышце и резко оттопырил локоть, в военном приветствии своей страны.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ответили ему вяло. Некоторые бойцы так же вскинули локти, а кто-то просто помахал в ответ рукой.

— Четвертая гвардейская, — сказал парень на языке Рейха, когда ему навстречу, чуть опережая остальных, выбежал боец в черном вороном доспехе. Они заговорили, и не смотря на шум движущегося войска, обостренный слух позволил антиму хорошо различить их разговор среди посторонних звуков.

— Кто ты такой, и что здесь делаешь?

— Об этом я поговорю с командующим, где он?

— Я задал тебе вопрос!

Райль рванул на себе ворот рубахи, обнажая грудную мышцу и рявкнул на собеседника:

— Я тоже задал тебе вопрос, салага!

Боец в черном доспехе тут же вытянулся по стойке смирно и отсалютовал Райлю вскинутым локтем.

— Прошу простить, гвардеец. Армией командует Гюнтер Фаран. Найдете его неподалеку от обозов.

— Спасибо. Я подожду возле дома.

С этими словами Райль подошел обратно к хижине и опершись спиной о стену сказал, зная, что Эш его услышит:

— Гюнтер Фаран — это хреново. Он командовал штурмом Брунвея и обладает отличной памятью на всякие мелочи. Если он по какой-то причине меня запомнил, то нам ферфикт.

Воины проходящей мимо армии непрерывно косились на их хижину, периодически к Райлю подходили, но он показывал грудную мышцу со знаками различия и в довольно грубой форме отправлял любопытных солдат куда подальше.

Спустя несколько минут Эшу стало казаться, что все так и закончится, войско просто пройдет мимо, не удостоив особым вниманием их неказистый домик, однако, внезапно он почувствовал Взгляд.

Антим отпрянул от окна, едва не выпустив из трости сокрытый меч. Ощущение показалось ему наваждением, чем-то невозможным и немыслимым, однако Взгляд никуда не девался. Все тело старого антима словно бы покрылось глубокими порезами, причинявшими невыносимую боль, он зажмурился и, будто огненная вспышка, перед его глазами возникла заполненная через край мистическая сфера мага Парлария.

В армии Рейха шел одержимый.

Он не пытался атаковать солдат вокруг, не торопился скрыться и само по себе это не выглядело чем-то странным. Одержимые порой могли маскироваться, однако, никогда не делали этого слишком долго, просто не способны были на длительный отыгрыш какой-либо сложной роли.

Этот же двигался вместе с остальными солдатами Рейха и Эш готов был поверить, что он даже принимал участие в боях. С максимальным мистическим зарядом, позволявшим творить любое заклинание в самой сильной его форме, без какого бы то ни было лимита силы, именно так, как отдавался приказ.

Взгляд усилился и Эш едва не захрипел от невыносимой боли, в то время как Райль за стеной бодро произнес:

— Во славу Рейха, господин генерал!

— Во славу, — раздраженно ответили ему низким уверенным голосом. — Мне о тебе уже доложили гвардеец, объяснись кто ты и что здесь делаешь?

— Я Микос Брович, господин генерал. Гвардеец четвертой…

— Чего? — возмущенно воскликнул собеседник. — Микос утонул при штурме Брунвея, я лично подписывал именной список о потерях.

— Так точно, господин генерал! Еле доказал потом в штабе, что живым остался. Списан по здоровью.

— Ну так и демоны с тобой, Микос. Что тебе здесь надо в этой глуши?

— Прошу заверить мне земельную ведомость согласно указу кайзера шестьсот пятьдесят семь, дробь один о праве собственности на освоенных территориях.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Это к канцеляру, он уполномочен. Но ты не чистокровный, так что…

— Так точно, господин генерал! Вот оплата.

— Хм. Ну ладно. А что это за девка там с тобой? Мой маг говорит, что она колдунья.

— Так точно, господин генерал! Куплена мной в Брунвее, купчая в доме, могу показать.