Гарри Поттер и Лес Теней. Альтернативное окончание. - Constance_Ice

- Постой, - Гарри потёр лоб. Глориан мимоходом упомянул о чём-то очень важном, но оно скользнуло и потерялось. А, поймал-таки:

- Сын Ллудда, ты сказал? Это тот самый Ллудд, свиток которого может помочь нам вернуться?

- Думаю, что именно тот самый. Нашим предкам были известны заклятья, дающие власть над временем. Корабль, который перенёс меня из прошлого в ваше время, помнишь? (Ещё бы Гарри не помнил кораблик, так бесславно застрявший в болотах древней Англии!) Он тоже часть наследия древних хозяев Аннуина. Корабль, правда, мог двигаться только в одном направлении по спирали времени, поэтому для путешествия обратно пришлось использовать тот прибор, – Глор вздохнул, и тень пробежала по его лицу, наверное, воспоминания были тягостны и для него.

- Как там Вале… мисс Эвергрин? – внезапно спросил он.

«Он же ничего не знает, - понял вдруг Гарри, - ничего! Ни про наш плен, ни про осаду замка норманнами!». Юноша вкратце описал события сегодняшнего – нет, уже вчерашнего вечера. Эльф прореагировал совсем не так, как можно было ожидать. Если бы сам Гарри вдруг узнал, что его (ах, нет, не его!) Сьюзен находится в опасности, быть может, смертельной, он бы, не раздумывая и лишней минуты, бросился к ней на помощь. Наверное, и скорее всего, это было бы глупо, и любой слизеринец на его месте поступил бы иначе – взвесил ситуацию, оценил все за и против и только потом начал действовать. Глориан же повёл себя просто непостижимым образом: он опустил веки, выражение лица стало абсолютно непроницаемым, словно он хотел отгородиться этой ледяной маской – от Гарри? или от самого себя? А потом произнёс:

- Я больше не хочу мешать будущему осуществиться. Она сама сказала, что её и моё будущее разошлись. Отныне мы ничем не связаны, и не моя в том вина – она первая нарушила договор. Я сдержал своё слово, потомки эльфов помогут людям – там, в будущем. НО это – всё.

Глор замолчал, а Гарри, кипя от негодования, не мог найти нужных слов – как объяснить эльфу, что ЛЮДИ так не поступают? Не бросают друга, тем более, женщину, в беде? И он снова чётко и безнадёжно осознал, что перед ним – не человек, что бесполезно объяснять и уговаривать. У эльфов своя, иная логика. А также этика и мораль. Чего стоит одно отношение эльфов к родившимся потомкам, да, пусть не таким, как ожидалось, но ведь это их дети! Родная кровь! Нет, Глориан не поймёт его. Гарри постарался сделать голос максимально ледяным и жёстким:

- Тогда – прощай, Глориан Глендейл, - и спохватился, что находится в более чем сомнительном положении – без метлы, неизвестно как далеко от замка. Глориан не отреагировал на его тон, но, казалось, понял проблему.

- Да, сейчас мы простимся. Но тебе надо как-то вернуться обратно. Я видел, что твоя метла сбросила тебя и улетела – это сработали защитные чары друидов. Сюда можно попасть только пешком. Твой замок вовсе не далеко отсюда, но пешком идти долго. Мой единорога довезёт тебя, а Добби проводит – всё равно он не хочет больше оставаться у нас, и мой отец согласен – пусть вместе с Добби с Инисаваля уйдёт наше бесславное будущее. И не держи зла на нас. Поверь, дело Добра и Света теперь только в ваших, человеческих руках. В частности, в твоих, раз копьё выбрало тебя, – эльф чуть-чуть усмехнулся, только краешком губ, но эта горькая усмешка что-то сдвинула в душе Гарри. Он догадался, что сказанное перед этим далось принцу Леса Теней ценой долгих и мучительных колебаний, и это слегка примирило его с таким немужским решением Глора. В голове Гарри теснились тысячи вопросов, но он молчал всё то время, пока они шли от каменного столба к кромке леса. Светлое пятно, ранее замеченное Гарри на фоне деревьев, оказалось белым единорогом, мирно пасущимся на границе леса. Добби ждал рядом, держа в руках обоих младенцев.

- Это Талесин, - промолвил эльф, ласково поглаживая шёлковую гриву единорога, - он будет слушаться тебя. Садись.

Пока Гарри взбирался на спину неосёдланного животного, единорог спокойно стоял, помахивая серебряным хвостом. Глориан отошёл в сторону проститься с Добби – по крайней мере, так подумал юноша. Он не слышал, о чём они говорили, пристально изучая спину принца, по которой рассыпались светлые волосы. Какие мотивы движут этим столь спокойным и холодным с виду человеком? С каким равнодушием смотрел эльф на бедного найдёныша! А мисс Эвергрин - неужели он так просто, не колеблясь, не мучаясь выбором, решил предоставить любимую женщину её нелёгкой судьбе? А потом без всякой просьбы со стороны Гарри предложил ему помощь. Гарри размышлял над этим противоречием, не пытаясь подслушать мысли эльфа, но неожиданно для себя окунулся в поток его ощущений – словно замкнуло электрический контакт. Дикое смятение и боль, от которой у самого Гарри все внутренности скрутило в тугой клубок колючей проволоки. Ой, как всё непросто было с наследным принцем…

Поэтому, когда Глориан вернулся к Гарри с тем же непроницаемым выражением на лице, юноша неуверенно улыбнулся ему. Ответной улыбки он не дождался, но и ощущение скрученной внутри пружины исчезло.

- Потом просто отпусти Талесина. Он сам найдёт меня, - бросил принц, круто развернулся и ушёл, быстро, не оборачиваясь, словно кто за ним гнался. Гарри долго смотрел вслед эльфу, а потом, когда светлое пятно растворилось в сумраке, перевёл глаза на стоящего у его левой ноги Добби. Крепко обнимающий два кулька с торчащими курносыми носами домовик смотрелся очень комично – ни дать ни взять, образцовая мамаша близняшек после выписки из роддома. Гарри улыбнулся куда более от души и наклонился, чтобы помочь Добби забраться на единорога.

– Тсс! - прошептал тот, передавая Гарри младенцев. - Они уснули. Оба – и мальчик, и девочка. Не будите их, мастер Гарри!

«Значит, в корзинке был не эльф, а эльфийка, - мелькнула отстранённая мысль, - вырастет, станет похожа на Винки, наверное». Впрочем, Гарри не мог судить. Кто знает, может, эти первые домовые эльфы только по виду вылитые современные домовики, а на самом деле гораздо ближе к древнему загадочному народу Глориана. Гарри снова стало ужасно жаль этих детей, с рождения оторванных от своего прошлого и своего народа.

Вначале ехали молча. Единорог сам выбирал дорогу, ступая ровно и бережно, даже Гарри начало укачивать, а эльфята дрыхли без задних ног. Луна мягко освещала землю призрачным белым светом, лёгкие, сияющие ленты которого запутывались в тёмных стволах деревьев, создавая причудливый узор света и тени.

- Добби, а как вы вообще оказались в лесу? – Гарри только сейчас сообразил, какой удивительно счастливой случайности он, в сущности, обязан тем, что едет себе мирно домой, а не переваривается в тролльей утробе.

- Принцу захотелось побыть в одиночестве перед Уходом.