Гарри Поттер и Лес Теней. Альтернативное окончание. - Constance_Ice

Маленький пассажир молчал и, вопреки всем телевизионным рекламным роликам не выражал желания ни пить, ни писать. От него исходило приятное тепло, и неожиданно Гарри посетила пронзительная ассоциация – вот так же и его самого вёз на летающем мотоцикле пятнадцать лет назад Хагрид. Полугигант Хагрид забрал его тогда от смерти, разрушения и страха и отвёз Дурслям, и теперь, спасая жизнь маленькому эльфу – а по крови наполовину человеку, Гарри чувствовал, что он словно возвращает часть долга своему погибшему другу. При воспоминании о Хагриде слёзы начали непроизвольно наворачиваться на глаза, и, чтобы отогнать их, Гарри яростно замотал головой.

Вскоре пришлось признать, что он окончательно заблудился. Река осталась далеко позади. По небу бежали рваные тучи, ветер уныло посвистывал, пытаясь распахнуть мантию и выстудить тепло тела. Под ногами шумели голыми костлявыми ветвями дубы, ещё не покрывшиеся первой весенней листвой, а ещё ниже царил непроглядный мрак, таились тролли, гиппогрифы и ещё Мерлин знает какие твари. И так – насколько видит глаз. К тому же, Гарри начал уставать. Руки, долго управлявшие неуклюжей метлой, начали дрожать, приходилось крепче стискивать пальцами плохо отёсанную ручку, и вдобавок ко всему, жутко хотелось пить.

Открывшееся внизу свободное от деревьев пространство, что-то вроде огромной поляны, утыканной, словно зубами, вертикально торчащими камнями, вызвало у Гарри непреодолимое желание приземлиться и чуть-чуть передохнуть. По крайней мере, приближающихся чудищ или людей будет видно издалека. Так он и поступил. Но при снижении произошла авария – метла внезапно взбесилась, отказываясь следовать планам хозяина, и начала брыкаться, что, с учётом сведённых усталостью пальцев, закончилось, разумеется, падением Гарри. Творение Мастерса оказалось не только технически несовершенным, но вдобавок еще свободолюбивым и непослушным - вильнув на прощание кривой рукояткой, метла скрылась в неизвестном направлении. Вот тебе и отдохнул! Гарри ощупал ноющую спину – падать пришлось примерно с трёхфутовой высоты (хорошо, что не придавил при падении эльфёнка – тот, правда, проснулся и хныкал, тоненько и жалобно), пощупал на поясе и за пазухой – библия и кинжал на месте. Пора было подумать, что делать дальше.

Незадача с метлой приключилась на самом краю покрытой вереском проплешины. Гарри сидел на моховой кочке - спасибо ей за мягкую посадку, могло быть и хуже! Позади него чернела стена леса, впереди возвышались каменные столбы, их было несколько десятков, высотой каждый от трёх до десяти футов, древние, потрескавшиеся; в их расположении ощущался некий порядок. Менгиры образовывали что-то типа круга в центре с расходящимися от него лучами. Звезда или солнце. Снова какая-то древняя магия? Гарри сегодня уже устал удивляться, поэтому, когда из-за ближайшего камня появилась маленькая человеческая фигурка, воспринял это почти как должное.

Но вот то, что незнакомец оказался Глорианом Глендейлом, было, пожалуй, уже перебором. Гарри закрыл глаза, досчитал до десяти, и снова открыл. Глориан не исчез. Напротив, он подошёл ближе и смотрел на Гарри очень странно – как на какую-то заморскую диковину. Наверное, из-за возившегося на груди эльфийского детёныша.

- Эта магия вокруг тебя, - мягко спросил Глор, - значит ли это, что ты нашёл ЕГО?

Магия вокруг действительно имела место, ею веяло и от каменных столбов, и просто от земли, поросшей мхом и вереском. Но Глор явно говорил не об этом. Гарри распутал мантию, которой был привязан к нему ребёнок, и протянул его Глору:

- Да, я его нашёл.

Щека Глора дёрнулась:

- Я не об этом, - он скользнул взглядом по лицу младенца – ни удивления, ни сочувствия. Гарри мог поклясться – эльфу просто стало неприятно. Принц обернулся:

- Добби! Пойди сюда! Позаботься о ребёнке.

Подбежавший мелкой трусцой домовик что-то восклицал, кряхтел и причитал над переданным ему Гарри младенцем, отпускал какие-то комплименты в адрес великого спасителя домовых эльфов, но Гарри почти не слышал его – глаза были прикованы к глазам Глора, который ещё мягче, чем прежде, произнёс:

- Нет, Гарри, я о копье Луга. Оно ведь у тебя, я чувствую, а значит, пророчество исполнилось до конца, - и, сказав эту невразумительную короткую речь, замолчал, устремив на юношу вопрошающий взгляд своих фиолетовых глаз.

- Я… у меня нет никакого копья, - неуверенно прошептал Гарри, и рука его сама потянулась к клинку у пояса. – У меня есть только вот это, - он вытянул кинжал из ножен и протянул эльфу

- Это оно и есть, - Глор внимательно осмотрел мерцающий клинок и вернул его Гарри, - копьё Судьбы, копьё Луга, то самое, которым он убил Балора, последняя из четырёх святынь. Оно было затем перековано и таким образом спрятано от мира. Но ты нашёл его, и значит, оно вернулось вновь. Все четыре предмета обрели своих хозяев, сбылось древнее пророчество, и теперь судьба народа эльфов круто меняется. «Камень — к камню, клинок — к клинку, кровь — к крови. Он вернется и заберет то, что ему принадлежит по праву. Тогда и наступит конец Мира Эльфов, и начнется Эра Людей», - повторил Глор слова пророчества, уже слышанные гриффиндорцами от Алара. Лицо принца затуманила печаль.

Оставив на потом размышления о судьбе народа эльфов, Гарри спросил о том, что взволновало его куда больше:

- Какие чет-тыре предмета? И у кого остальные? Меч Рона – один из них, что ли?

Глор кивнул:

- Меч, не знающий поражений - у Рона. Чаша перерождения Керидвен, возвращающая жизнь и дарующая силу, - у Джинни. Священный Камень Фаль – у Гермионы. Все трое увидели во время Зелёного Праздника своих предков и узнали свою судьбу. Оставался четвёртый предмет - Ассал, Копьё Судьбы, сила которого дает его владельцу власть над миром. Но сила эта слепа и равнодушна – поэтому то, как она будет употреблена, зависит от выбора того, кто это оружие держит. В его рукояти или древке всегда сохранялась частица Серебряного Ясеня, священного дерева, возможно, поэтому до сих пор все владельцы его выбирали Свет и Добро, независимо от того, в каком виде приходило к ним это магическое оружие…

Рука Гарри невольно вцепилась в рукоять найденного кинжала, и снова её тепло поразительным образом растеклось по всему телу, наполнила и успокоила его. Юноша обратился в слух.

- Когда оно было мечом, - вещал Глор, - с его помощью мальчик, почти ребёнок, сразил великана и стал царём своего народа. Потом оно стало копьём, которым бог Луг победил Балора, обладающего ужасным губительным глазом. Это оружие лишало жизни одних и даровало бессмертие другим. Как и в остальных трёх предметах, в нём – ключ, открывающий дверь между миром мёртвых и миром живых. Есть ещё и пятый предмет… но он сокрыт от всех до поры до времени. Возможно, теперь объединение предыдущих четырёх сможет проявить его, - Глор задумчиво умолк.