И аз воздам - Ирина Чернова

— Крайден говорил, — проворчал Грегор, нахмурившись, — Крайден не ходит на Совет, он вообще понятия не имеет, что там делается. Валерия, что вы такое сказали на Совете, отчего Унсеррат и Блион взбесились так, что даже Мейнер обратил на это внимание? Разве вам не приходило в голову, что в вашем положении самое лучшее было — молчать и слушать их, соглашаясь во всем? Отголоски их обсуждений я слышал, не скрываю, но вот причин их поведения понять не мог… что вы такое сделали, принялись угрожать им?

— Да вы что, мэтр, — я чуть не упала с кресла, услышав подобную глупость, — вы в своем уме? Как я могу… да вы только подумайте, я прихожу с просьбой в Совет и начинаю угрожать… кому, магам, которые здесь первые лица в политике? Как вы могли такое подумать? Может быть, им не понравилось, как я попыталась обмануть их, — воспоминание о подписании обязательства о выплате было неприятно, но я совершенно честно рассказала Макдайли обо всем, на что он только пожал плечами и согласился, что этот факт вряд ли вызвал бы подобное озлобление.

— Скорее всего они могли бы просто посмеяться над вашей неуклюжей попыткой ввести их в заблуждение, поскольку подобные вещи они видят сразу, — маг сдержанно улыбнулся, представив себе эту сцену по моему описанию. — Нет, там было что-то еще, подумайте, Валерия, что вы еще говорили им?

Повздыхав и собравшись с мыслями, я все-таки выдавила, что сорвалась, когда мне сказали, что Совет стоит на страже интересов магов и ткнула их носом в историю с Орвиллом.

— Само оно как-то вылетело, уж больно они пеклись о деньгах мэтра Эллентайна, как будто их больше ничего в тот момент не интересовало… неужели это и было основной причиной отказа? Но… это я сказала уже в самом конце, когда поняла, что они и палец о палец не хотят ударить, чтобы мне помочь, вряд ли мое высказывание было решающим!

— Значит, вы во всеуслышанье заявили, что Совет был неправ, сделал ошибку и вы обвиняете его в этом, — Макдайли был так серьезен, что мне стало не по себе. — Даже если у вас было такое мнение, его следовало держать при себе, чтобы не происходило… как вы могли поступить так неосмотрительно? Теперь я понимаю причины их злости и возмущения. Мало того, что они так и не поняли, что произошло с Крайденом, когда он отправился за вами, а тут еще и вы подливаете масла в огонь своими эмоциональными высказываниями… да что я такое говорю, это не высказывания, это настоящее обвинение в бездействии, которое бросает пятно на честь и репутацию Совета!

— Ну и выкинули бы меня из Лионии, — обозлилась я, вспомнив проклятый Совет, — тогда бы их честь никто не позорил своей глупостью!

— Как вы просто все решаете, — вздохнул Грегор, — выкинули… а то, что вы сказали им, куда девать? Такие вещи нельзя бросать в лицо никому, и тот, кто имел смелость это сделать, может жестоко поплатиться. Простите, я не пугаю вас, но…

— Предупреждаете?

— Не знаю, — хотелось верить, что сочувствие в голосе Макдайли было искренним, хоть он и пытался когда-то развести меня, — просто говорю, потому что с подобной ситуацией я никогда не сталкивался.

— М-да, ошарашили вы меня, мэтр, — что делать, было непонятно. — Стало быть, обращаться в Совет уже не имеет смысла?

— Раньше чем через… когда у вас назначен срок выплаты?

— Полгода, — подсказка удивила Грегора, но он быстро справился с собой.

— Раньше, чем через полгода, у вас даже не примут прошение в приемной. Таков порядок и нарушать его не будут, имея решение по предыдушему прошению.

— Плохо дело, — попыталась я рассуждать в пространство, — и денег-то у меня нет, разве что какого мага-отступника найти, чтобы он согласился назло Совету выкинуть меня отсюда…

— Валерия, вы серьезно думаете, что в Лионии может быть что-либо подобное? Это у вас дома так поступают, когда не согласны с полученными решениями? — у Грегора вдруг прорезался нешуточный интерес, даже со стороны это было заметно, — но это же прямое нарушение законов королевства! Или у вас это случается так часто, что соблюдение всех законов не является нормой поведения и ваши власти смотрят на подобные нарушения сквозь пальцы? Тогда я совершенно не понимаю, как вы живете… поясните, если сможете, потому что мне совершенно непонятна ваша логика.

— Иногда она меня тоже ставит в тупик, но мы уже как-то свыклись со всем происходящим у нас и не видим в нем ничего ужасного… возможно, я как-то неправильно объяснила или уже сама привыкла так жить… ну ладно, попробую.

Как объяснить человеку, который верит, что все надо делать согласно принятых законов, а если тебе что-то не нравится, то нельзя попытаться обойти не нравящееся положение? Отказали в законном… или незаконном, неважно, праве на что-либо, мы пытаемся обойти закон любыми способами, не принимая полученное решение за истину в последней инстанции. Дальше дело уже зависит от собственной степени напористости, имеющихся денег и друзей, которые помогут протолкнуть наверх желаемое решение. Соседка по лестничной клетке в порыве откровенности рассказала мне, как она жила в расселяющемся доме, имея на себя, мужа, сына и свекровь одну комнату в коммуналке. Дом был в старом фонде, его наполовину расселили и вдруг наверху что-то поменялось и пустые квартиры стали заселяться одними гастарбайтерами. Лариса уже стояла на очереди, но сколько бы она не обивала пороги жилищных отделов, ей в лучшем случае предлагали две комнаты в коммуналке и не пенсом больше. Пачка заявлений и отказов у нее была достаточно солидная и походила на замусоленный роман весом в пару килограмм. Так бы и гнить ей в своей комнатухе, если бы отец одного из друзей не находился в то время на короткой ноге с губернатором и, проникнувшись их положением, прихватил ее документы на очередную встречу в верхах. Выслушав мужика, губернатор забрал заяву от Лариски и через месяц она уже была приглашена в жилотдел для получения ордера на новую квартиру… ну, положим, не новую, а в том же расселенном доме и видом она больше походила на послеблокадную своим состоянием, но это была трехкомнатная квартира, а не новая коммуналка. Ремонтировали они ее своими силами три года, поскольку вынесли из нее все, кроме капитальных стен — дом-то никогда не был на капремонте! Потом, правда, продали и купили другую, рядом со мной, но это уже к делу не относилось… Как можно объяснить Грегору, что в этой истории играло бОльшую роль — упрямство Ларисы, решившей любой ценой выбиться из коммуналки, или уникальное стечение обстоятельств? Согласись она с отказами, ну и жили бы в той квартире еще одни гастарбайтеры… кстати, при случае один из них, живущий этажом ниже, сказал Лариске с обидой, что они уже отдали деньги за эту квартиру, да так и не получили желаемое жилье.