Прямо за углом - Эдуард Катлас

хотел было обидеться, но потом снова потянулся к ней, подумав, что тут не до обид. И тут же получил повторный тычок, и вновь опрокинулся на песок.

— Я серьезно! Кое-что поддается развитию. Хотя большинство ваших возможностей и спонтанны, или такими кажутся, но кое-что мы научились менять.

* * *

— А завтракать будем? — спросил я утром.

Она махнула неким подобием удочки и забросила наживку далеко-далеко в море. Лески не было, — лишь череда слегка мерцающих в рассветных лучах камушков. Я лениво предположил, что они, также как и парусная оснастка, связаны между собой каким-то магнитным полем. Ничего большего было не понять — просто наживка, и трасса маленьких камней, напоминающих по траектории провисания леску спиннинга, или, скорее, фидера.

— Завтрак надо сначала поймать, — ответила она. — У нас все общество держится на традициях. Сначала утренняя рыбалка, а вот только потом — завтрак. Если повезет.

— Кто-то придет меня тренировать? — я продолжил ночной разговор. — Я бы очень хотел увидеть еще хоть одного шагающего. А то как-то до сих пор не сподобился.

— Никто не придет, и особенно шагающий. Вас и близко друг к другу не подпустят, и особенно сейчас. Я попробую, хоть это и не моя специализация. У нас начальство — как те же дети. Пока тебя не видно, о тебе не слышно, ты ни с кем не контактируешь, то вроде бы и все в порядке, режим не нарушен. Начнем с того, что ты должен понять, что ты и не умеешь ничего!

Почему-то я снова подумал, что она о сексе. Потом перебрал события прошедшей ночи, и попытался себя убедить, что она точно не о нем. И тут же подумал теперь о том, почему на этом острове я уже в который раз не чувствую в себе обычной уверенности. Синдром узника?

— Конечно, кое в чем ты разбираешься неплохо, — тут же успокоила меня она. — Но я не про навыки в стрельбе, или ловле рыбы, или…

Она слегка шевельнула бедрами.

«А вот это точно про ночь под звездами» — подумал я.

— Но у шагающих особые умения. Навыки шагающих, а не просто умения бегать или прыгать. И некоторые мы научились развивать.

— Делать шагающих?

— Нет! — она затрясла головой, как будто сама мысль об этом была кощунственной. — Шагающий ты, или обычный человек — это от природы. Но если ты уже шагаешь между мирами, то мы можем помочь сделать этот процесс хоть немного более управляемым.

Вся цепочка камней всевдолески дрогнула, и вопрошающая умело подсекла. На что-то нажала, и рыбу начало постепенно подтягивать к берегу.

Камни то и дело останавливались, иногда казалось, что даже сдавали назад.

— Слабая удочка, — словно извиняясь, пояснила девушка, — старая модель, зато надежная. Немного медлительно, зато связь не порвется.

Через минуту некрупная рыбина была уже на берегу, еще через пять — на жаровне, вроде и электрической, но вновь без малейших признаков проводов. Может, аккумулятор, может, беспроводная передача энергии. Этот мир был где-то далеко впереди по одним вещам, а где-то невообразимо в стороне по другим.

— Самое простое, чему ты можешь учиться, и чему мы действительно умеем учить — это шагнуть из мира. Принцип простой. У каждого шагающего свой ритм шага. У тебя — в нашем мире около четырех недель, в других немного другие отрезки. Ты можешь шагнуть раньше, если захочешь, или даже позже. На базовом уровне ты и сам это знаешь — ты можешь задержать свой шаг на несколько часов, а тем, чтобы шагнуть раньше, ты просто раньше никогда не занимался. А это может быть очень полезно, по крайней мере иногда.

— Думаю, что те, кто такое умеют, старались выскользнуть от вас как можно раньше, — вставил я.

— Да, отсюда и началось изучение этого феномена. Моментально ты уйти все равно не сможешь. Но чем ближе к концу твоего отрезка, тем больше ты можешь влиять на этот процесс. Лучше могут сокращать время вдвое. То есть обладая этим навыком, ты бы смог уйти с острова уже через пару недель.

— Не то чтобы я спешу, — половина рыбы была прекрасна. Какая-то трава, которой вопрошающая заправила ее при готовке, была не только ароматной, но и придала какие-то нотки дыма и копчения, хотя открытого огня не было и в помине. Я внимательно посмотрел на вторую половину, которую не спеша ела моя спутница. Она ела из тарелки, мне же достался лишь какой-то крупный лист дерева. — Вот из вашего каземата да, я бы смылся при первой возможности. Отсюда то куда спешить.

— Я тебя и не гоню, — максимально нейтрально ответила она. Явно чтобы вновь не свалиться в обсуждение ночного пляжа под звездами. При этом тарелку с рыбой отодвинула подальше, делиться своей частью она явно не собиралась. — Но навык полезный. Что важно — ты должен хотеть шагнуть, или, наоборот, очень сильно не хотеть уходить. Второе — твой шаг очень сильно провоцируют отражения, и неважно чего, как ни странно. Долго бытовало заблуждение, что отражение шагающего в зеркале — главное. Позже выяснили, что любое отражение, которое ты видишь, провоцирует шаг. Хочешь шагнуть — больше смотри на облака, отражающиеся в воде.

Она махнула на тихую гладь моря. Облака на ней действительно были видны хорошо. Я тут же отвернулся. Как-то переходить к практическому освоению навыка.

— Сейчас это неопасно, — успокоила меня спутница. — Ты почувствуешь, когда это начнет на тебя влиять. Через неделю, может чуть больше. Важно также качество зеркала. Чем оно лучше, тем сильнее эффект. Настоящее зеркало лучше воды раз в десять. У нас разрабатывались специальные зеркала, с особыми отражающими эффектами, но сильно далеко все это не продвинулось — может, можно усилить влияние еще на десятую часть, вряд ли больше.

— А телевизор? — уточнил я? Это же тоже, можно сказать, отражение.

— У нас нет телевизоров, ничего похожего. Но все равно — нет, насколько знаем, только живое отражение. Второе, что сильно провоцирует твой шаг, это бодрствование. Не хочешь шагать — засни, это сильно замедлит шаг. Хочешь шагнуть, старайся не спать, день, два — скорее все это спровоцирует переход.

— Странно, — покачал я головой. Сколько же я пробыл во сне в последнем мире, раз все равно меня выкинуло. Или я там умер?

Она задумчиво посмотрела на меня. Я