"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард

Особенно Морн. Именно она вызвала нынешний кризис. Наверное, ей не терпелось узнать, к чему привели ее свидетельские показания. Мин не могла придумать другого способа для демонстрации своей поддержки.

– Будет сделано, директор, - вяло ответила Крей, изнуренная перераспределением коммуникационных каналов Доннер.

Черт, как они устали! Порсон и Байделл напряженно собирали и сортировали данные, поступавшие со всех концов солнечной системы. Пэтрис не спал двое суток. Лишь Глессен, сидевший за пультом стрелка, выглядел спокойным. Он терпеливо ждал битвы. Так или иначе Мин собиралась позаботиться о том, чтобы его ожидания не были напрасными.

Центр на третьем канале: «"Модуль" и "Труба" проходят последние метры. До полной стыковки осталось около семи минут». В отличие от крейсера командный пункт полиции имел четкий обзор этой стороны «Затишья». Без данных станции «Каратель» не знал бы о точном местоположении двух небольших кораблей.

На первой линии - канал с Земли: «Запасы продовольствия в убежищах не соответствуют нормам. Их хватит только на десять - двенадцать часов. Необходимо пополнение». Мин игнорировала это сообщение. Кризис должен был завершиться в ближайшие минуты. О последствиях она могла позаботиться потом. Битвы в космосе отличались пугающей быстротой - они заканчивались раньше, чем победитель успевал осознать масштаб сил, выпущенных на свободу.

«Доблесть» на третьем: «Директор, это же человеческая станция! Рядом с нами амнионское судно класса «Бегемот», а вы хотите, чтобы мы держали на прицеле домашний офис Концерна рудных компаний?» На второй линии была «Слепящая атака». На пятой - «Рискованный». Малый крейсер «Стилет» - на четвертой: «Директор, нам требуются объяснения. Ваши указания вызывают сомнения».

«Выполняйте приказ,- рявкнула Мин.- Если я окажусь не права, вы можете привлечь меня к трибуналу». Затем она вызвала Центр: «Напомните Вестабулу о моем предупреждении. Его никто не тронет, если он не будет вмешиваться». Господи! Как ей хотелось пристрелить кого-нибудь!

Мин приходилось обдумывать каждый приказ. Она не имела права на ошибку. Ее обязательства перед Морн и Уорденом - перед людьми, для которых она была заместителем главы полиции Концерна - требовали неукоснительного соблюдения закона. Морн покорно подчинилась, когда Доннер велела ей закончить выступление перед Советом. Несмотря на все страдания и череду предательств, она по-прежнему доверяла директору подразделения спецназа. При других обстоятельствах Мин почувствовала бы себя польщенной, благодарной и, возможно, униженной. Но сейчас ей было не до этого. Хотя она, конечно, понимала чувства Морн.

Девушка стала жертвой Термопайла, Саккорсо - и Уордена Диоса. Она пережила неисчислимые беды и унижения, но на чистой отваге вернулась к Земле, чтобы изменить курс человеческого будущего. Она выполнила свою героическую миссию. Теперь она могла лишь вспоминать о боли и потерях. Лейтенант Хайленд выступила перед Советом и дала свидетельские показания о преступлениях, совершенных Диосом и Фэснером. По большому счету, она завершила свою задачу. Морн еще находилась на мостике, но уже не отдавала приказы и не участвовала в решении проблем. К тому же она ничем не могла помочь Термопайлу и Дэйвису.

Она сделала свое дело, но не получила желаемого удовлетворения. Ситуация не изменилась. Попрощавшись с Советом и отключив интерком, Морн устало откинулась на спинку кресла - одинокая и безутешная. Ее взгляд рассеянно блуждал по вспомогательному мостику. Изможденное лицо намекало на ужасы, которые Мин не могла вообразить. В вену Морн вводили мутагены. Она позволила сыну сдаться амнионам. Никто не мог спасти Дэйвиса, кроме Энгуса - а Термопайл был тем человеком, который безжалостно насиловал и унижал ее.

Мин давно бы отправила Хайленд в лазарет. Но ей не хотелось обижать свою бывшую подчиненную. Морн заслужила право оставаться в центре событий и наблюдать за происходящим. Переживая за нее и Уордена - за все человечество - Мин искренне надеялась, что советники примут правильное решение.

– По словам доктора Харбингер, компьютерные записи «Анодин систем» свидетельствуют о том, что Натан Элт зарегистрировал сфабрикованный чип всего лишь несколько дней назад, - доложила связистка службы протокола. - Следовательно, через пять с половиной недель после своего увольнения он по-прежнему имел доступ к файлам Концерна рудных компаний и секретной информации «Анодин систем».

Прозвучавшее заявление не произвело впечатления на Мин Доннер. Она слишком мало знала об атаке третьего кадзе - Хэши не успел объяснить ей подробности. Тем не менее важность доказательств, приведенных Лейн, была очевидной. Недаром связистка Койны передавала это сообщение с неприкрытым ликованием. Дракон получил еще один удар. Внезапно Морн приподняла голову. Она никак не могла успокоиться. Выпрямив спину, Хайленд направила усталый взгляд на Мин.

– Директор, - тихо спросила она, - кто такая доктор Харбингер?

Мин отвернулась от пульта. Она ответила бы на любой вопрос Морн - независимо от того, кто ждал ее на линии связи.

– Это лучший эксперт Лебуола, - сняв ларингофон, сказала Доннер. - Очень одаренная женщина. Я только одного не понимаю - почему она выступает вместо Хэши.

В тот же миг директор подразделения спецназа нашла ответ на свой вопрос.

– Вероятно, он учел аспект доверия.

В глазах советников - и в контексте показаний Морн - он был опозорен, как соучастник преступлений. Клитус Фейн мог воспользоваться этим обстоятельством.

– Хэши решил, что Совет скорее поверит Лейн, чем ему.

Морн медленно кивнула.

– Он прав.

Ее голос дрожал от гнева.

– Директор Лебуол причинил столько зла, что я не поверила бы ему даже в том случае, если бы он назвал мне мое собственное имя.

«А я должна верить», - подумала Мин. Она не пыталась объяснить себе перемену в отношении к Хэши. Если ее догадка была верна, Лебуол сделал нечто беспрецедентное: он отказался от возможности еще раз продемонстрировать Совету свою гениальность. Без его помощи Лейн не удалось бы проникнуть в системы «Анодин». Это было возможно только при участии Хэши и, вероятно, шефа Мэндиша. Иначе зачем Лебуолу понадобились административные коды полиции Концерна?

Тем не менее Хэши предпочел не появляться на публике. Он мог бы прочитать одну из своих знаменитых лекций, однако отверг этот шанс. Мин всегда считала его человеком, одержимым манией величия, но, видимо, некоторые вещи имели для Лебуола большее значение, чем собственная гордость. Его преданность Диосу и идее о независимой полиции была такой чистой, как и вера Мин.

– Первый исполнительный помощник Фейн возражает, - сообщала связистка. - Он заявил, что доказательства, приведенные доктором Харбингер, сфабрикованы по приказу директора Лебуола.

– Ожидаемая реакция, - проворчала Мин.

Ее сердце тревожно заныло. Жар в ладонях усилился.

– Расследование Лейн выставляет Дракона преступником. Но Клитусу не удастся уличить ее во лжи.

Чем больше Фейн протестовал, тем очевиднее становилась его вина.

– Он просто не знает, что эту женщину тошнит от вранья.

«Давай, ублюдок, - взывала она к Фэснеру. - Я остановила твое голосование. Теперь тебе придется ответить. У тебя нет пути назад».

Из динамиков раздавался голос связистки:

– Директор Хэнниш обвинила Фейна в преступлениях, связанных со взрывами кадзе. По ее словам, генеральный директор Фэснер догадался, что Уорден Диос решил разоблачить махинации Концерна. Фэснер велел провести диверсии, которые в конечном счете напугали советников и заставили их отклонить закон об отделении полиции.

Морн приподняла подбородок. Ее недоуменный взгляд говорил о том, что аргументы Лейн были понятны ей еще меньше, чем Мин. Однако восторженный голос связистки убедил ее в победе. Через боль и усталость Морн почувствовала слабый проблеск надежды. Если советники примут верное решение…

«Центр, - предупредила Мин, - приготовьтесь. Всем судам и орудиям. Под мою личную ответственность». Ей хотелось добавить: «Если вы верили мне раньше, то поверьте и сейчас». Однако ситуация требовала краткости.