Первая книга - Тим Роверандом

   - Сэр! Это же был себеш!

   - Кх-да? А я не заметил. Вы, жеванные стрекозами дармоеды, если уж так медленно бежали мне на помощь - хоть бы теперь не стояли столбом. Перевяжите и дайте амулет от яда - мой вот-вот выдохся. А я уверен, что та гадость, что щиплет в ране это не целебный бальзам.

   - Вы побили убийцу себеш, капитан, это круче чем турнир выиграть. Научите, а?

   - Я сейчас тебя научу, как лежать с фингалом на камнях, если не поможешь.

   Сидя в кресле у камина под бормотание мага-целителя и цедя сдобренный крицей ром, Дрейс наконец только и смог расслабится. Ольсен уже развели кипучую деятельность - искали убийцу, проверяли крыши. Но на это капитану Гремящего было плевать - эти стражи скорее запрутся в кабаках, только бы не встретиться с себеш. Даже тут, в клубе бургомистра, все только и делали, что с опасливым уважением поглядывали на капитана. Как же! Первый человек уделавший воина себеш в одиночку. Но на взгляд Дрейса его личные победы скорее мешали - легион, вот что было по настоящему важно. И ему категорически не нравилась идея, что завтра он пошлет своих людей в неизвестные пещеры, без нормальной разведки и проводников. Туда, где, как оказалось, будут их ждать и такие вот убийцы. Но иначе никак - в этой земле ничему нельзя доверять, и даже нанять проводника не выйдет. Даже ночные тени хотят убить, что уж говорить о подземельях.

   Вернувшись домой, Джессика рассказала о своей неудаче. Для Предводителя это была не радостная, но и не слишком страшная новость. Город продолжал готовиться. И эхо грохочущих камней и звенящей стали окружало пещеры вокруг него.

   Переломы у себеш срастаются быстро, но все же не мгновенно. И пока Джессика сидела в Каменном без дела - ее поймал Варгуш, себеш-маг. В последние дни он много помогал Предводителю, производя амулеты-ловушки и обновляя запас магии в тоннелях города. Прорвавшихся к внутренним залам ждала не только сталь, но и заклятия, что повстанцы звали "каменный сюрприз" и "растворялка". В прочем, работа мало повлияла на самого мага - легкий налет презрения никуда не делся, и только с Джессикой и Тенью он бывал дружелюбен. Поприветствовав, Варгуш присел на соседний камень на галерее. Внизу, в зале, расставляли столы для будущего лазарета. Плохо отмытые следы крови на полу говорили о том, что это не в первый раз.

   - Приветствую снова. - Сказала Джессика, убрав от губ флейту. Игра на ней хорошо разрабатывала пальцы после переломов, да и нравилось ей эта музыка. - Что вы хотели мастер?

   - Я слышал, Джессика, вы жаловались на бездеятельность. Ваши раны еще долго будут заживать, не так ли?

   - Да. Но к моменту облавы я уже буду на ногах, не беспокойтесь. К стати, спасибо за солнечную мазь - она была как нельзя к стати.

   - Очень, очень хорошо. Я рад за вас, Джессика. Ну что же, а пока - вы не хотели бы помочь Каменному скажем так - иначе? Не как воин, а в этот раз только как вы сами.

   - Хэх. Вам нужен источник? Неужели тут, в Каменном, куда бегут все источники железных гор, вы испытываете в них недостаток?

   - Понимаете ли, Джессика, есть некоторые особенности нашего с вами организма, ставящие нас на совсем другую ступень развития, нежели люди и мейсы. И в том, что касается источников - это не менее верно. Ваши физические возможности открывают куда более широкий спектр параметров в медитационных заклятьях.

   - Давайте договоримся так, мастер. Я готова вам помочь, раз уж я обязана Каменному, но вы за это расскажите мне о магии. Это грустно, но я так и не знаю о магии сверх общеизвестного.

   - Замечательно, тогда мы пришли к соглашению! Жду вас завтра в моей лаборатории. У нас много дел, и думаю я смогу рассказать что-нибудь небезинтересное.

   Грохот и дым на западе не прекращались. Уже два часа группа магов Ольсен пыталась выбить отряд мятежников, засевший в Поющей скале. По мнению Дрейса, название не соответствовало истине - раскаты лопающихся от магического огня камней отражались от скалы скорее как рычание недовольного зверя, чем как песня. Спрятавшись по краям расщелины, отряд легиона перекрыл единственный оставшийся выход для этого отрезанного отряда. Стальные щиты легионеров уже не раз были попробованы на прочность копьями засевших в скалах. Основные силы Ольсен прочесывали запад, а легиона - восток. Словно два гигантских гребня, проходили они через скалы на встречу друг другу. Никто уже не удивлялся, когда в монолитной скале распахивался проход и на легионеров со спины нападал летучий отряд, задерживая Дрейса и давая уйти окруженным им силам.

   - Скажи мне, Горх, - обратился Дрейс к адъютанту, что был раза в два его старше, и потому советы опытного, хотя и не благородного воина капитаном всегда ценились. - Сколько тоннелей мы за последние пару дней открыли? Сотню?

   - Ну около того, сэр. Не меньше. И в половине - залы с ловушками и засады.

   - Вот-вот, ты меня понял. Мы теряем людей, а враг лишь убегает и прячется. Сколько Ольсен говорили у них беглых источников? Десятка два, да? У нас уже тридцать поймано, и то лишь по их глупости!

   - Вчерашняя атака с помощью запуска реки в тоннель все же дала нам большое преимущество сэр. Вряд ли кто-то так раньше делал и потому мы и поймали этих разбойников.

   - Это проклятые Ольсен говорят - "разбойники"! а уж нам-то с тобой должно быть ясно, что тут не меньше чем жеванная стрекозами крепость, если не целое государство под землей. Такое один Гремящий не вычистит. После этой операции я отвожу войска.

   - Я полагаю сэр, Ольсен и не планировали продолжать. Прижать мятеж, не дать им почувствовать себя хозяевами этих земель. Но не победить.

   - Да я уже заметил. За последний час эти маги только и делают, что играют в снежки огненными шарами. Их вообще учили брать крепости?

   - Сэр! Третий отряд атакован в спину новым противником! Они просят подкрепления!

   - Ну что я говорил. Горх? Пошлите им нашего ольстенского коллегу с его источниками, пусть прижмет их чем-нибудь нормальным. А шестой отряд. Как мы и планировали, должен обойти и ударить этих выползков с севера. И пробиться на их спинах вниз, как всегда - до первой ловушки.

   - Есть!

   - Как же я ненавижу эти проклятые подземные ходы! Пора заканчивать эту бессмысленную операцию.

   Оглушающий гул Большого Уха - колокола на Хмурой башне - наполнил площадь перед Академией. Казалось, все прочие звуки умолкли в почтении перед этим прародителем звука, что раздавался от самого старого в империи колокола. Сама площадь была небольшой, она лежала на краю отвесного обрыва, под которым разбивались волны Штормового моря, принимая в себя воды величайшей из рек. Полукруг, замощенный серой плиткой, с едва видимыми золотыми прожилками, был огражден лишь рядом статуй от тридцатиметровой гладкой скалы, уходящей вниз. На дома, выходящие на площадь, опирались статуи побольше, изображавшие мейсов и людей со сложенными руками, одетых в мантии. В центре же стояли, пробившись через плиты, восемь мощных дубов, чьи корявые сплетенные ветви несли на себе агатово-черные листья. На краю площади стояли две фигуры. Взрослый, высокий человек, с затянутыми в хвост рыжими волосами, и молодая девушка, с длинным темноватым лицом обрамленным волной угольно черных волос. Ее широкие янтарные глаза с любопытством оглядывали площадь.