Радуга любви - Джо Фергюсон

– Проклятие! – вскричал он, отдернув руку от деревянной боковины, в которую Кевин лопатой загонял шплинт. В глазах потемнело от боли. Схватившись здоровой рукой за ушибленный палец, Джоул спросил: – Ты разве не видел, что я еще не убрал руку?

– Я думал, ты уберешь ее раньше, чем я замахнусь. Извини, Джоул. Хочешь, я даже…

– Нет! – отрезал он. – Не надо! Заделывай лучше пробоину, а то вода все разнесет. Пойду в хибару, забинтую рану и через несколько минут вернусь.

Кевин, поддерживая напарника за локоть, помог ему выбраться на берег. У Джоула от боли кружилась голова, и если бы не Кевин, он рухнул бы на землю.

Цепляясь за корни деревьев, превозмогая боль, Джоул с огромным трудом добрался до хибары. Каждое движение причиняло страдания.

– Джоул!

Голос Саманты прорвал паутину боли, заставив его поднять глаза. Встретив ее тревожный взгляд, он удивился. Никогда бы не подумал, что она будет беспокоиться о нем.

– Не тревожьтесь. Это всего лишь небольшой ушиб.

– Ушиб? – Саманта осмотрела палец. Он распух и приобрел лиловый оттенок. – О Боже! И вы называете это небольшим ушибом? Пойдемте в дом, Джоул!

И снова Саманта удивила его. Она подстраивалась под его шаги, чтобы не причинять ему лишних страданий. Словно чувствуя, как трудно ему сохранять равновесие, девушка пристально следила за каждым его движением.

Джоул наслаждался ее близостью, любовался ее волосами, просвечивающими из-под москитной сетки, – Саманта всегда ее надевала во время стирки – и мечтал избавиться от этой жгучей, дергающей боли. Ему так хотелось гладить блестящие темные пряди, на которых поблескивали мелкие брызги мыльной пены.

Саманта осторожно усадила его на лавку, уговаривая не двигаться. Налив воду в миску, она поставила ее на стол.

Джоул дернулся, когда она провела рукой по раненому пальцу.

– Извините, но я должна проверить, – мягко сказала она.

– Все правильно. – Он скрипнул зубами. – Только побыстрее!

– Окуните палец в воду. Не бойтесь, она прохладная. Пусть немного спадет отек. Тогда можно будет определить, сломан палец или нет.

– Сломан? Черт побери, он не может быть сломан!

Отыскивая лоскут, чтобы забинтовать рану, Саманта обернулась.

– Не сломан? – Она улыбнулась.

Джоул тоже улыбнулся, тронутый ее сочувствием. Даже боль, казалось, поутихла.

– Вы только представьте себе, как я буду работать с повязкой, – стараясь не терять чувства юмора, сказал он.

Саманта стала отрывать полоску тонкой материи.

– Но без повязки нельзя! – мягко произнесла она. – А как это произошло?

– Мы пытались устранить течь в желобе. Кевин взмахнул лопатой, чтобы вколотить шплинт, а я не успел убрать руку.

– Лопатой? А почему не молотком?

– Молоток остался в хибаре, – криво усмехнулся Джоул, – а мы…

– Спешили, – закончила Саманта. Расстелив на столе полоску материи, она посмотрела ему прямо в глаза. – Вы с Кевином хоть когда-нибудь думаете, прежде чем что-нибудь предпринять?

Джоул понял, что она имеет в виду. Им приспичило найти женщину, которая полюбила бы одного из них, но они не подумали, что случится после ее приезда на Пятнадцатый верхний.

Она направилась к двери, но тут Джоул ее окликнул:

– Подождите минутку!

Саманта заколебалась. Ей нужно было заканчивать стирку, но она знала, что Джоул последует за ней, и вернулась. Джоул сел, она улыбнулась. Ей доставляло удовольствие пикироваться с ним. Но последнее время она была лишена этого удовольствия, поскольку они почти не разговаривали.

– Сильно болит?

– Просто зверски.

– Я вам очень сочувствую. – Опираясь на локти, Саманта склонилась над столом. – Скажите, Джоул, почему вы все время норовите меня оскорбить? Давайте заключим перемирие, если не возражаете. Ведь я не смогу вас покинуть, пока не накоплю денег на обратный путь.

– Торопитесь?

– А вы разве нет? – сказала Саманта. – По-моему, вы еще больше торопитесь, но времени тратите вдвое больше. И все из-за спешки. – Она осмотрела кисть Джоула. – По крайней мере, синяк не будет так заметен, как в тот раз. Я имею в виду – две недели назад, когда у вас тоже были нелады с лопатой. – Она с вызовом вскинула брови, когда Джоул посмотрел на нее, старательно изображая непонимание. – Это действительно был несчастный случай?

Она поняла, что у них с Кевином произошла драка. Джоул промолчал. От него Саманта никогда не узнает, почему партнеры, которые редко ссорятся, после того как она ходила смотреть желоб, вернулись в синяках и крови. Разве что Кевин расскажет.

– Я рада, что вы с Кевином больше не сердитесь друг на друга. Подержите еще немного! – строго сказала Саманта, когда Джоул попытался вынуть руку из миски. – Отек ведь пока не спал.

Джоул подчинился приказу и небрежным тоном заметил:

– Мы с Кевином всегда неплохо ладили. – Он прищурил глаза, увидев, как нежный румянец предательски заливает ее щеки. – А вы, насколько я понимаю, с ним подружились, не так ли?

Какие чувства он прячет под маской равнодушия? Порой Саманте казалось, что Джоул питает к ней отвращение, вероятно, поэтому ее дружба с Кевином ему и не нравилась.

– Да, мы с Кевином друзья, – мягко ответила она.

– Друзья? И поэтому вам понадобилось столько времени, чтобы дойти от хибары до речки?

– Кевин по дороге рассказывал мне о своей жизни в Пенсильвании, – пояснила Саманта.

– Вот как? Вообще-то он не любит об этом вспоминать. – Джоул нахмурился. – Но вы оба были слишком веселы, чтобы обсуждать убийство.

Румянец исчез с ее лица. Она долго молчала, прежде чем смогла заговорить.

– Убийство?

– Я так думаю, – сказал Джоул. – Сам об этом узнал только прошлой зимой.

– Но… убийство? – Саманта округлила глаза. Она слышала, что с последней волной «золотой лихорадки» многие ринулись на запад, чтобы замести следы прошлых преступлений. Но Кевин не мог быть убийцей.

– Не делайте поспешных выводов, – промолвил Джоул, словно угадав ее мысли. – Кевин никого не убивал. Он не способен на это. Убили его отца. Кевин его боготворил.

– Не сомневаюсь.

– Его отец работал на шахте в северо-восточной Пенсильвании. Как и большинство шахтеров, он присоединился к рабочему движению. Может, вы слышали о кровавых событиях 1874 года?

Саманта кивнула.

– Их повесили, – шепотом сказала она. – И отца Кевина тоже?

– Нет. – Джоул судорожно сглотнул. – Его отца застрелили во время одной из жестоких атак на управление шахты. Что-то тогда не сработало, подвели ложные сигналы. Но это случилось давно, – успокоил он Саманту, заметив ужас на ее лице. – Вы тогда еще были ребенком.

Глаза ее затуманила грусть.