Радуга любви - Джо Фергюсон

– Постараюсь, – улыбнулась девушка.

Саманта быстро пересекла комнату и устремилась к лестнице. Добравшись до своего святилища, облегченно вздохнула. Здесь она чувствовала себя свободно. Сегодня она со всей очевидностью поняла, что из двух партнеров с Пятнадцатого верхнего ей нравится один, но желает она другого.

Ей следует немедленно покинуть Бонанзу, пока она не поддалась искушению. С этими мыслями она уснула беспокойным сном.

Утро не принесло никаких новых решений. Пока она одевалась и расчесывала волосы, ее не покидали тревожные мысли. Она наскоро приготовила завтрак для мужчин. Они обычно проводили несколько часов у желоба, прежде чем она проснется. «Я должна уехать!» Эта мысль не давала ей покоя.

Явился Либерти и своими шутками немного поднял ей настроение. Саманта выдала ему стопку чистой одежды, приняла плату и вещи, принесенные в стирку. Деньги ей, конечно, нужны, но она уже жалела о том, что набрала столько работы.

Либерти поделился новостями с Бонанзы. Его партнеру на прошлой неделе посчастливилось прочитать в Гранд-Форксе относительно свежую газету – менее чем месячной давности. «Золотая лихорадка» набирала обороты. Для освещения нового бума какой-то газетный синдикат отправил на север репортера. Выходящий в Доусоне чикагский «Рекорд», чтобы «чем-нибудь этаким пощекотать читателей», тоже послал в Гранд-Форкс своего корреспондента собрать материал для статьи. Саманта с жадностью слушала местные новости, но ничто из рассказа Либерти не вызывало у нее такого интереса, как события, происходящие за пределами Юкона.

Порой она вспоминала, что за границами этого мира, с его свежесрубленными пнями и отвратительными прачечными, существует другая жизнь. Не было ли ее прошлое сном, если настоящее подобно ночному кошмару?

Джоул, выскочив из хибары, энергично приветствовал их дюжего гостя. Он пригласил его посмотреть починенный желоб и пообещал познакомить с новым способом добычи золота. Это было их с Кевином изобретение. Либерти с восторгом согласился. При той адовой работе, которую старатели выполняли изо дня в день, любая помощь принималась с благодарностью.

Прежде чем они вместе с Либерти отправились на участок, Джоул сказал Саманте:

– Вкусный сегодня был завтрак.

– Такой, как обычно, – ответила Саманта, польщенная неожиданным комплиментом.

– Тогда, вероятно, мне давно следовало, сказать вам, как высоко я ценю ваши кулинарные способности, – улыбнулся Джоул. Синева его глаз могла бы соперничать с залитым солнцем ярким весенним небом.

Он не удержался, взял ее руку и погладил. Либерти забавлялся, глядя на них. Однако Джоул не обращал на него никакого внимания. Он продолжал улыбаться, держа ее хрупкую руку, гладкую, как бархат. И это при такой тяжелой работе!

– Я рада, что вам понравился завтрак, – сказала Саманта.

Наступило молчание, которое было красноречивее всяких слов.

С каким наслаждением она прильнула бы к нему, упиваясь его ласками! Прикосновения других мужчин ничего, кроме отвращения, у нее не вызывали.

Все изменилось так внезапно! Еще вчера они дерзили друг другу, а сегодня ей хочется утонуть в его объятиях и слушать, как бьется его сердце.

Она вздохнула и вернулась к работе. Эти перемены могут оказаться столь же мимолетными, как звуки, слетающие со струн его скрипки. Нечего обольщаться пустыми мечтами. Надо работать, чтобы…

Саманта взяла ведро и, подобрав юбку, стада подниматься к ручью.

На склоне холма росли березки и сосны. Саманта радовалась, глядя на деревья, не поврежденные шальными топорами. Здесь, вдалеке от реки, вырубки были невелики, для сооружения грубых хижин требовалось на так много леса. Доски для желобов и мебели поступали с лесопилки Джо Лэдью, основателя Доусона. Вместо того чтобы стоять в ледяной воде, предприниматель решил предоставлять услуги старожилам.

Окуная ведро в ледяную заводь, Саманта подумала, что здесь совсем не слышно пения птиц. Его Саманте больше всего недоставало. Зато постоянно жужжали назойливые насекомые.

Вернувшись на расчищенную площадку, она нырнула под веревки, протянутые между хибарой и конюшней. На них она сушила выстиранные вещи, продуваемые ветерком, прилетающим с лесистых склонов.

Она поставила на землю тяжелое ведро и отдышалась. В Доусоне все дела заканчивались к воскресенью, уступая место салунам и танцевальным залам. Так же было и в прачечной миссис Келлог. На Пятнадцатом верхнем Саманта была лишена этой роскоши. Мужчины работали каждый день и от нее ждали того же.

Потирая ноющее плечо, она посмотрела на горизонт, где от края до края змеей извивалось русло Бонанзы. Даже вдали от берега слышны были голоса старателей.

Саманта улыбнулась, услышав веселый посвист. Звук этот был ангельским пением. Отдохновением от разносящихся по реке обескураженных и понукающих выкриков. Осознав, что мелодия льется откуда-то сзади, она обернулась. Ее глаза встретились с темными глазами Кевина. Он вскинул руки, чтобы ее обнять.

– Как вам дышится в это прекрасное утро, милая Саманта?

Она шагнула назад, отстраняясь от него. Но он только засмеялся и, взяв ее руки в свои большие ладони, прижал к губам. Но, заметив, что она рассердилась, сразу посерьезнел.

– Вы так много работаете!

– Не могу же я подвести людей, если обещала.

Кевин нахмурился:

– А я могу. Мы не для того приглашали вас, чтобы, проделав такой длинный путь, вы работали на них.

– Да, вы пригласили меня, чтобы я работала на вас с Джоулом, – ответила она, отвернувшись.

– Саманта! – Он повернул ее лицом к себе и обнял. – Саманта, дорогая моя Саманта, вы знаете, что это не так.

Она не успела помешать ему прижаться к ее губам и почувствовала во рту его язык. Вырваться из его объятий Саманте не удалось. Кевин был силен и крепко ее держал. Ни один мужчина не целовал ее так интимно. Леденящий страх пронзил ее тысячью иголок.

Какой-то звук привлек ее внимание. Она взглянула через плечо Кевина – Джоул, стоя в стороне, наблюдал за ними. Это придало ей сил, и каким-то образом она ухитрилась вырваться из объятий Кевина. Ее била дрожь.

Заметив ее испуганный взгляд, Кевин оглянулся, с трудом сдержав торжествующую улыбку. Саманта позволила поцеловать себя. Теперь это больше не секрет. Она отказывала его партнеру, лишив его почти всякой возможности быть рядом. Кевин это точно знал, потому что держал ее под пристальным наблюдением. Девушку, которую он хотел отвоевать у Джоула.

– Мне нужна твоя помощь на желобе, – спокойно произнес Джоул. – Ты идешь?

– Разумеется, – ответил Кевин и погладил Саманту по плечу.

– Джоул! – в отчаянии крикнула она.