Брак на пари - Джейн Эшфорд

— Я для этого к тебе и приехал.

— В таком случае я могу сказать только одно — ты должен немедленно ее расторгнуть. Ничего более скандального, несуразного и возмутительного…

— Мама, прежде чем ты наговоришь лишнего, я должен тебя предупредить, что я все равно женюсь на этой женщине.

Хоть головой о стенку бейся, — подумала баронесса, пытаясь обуздать свой гнев. — Что говори ему, что нет!..

— Значит, ты таки решил все? Даже не спросив мое мнение, не посоветовавшись ни с семьей, ни с кем-либо!

— Боюсь, что так, — с улыбкой признался Колин.

Баронесса так и пылала гневом.

— Сначала выслушай, что я узнала об этой женщине!

— Вряд ли ты можешь мне сказать что-нибудь такое, чего я о ней не знаю, — спокойно ответил Колин.

Баронессу несколько смутило это заявление, но сдаваться она не собиралась.

— Ты в этом уверен? А ты знаешь, что ее первый брак состоялся против воли всех ее родных? И что ее первый муж вынужден был бежать из Англии, потому что не мог расплатиться с долгами? Он остался должен буквально всем. Они с мужем проводили время в игорных притонах, и я только сегодня узнала, что его убили в безобразной кабацкой драке. Он играл там в кости с простым возчиком, и тот обвинил его в жульничестве.

Колин невозмутимо смотрел на мать.

— Хорошо, ты меня убедила, что Эдвард Таррант был негодяй. Но мне непонятно, при чем тут Эмма?

— Непонятно? — Баронесса опешила. — Женщина, делившая с Таррантом такую жизнь! Тварь, привыкшая к игорным домам и кабакам! Беспутная, алчная…

— Мама!

Этот возглас был похож на удар хлыста. Баронесса умолкла, хотя у нее в голове крутилась еще дюжина эпитетов.

— Единственное, что тебя оправдывает, — это то, что ты с ней незнакома, — более мягким тоном продолжал Колин. — Жизнь, которую ей пришлось вести, почти не наложила на Эмму отпечатка. Даже удивительно, как…

— Нет, она определенно тебя околдовала! — воскликнула баронесса. — Ты совсем потерял голову.

— Напротив…

— Она даже не постеснялась прийти к тебе ночью! — воскликнула его мать. — И между прочим, еще до того, как встал вопрос о помолвке.

Колин растерялся. Он не ожидал, что мать и про это пронюхает.

— Ты ошибаешься, — сухо сказал он.

Баронесса ликовала. Наконец-то она сумела пробить его толстую шкуру.

— Нет, я не ошибаюсь, — ответила она. — Мне известно об этом абсолютно точно.

— Значит, твой источник не так уж надежен.

— Крейн рассказала это сама… — Она умолкла и слегка покраснела.

— Слушаешь пересуды прислуги, мама? Вот уж не ожидал от тебя.

— Что тут…

— А тот, кто рассказал Крейн эту сплетню, мог назвать имя моей посетительницы? Он ее знал в лицо?

— Нет, но он ее подробно описал, и описание полностью сходится с…

— Чушь! — объявил Колин.

— Ты хочешь сказать, что у тебя в доме была какая-то другая женщина за два дня до того, как ты сделал предложение этой… этой?..

— Я хочу сказать одно: перестань вмешиваться в мою жизнь, — отрезал Колин. — И я тебе это говорю уже не в первый раз.

Колин был взбешен. Словно наблюдая себя со стороны, он отметил, что слова матери только усилили его желание защитить Эмму.

— Как это понимать? Ты готов порвать с семьей из-за женщины с таким прошлым, особы, которая провела несколько лет в игорных притонах и…

— Эмма даже высокороднее тебя.

Баронесса отпрянула как от удара. Она всю жизнь страдала от сознания, что ее отец был всего лишь небогатым помещиком. Это обстоятельство в семье никогда не обсуждали, и она едва поверила своим ушам, услышав об этом из уст Колина.

— Она умна, воспитана, обладает врожденным чувством собственного достоинства, — продолжал ее сын. — Так что лучше привыкай к мысли, что она будет твоей невесткой. И я запрещаю тебе, — Колин вперил в мать ледяной взгляд, — запрещаю, слышишь, повторять сплетни о ней!

— Баронесса растерянно мигала. Колин не был похож на человека, потерявшего голову от страсти. Неужели она ошиблась?

— Я тебя не понимаю, — жалобным тоном проговорила она.

— Вот в этом ты права, — спокойно согласился Колин.

— Я познакомила тебя с самыми завидными невестами Лондона. Некоторые были просто обворожительны, ни к одной нельзя было предъявить ни малейшей претензии. И любая из них с радостью приняла бы твое предложение. Так зачем тебе понадобилась…

— Ты сама сказала, что не понимаешь меня, — нетерпеливо перебил ее Колин. — А теперь послушай, что я намерен делать.

Баронесса в каком-то оцепенении опустилась на диван. Ее пухлое личико скривилось в капризно-недовольную мину.

— Как ты мне действуешь на нервы, Колин!

— Это ты мне уже неоднократно говорила. Так вот, в следующую среду моя прабабка Силия дает обед в честь нашей помолвки.

— Что?.. Тетушка Силия заодно с тобой? — недоуменно спросила баронесса.

— Она… согласилась с моими доводами.

Уэрхем не собирался сообщать матери, что их всесильная родственница обусловила свою поддержку рядом оговорок. Он вспомнил слова пожилой дамы:

— Так и знай, разбойник, если твоя невеста мне не понравится — браку не бывать. И если ты воображаешь, что я не смогу тебе помешать, то ты просто не знаешь, с кем имеешь дело.

— Я не могу даже этого представить, — проскулила баронесса.

— На званый обед она пригласит всех наших родственников, — продолжал Колин, игнорируя замечание матери. — И я предполагаю, все примут приглашение.

— Разумеется, мы не можем не принять приглашение Силии, — слабым голосом отозвалась его мать.

За этим я и ездил к бабке, — подумал Колин.

— После этого мы вместе поедем на бал, который дают Кардингтоны. Пожалуйста, попроси леди Кардингтон прислать Эмме приглашение.

— Зачем мне ее просить? — вскричала баронесса. — Да она из кожи будет лезть, чтобы залучить вас к себе. Ты представляешь, какие по Лондону ходят сплетни? Если на балу Фелисити Кардингтон окажешься ты со своей… невестой, ей будут завидовать все дамы света.

Колин кивнул. Его губы были крепко сжаты.

— Надеюсь, ты понимаешь, как на нас все будут пялиться, и какие шуточки будут отпускаться в наш адрес некоторыми смелыми остряками? — сварливо сказала баронесса.

— Тут уж ничего не поделаешь. Наша задача — чтобы сплетни затихли сами собой и как можно скорее.

— Но…

— И тут я рассчитываю на твою помощь, мама, — сурово сказал Колин.

— Я не собираюсь…

— И на помощь Каролины.

— Ты хочешь, чтобы мы помогли тебе погубить себя навеки?

— Напротив, мама. Напротив.

Баронесса смотрела на него, удивленная новым выражением его лица.

— Ты что, любишь эту женщину, Колин? Может быть, ты что-нибудь от меня скрываешь?