История ислама. Т. 1, 2. От доисламской истории арабов до падения династии Аббасидов в XVI веке - Август Мюллер

нельзя более подходящими к этому делу. Наконец подобно тому, как ранее сделал Ибн Курхуб, Махди дал понять Византии, что готов заключить мирный договор. Соглашение действительно воспоследовало. Император Роман обязался, само собой, уплачивать дань.

Теперь Убейдулла направил свой хищнический флот к берегам Лигурийского моря. Незадолго до своей смерти в начале 322 (934) г. он выслал к Генуе экспедицию, которая опустошила окрестности города, а в следующем году, 323 (935), произошло еще большее кровопролитие. Нападение сделано было на самый город, находившийся в то время в цветущем положении. Пострадало мужское население, взята была несметная добыча вместе с тысячами детей и женщин. На возвратном пути много зла причинили пираты Корсике и Сардинии. Возникшие к этому времени некоторые затруднения в царстве Фатимидов положили предел всем этим хищническим набегам.

Но все это были только второстепенные занятия, Махди ни на минуту не упускал из виду своей главной цели. Уже в 304 (916/17) г. занята была снова Барка, а в 306 (919) г. направился наследник престола Абуль Касим с новым войском, состоявшим из китамитов, других берберов и арабов, на восток. В сафаре 307 г. (10 июля 919 г.) взята была Александрия и разграблена; вся часть страны на запад от Нила до самого Ушмунейна была покорена. В это время как раз умер наместник аббасидский. Вместо него снова назначен был Текин. Ему удалось одержать победу у Фустата, а одновременно напали на африканский флот у Рашида (Розетта) посланные по распоряжению эмира аль-умара из Тарса корабли. Обливаемые горящей нефтью, корабли Фатимидов загорелись и были почти все истреблены в шаввале 307 г. (феврале – марте 920 г.). В том же году, вероятно по приказанию Убейдуллы, карматы произвели нападение на Басру с целью отвлечь сюда силы Аббасидов. В мухарреме 308 г. (май – июнь 920 г.) вступил сам эмир аль-умара Мунис со свежими войсками в Египет. После прибытия еще нескольких новых отрядов из Ирака войскам халифа удалось в течение 308 (920/21) г., после целого ряда битв, мало-помалу вытеснить Абуль Касима из страны. Но Барка осталась на этот раз за Фатимидами. Из нее принц прибыл обратно в столицу раджаба I 309 г. (5 ноября 921 г.).

Резиденция переместилась к этому времени на другое место. На Востоке новая династия неохотно вообще остается в местопребывании своих предшественников. Жители старинной столицы продолжают весьма упорно сохранять верность низвергнутой династии. Аббасиды основали Багдад, Аглабиды – Раккаду, по примеру их Убейдулла заложил в 300 или 303 (912/13 или 915/16) г. невдалеке от Тапсуса Аль-Махди – «город Махди». В 308 (920/21) г. властелин мог уже переселиться во вновь отстроенный город. Расположенная на берегу моря, новая столица была самым подходящим местом для пребывания повелителя, коего все внимание устремлено было одновременно на Сицилию и Египет. Положим, на десяток с лишним лет пришлось пока оставить помышления о вторжении в Египет. Убейдулла пришел к убеждению, что необходимо несколько выждать и дать окрепнуть молодому его государству. Поэтому все следующие годы старается он занять свои эскадры хищническими морскими набегами и приумножить награбленными богатствами казну свою. Тем временем, однако, Масала позаботился об усилении могущества Фатимидов на западе, о чем было отчасти упоминаемо нами и выше. Но как добросовестно ни исполнял свою обязанность в этом направлении глава микнаситов, оставалось еще достаточно элементов, могущих в искусных руках сделаться опасным оружием против самого же Махди. Обо всем этом повелитель своевременно получил довольно подробные сведения; так что, когда Масала пал в 312 (924) г. во время похода против вечно беспокойного племени зената, приняты были немедленно же меры к возможному замещению в другом пункте потери личного влияния умершего полководца. С этой поры на западной окраине Заба воздвигнута была новая крепость Мухаммедия (ныне Мейла). Она стала главной квартирой наместника Магриба, а на место Масалы назначен был один из его подчиненных, Ибн Абуль Афия. И действительно, можно было, по-видимому, смело положиться также и на этого старейшину микнаситов. В 313 (925) г. один из Идрисидов взбунтовался в Феце. В короткий срок он набрал столько приверженцев, что в одном сражении даже осилил наместника. Но этот последний уже в 314 (926) г. при посредстве измены снова овладел взбунтовавшимся городом и умертвил опасного соперника. Когда же поход наследника престола, Абуль Касима, предпринятый через некоторую часть запада в 315/16 (927/28) г., не принес особенно выдающихся результатов, Ибн Абуль Афия сумел до 319 (931) г. завладеть всем Магрибом, за исключением одной Цеуты, где засела кучка Идрисидов. Именно это новое положение, казалось бы столь благоприятное для Фатимидов, должно было в последние годы владычества Убейдуллы привести к довольно нежелательным осложнениям.

Могущественный Абдуррахман III, первый кордовский халиф в Испании, не мог спокойно глядеть на то, что у самых врат его государства вместо беспорядочной горсточки подданных бессильного идрисидского владеньица расположился влиятельный представитель высокопарящего рода, обладающий притом характером самым беспощадным. Уже при первом появлении Фатимидов недоверчиво следил Абдуррахман за происходившим здесь. Он помог в 305 (917/18) г. одному маленькому владетельному князьку Накура, прогнанному было Масалой, снова отвоевать родной свой город, а в 314 (926) г. войска Омейяда заняли даже крепость Мелиллу, как известно, и до сих пор главный форпост испанцев в Африке. Теперь же, когда успехи Ибн Абуль Афин в Магрибе становились все грознее, Абдуррахман послал недолго думая гарнизон в Цеуту и выгнал оттуда Идрисидов. Ибн Абуль Афия не питал особенной личной привязанности к Фатимидам. Могущественный властелин Испании, могший в каждое мгновение высадить в Цеуте большое войско, внушал ему гораздо более уважения, чем Махди, находящийся почти в 200 немецких милях от Феца. И вот в 319 (931) г. полководец становится в ленные отношения к Омейяду. Наместник Тахерта, положим, нанес изменнику поражение, и временно предатель должен был даже покинуть Фец в 321 (933) г.; но победоносное войско Фатимидов слишком рано очистило Магриб; уже в 323 (935) г. Ибн Абуль Афия становится снова господином на западе. Все эти события не были, однако, такого сорта, чтобы серьезно тревожить двор Махди. Но со смертью Убейдуллы это изменилось.

Ночью 14 раби I 322 г. (3/4 марта 934 г.) бывший глава тайной секты, ставший сразу властелином большого государства, испустил последний свой вздох. Кривыми путями, бессовестным применением самых ужасных средств вскарабкался он на престол. Нельзя, впрочем, отрицать, что Махди доблестно продержался на этой головокружительной высоте благодаря только своим громадным способностям, энергии и… вероломству. Спрашивалось, переживет ли сотворенное им государство кончину своего основателя, ибо, как ни верен вообще расчет на глупость и суеверие толпы, тот, кто