Гарри Поттер и Лес Теней. Альтернативное окончание. - Constance_Ice

- Мистрис, а когда вы нашли меня, там не лежало ли рядом книжки? Тут одной нет… Дело в том, что это Священное Писание, подарок отца Торстена. А в нём был чудесный цветок, который я недавно сорвал в лесу, ангельски прекрасный, я сохранил его, думая, что он принесёт мне удачу…

Айрин отрицательно покачала головой, а Гарри вздрогнул от предчувствия невероятной удачи. Дрожащими руками он открыл книжку – заложенный между страниц, в ней лежал увядший, но легко узнаваемый стебелёк с тремя цветками асфоделя белого, он же королевское копьё, он же златоок. Пыльца, растёртая по странице, светилась слабым золотистым светом. Какая невероятная удача! Вот он, недостающий компонент Некромортуса – цветы, сорванные рукой сироты, не знающего, кто его отец. Три цветочка, стоящие всех собранных ими охапок, хранившихся у Снейпа. Жаль, конечно, что Джеффри останется без своего талисмана и подарка наставника. Но возможность победить Вольдеморта, которая хоть и казалась пока совершенно иллюзорной, стоила огорчения юного послушника.

Внизу хлопнула дверь. Гарри прижал к себе бесценную книжку и присмотрелся – из трактира вышла сгорбленная старуха с клюкой и корзинкой в руке. Не Айрин. Пора убираться отсюда. Снизу раздался нежный жалобный звук, похожий на мяуканье котёнка. Рон и Гермиона скоро начнут беспокоиться, ещё, чего доброго, к мисс Эвергрин пойдут. Интересно, как они, уже добрались? Звук повторился, и на этот раз Гарри узнал в нём плач младенца. Наверное, это тот самый ребёнок, про которого говорили хозяева. Стало быть, он не умер. Интересно, куда несёт его эта старуха? Разрываясь между желанием поспешить домой и беспокойством за неведомого пищащего ребёнка, Гарри снизился. Старуха, непрестанно бормоча что-то себе под нос, быстро и уверенно семенила к броду. В корзинке опять что-то пискнуло, в ответ старуха разразилась раздражённой тирадой на гэльском, которую Гарри понял едва ли на половину. Что-то про какой-то Бельтан и колдунов из Чёрного Леса. «Угораздило же мою девочку связаться с этим остроухим … незнакомое слово. Вот и родила выродка. Лучше б ему и правда умереть», - последнюю фразу Гарри разобрал довольно отчётливо. Сердце его сжалось. «Еще один эльфийский младенец, - догадался он, – шустрый, оказывается, народ эти эльфы. Шляются по окрестностям, совращают местных девушек - всеми силами решают свою демографическую проблему. А в итоге вон оно что выходит. Ещё один уродец - значит, это уже не случайность. Старуха не иначе, как собирается его утопить, словно котёнка, чего нельзя допустить. И он не уродец, - одёрнул сам себя Гарри, – ты рассуждаешь как Аржантейль».

Каким образом он собирается отнять у старухи ребёнка и что с ним будет делать дальше, он пока не знал. Старая карга шустро ковыляла к воде. Под безлунным небом река выглядела маслянисто-чёрной, неприветливой, шелестели, потрескивая, сухие прошлогодние камыши вдоль кромки берега. Старуха остановилась и поставила корзинку на землю.

- Корзина быстро размокнет, - размышляла она вслух, – что ж, меньше тебе будет мучиться.

«Вот что она собирается сделать», - понял Гарри. Просто отпустить корзину с ребёнком по течению. Ну что ж, тогда он сможет подлететь сверху и схватить корзинку. Но тут планы старухи изменились – из-за поворота реки медленно выплыла лодка, при виде которой бабка издала неопределённый возглас и, подобрав подол платья, проворно залезла по колено в воду. Вытянув изо всех сил руку с клюкой, она подцепила проплывающую лодку и подтянула её к берегу.

- Видно, сам Господь посылает мне этот челн! - радостно провозгласила старуха. – Значит, он и распорядится судьбой ребёнка. И я греха на душу не приму, - с этими словами она поставила корзинку в лодку и отпихнула ту от берега. Посмотрела, как течение, не торопясь, разворачивает плоскодонную посудину и направляет её на середину реки. Затем выбралась на берег, выжала подол и заторопилась обратно.

Пока Гарри соображал, что же предпринять, лодка уже порядочно отплыла. Звуков из неё больше не доносилось, и это вызывало у Гарри беспокойство. Он решительно взмыл вверх и догнал лодку. Сверху она казалась заполненной чернильной тьмой, старухина корзина была еле заметна. Почему-то у Гарри возникло твёрдое ощущение, что он должен оказаться внутри лодки. Заливавшая внутренности темнота притягивала и манила. Не в силах противиться, Гарри спикировал на лодку, как коршун на птичку или как ловец на снитч, и ловко спрыгнул с метлы прямо на дно. Посудина почему-то даже не шелохнулась при этом манёвре. Гарри наклонился посмотреть, что там с младенцем. Из вороха тряпья на него серьёзно смотрели круглые выпуклые глаза домового эльфа. Да, он не ошибся.

Гарри поднялся и обратил внимание, что вокруг лодки сгустилось что-то вроде тёмно-серого тумана, казалось, будто он попал какое-то другое пространство.

«Зачем я здесь?» – подумалось Гарри, и как ответ на вопрос на дне лодки что-то блеснуло. Рука сама потянулась к этому предмету, и в неё словно прыгнул серебристый кинжал. Рукоять его казалась тёплой и невероятно приятной на ощупь. Даже не просто приятной, а до боли родной, знакомой, как что-то давно потерянное, а теперь опять найденное. Гарри вынул кинжал из ножен и поднёс к глазам – сверкающее обоюдоострое лезвие. Рукоятка из неизвестного, но очень красивого, переливчато-шелковистого светлого дерева. Явно очень древняя штука, хотя никаких следов времени не было заметно ни на стали клинка, ни на отполированной до блеска ручке. И наполненная до краёв магией - это Гарри чувствовал каждой клеточкой своего тела. Энергия кинжала пронизывала его насквозь, струилась по жилам, согревала. Ни на секунду ему не пришло в голову, что его заманили в ловушку и он держит в руках тёмный артефакт. Напротив, было убеждение: произошло что-то предопределённое, неизбежное и правильное. Судьба привела его в эту лодку, и они с клинком встретились. Почему-то про это оружие думалось именно так, уважительно, как о живом, обладающем собственной волей существе, наверное, даже имеющем собственное имя. Гарри нежно погладил мерцающее лезвие и засунул кинжал в ножны. Все, что нужно, было исполнено, а теперь следовало торопиться. Юноша вынул из корзины запелёнатого в тряпки младенца – тот снова внимательно посмотрел ему в лицо.

- Будем привязываться, – сказал младенцу Гарри. - А не то грохнешься с метлы на землю – костей не соберёшь, - и полой мантии тщательно примотал к себе глазастый свёрток, а заодно и драгоценную библию с цветком асфоделя в ней. Старт с качающейся на волне лодки оказался не таким уж сложным делом. Проблема была в другом – Гарри не очень хорошо представлял себе, куда теперь нужно лететь. За спиной мигали огоньки в окнах трактира у Брода. Впереди расстилалась мрачная громада Леса Теней, казалось, не имевшая краёв. И где-то за ней осаждённый Хогвартс. Нужно ли тащить туда новорожденного домового эльфа? С другой стороны, а есть ли иной выход? Гарри был уверен, что найти ночью на метле Инисаваль ему не удастся. Да и будут ли там рады ещё одному уродцу? Вон как Аржантейля тогда скрючило… Мир его праху. Гарри вздохнул. Ладно, надо лететь в замок, а там можно послать сову Глориану. Добби наверняка позаботится и о втором ребёнке. Решение было принято, оставалось сориентироваться на местности, чему препятствовало покрытое тучами небо. А заклинание направления, как неоднократно убедились уже пришельцы из будущего, в Лесу Теней почему-то не действовало – а может, и вообще в прошлом не действовало. Положившись на удачу, Гарри полетел к лесу.