Реформация. История европейской цивилизации от Виклифа до Кальвина: 1300—1564 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

III. КАЖДАЯ УНЦИЯ - КОРОЛЬ

Генрих в 1540 году был самым абсолютным монархом, которого когда-либо знала Англия. Старое нормандское дворянство, чьи предки покорили даже Вильгельма Завоевателя, теперь робко повиновалось и почти забыло Magna Charta о своих прерогативах. Новое дворянство, обогатившееся за счет торговли и одаренное королем, служило барьером на пути аристократических или религиозных восстаний. Палата общин, некогда ревностная защитница английских свобод, а теперь выбираемая агентами короля, уступила ему почти беспрецедентные полномочия: право конфисковывать имущество, называть любого своего преемника, определять ортодоксальность и ересь, отправлять людей на смерть после лишь шуточного суда и издавать прокламации, которые должны были иметь силу актов парламента. "В правление Генриха английский дух независимости сгорел в своем гнезде, а любовь к свободе остыла". 26 Английский народ принял этот абсолютизм отчасти из-за страха, отчасти потому, что он казался альтернативой еще одной Войне Роз. Порядок был важнее свободы.

Те же альтернативы убеждали англичан терпеть церковное верховенство Генриха. В условиях, когда католики и протестанты готовы были вцепиться друг другу в глотку, когда католические граждане, послы и правители замышляли против него заговоры, вплоть до вторжения, Генрих считал, что порядок в религиозной жизни Англии можно обеспечить только королевским определением веры и ритуала; косвенно он признавал право церкви на власть в религии. Он пытался диктовать, кому читать Библию. Когда епископы подавили перевод Тиндейла, он велел им подготовить лучший; когда они слишком долго мешкали, он позволил Кромвелю заказать новый перевод Майлзу Ковердейлу. Эта первая полная британская версия появилась в Цюрихе в 1535 году. В 1539 году было напечатано пересмотренное издание, и Кромвель приказал поместить эту "Большую Библию" в каждой английской церкви. Генрих, "по королевской либеральности и доброте", предоставил гражданам привилегию читать Библию у себя дома, и вскоре она стала ежедневным источником влияния почти в каждой английской семье. Но она была источником не только вдохновения, но и раздора; в каждой деревне появлялись любители-экзегеты, доказывавшие Писанием что-либо или его противоположность; фанатики спорили о ней в церквях и ссорились в тавернах.27 Некоторые честолюбцы выдавали своим женам свидетельства о разводе или содержали сразу двух жен, ссылаясь на то, что это разумная библейская практика.28 Король пожалел о допущенной им свободе чтения и вернулся к католической позиции. В 1543 году он побудил парламент принять решение о том, что только дворяне и владельцы недвижимости могут законно владеть Библией, и только священники могут проповедовать или публично обсуждать ее.29

Людям - и даже королю - было трудно понять, что думает король. Католиков продолжали сажать на кол или на плаху за отрицание его церковного верховенства, протестантов - за сомнение в католическом богословии. Приор Форест из обсерватории францисканцев в Гринвиче, отказавшийся отречься от папы, был подвешен в цепях над костром и медленно зажарен до смерти (31 мая 1537 года).30 Джон Ламберт, протестант, был арестован за отрицание реального присутствия Христа в Евхаристии; его судил сам Генрих, он был приговорен Генрихом к смерти и сожжен в Смитфилде (16 ноября 1538 года). Под растущим влиянием Стивена Гардинера, епископа Винчестерского, Генрих все больше и больше склонялся к ортодоксальности. В 1539 году король, парламент и собор "Актом шести статей" провозгласили позицию римских католиков в отношении реального присутствия, безбрачия священников, монашеских обетов, месс за умерших, необходимости ушной исповеди священнику и достаточности причастия в одном виде. Тот, кто устным или письменным словом отрицал Реальное Присутствие, должен был подвергнуться смерти через сожжение, без возможности отречься, исповедаться и получить отпущение грехов; тот, кто отрицал любой из других пунктов, должен был за первое преступление лишиться своего имущества, за второе - жизни. Все браки, заключенные до сих пор священниками, объявлялись недействительными, а сохранение священником своей жены впредь должно было считаться преступлением.31 Народ, по-прежнему ортодоксальный, в целом одобрил эти статьи, но Кромвель сделал все возможное, чтобы умерить их на практике; и в 1540 году король, снова взяв себя в руки, приказал прекратить преследование по этому закону. Тем не менее епископы Латимер и Шакстон, не одобрявшие Статьи, были низложены и заключены в тюрьму. 30 июля 1540 года три протестанта и три католических священника в невольном единении приняли смерть в Смитфилде: протестанты - за то, что подвергали сомнению некоторые католические доктрины, католики - за то, что отвергали церковный суверенитет короля.32

Генрих был столь же силен в управлении, как и в богословии. Хотя он содержал экстравагантный двор и проводил много времени в трапезах, он много трудился над государственными задачами. Он выбрал компетентных помощников, таких же безжалостных, как и он сам. Он реорганизовал армию, оснастил ее новым оружием, изучил последние тенденции в тактике и стратегии. Он построил первый постоянный королевский флот, который очистил побережья и Ла-Манш от пиратов и подготовил к морским победам Елизаветы. Но он обложил свой народ налогами до предела терпимости, неоднократно обесценивал валюту, конфисковывал частную собственность под ничтожными предлогами, требовал "контрибуции", отказывался от своих долгов, брал в долг у фуггеров и способствовал развитию английской экономики в надежде, что она принесет ему дополнительные доходы.

Сельское хозяйство находилось в депрессии. Крепостное право все еще было широко распространено. Продолжались огораживания для выпаса овец; новые помещики, не сдерживаемые феодальными традициями, удваивали или увеличивали в четыре раза арендную плату своих арендаторов, ссылаясь на рост цен, и отказывались продлевать истекающие сроки аренды. "Тысячи лишенных собственности арендаторов добирались до Лондона и хлопотали у дверей судебных инстанций, требуя возмещения, которого не могли добиться". 33 Католик Мор нарисовал жалкую картину нищего крестьянства,34 а протестант Латимер осуждал "мачех-арендодателей" и, подобно Лютеру, идеализировал католическое прошлое, когда "люди были полны жалости и сострадания "35. 35 Парламент установил жестокие наказания за бродяжничество и нищенство. По закону 1530-31 годов любой трудоспособный нищий, будь то мужчина или женщина, должен был быть "привязан голым к концу телеги и избит кнутом по всему городу до крови"; за второе преступление полагалось отрезать ухо, за третье - еще одно; в 1536 году, однако, третье преступление влекло за собой смерть.36 Постепенно вытесненные крестьяне находили работу в городах, а пособие для бедных смягчало нищенство. В конце концов, продуктивность земли была повышена за счет крупного земледелия, но неспособность правительства облегчить этот переход была преступным и бессердечным провалом государственного управления.

То же правительство защищало промышленность с помощью тарифов, а промышленники извлекали выгоду из дешевой рабочей силы, ставшей доступной благодаря миграции крестьян в города. Капиталистические методы