Дэланель. Первое задание - Юлия Григорьева

— Что случилось с остальными двадцатью, — мне даже не хотелось на него смотреть.

— Кто-то был изувечен, в большой или меньшей степени. Только пять семей дожили до глубокой старости, и двое разошлись.

— Значит есть шанс…

— Дэл-л-ла!!!

— А как же делегации и посольства ледийцев? А обучающиеся? — я вдруг воспряла духом. — Линка за три года, что я ее знаю, только два раза превращалась, точней один. И то, только из-за того, что очень испугалась за последствия нашей… — я бросила на него быстрый взгляд, — нашей выходки. А первый раз она сумела подавить горгулью.

— За пределами Ледийи ледийцы принимают эликсир, подавляющий агрессию, поддерживающий их в состояния покоя. Обучающиеся вне Ледийи очень редки. Линаниэлла крайне стабильна. Хельмис говорил, что до тебя она вообще ни разу не срывалась, довести ее удалось тебе одной, — Дайанар усмехнулся, а мне срочно захотелось в свой шкаф. Мой наставник посмотрел на меня и как-то очень нехотя добавил. — Их семья одна из самых стабильных в Ледийе. Но, зная твой характер, прелесть моя, ты доведешь любого из представителей этого семейства, — он засмеялся.

— А вот это не факт. Вести себя так меня вынуждаете только вы.

— Дэла…

— Я услышала вас, наставник Гринольвис, я буду помнить о вашем предупреждении, — Дайанар недовольно поморщился. — А теперь ваша откровенность.

— Хорошо, — усмехнулся он.

— Что у вас с этой худосочной цыпой из секретариата? — вот, честно, в голове были и более важные вопросы, но спросила я почему-то именно эту ерунду.

Дайанар Гринольвис несколько мгновений изумленно смотрел на меня, а потом расхохотался. И столько лукавства было в его медовых глазах, что мне опять захотелось его ударить.

— Лари очень милая девушка, — наконец, сказал он, все так же лукаво глядя на меня. — Очень нежная и трогательная. Она очаровательно смущается, просто прелесть.

— Вы с ней целовались? — чего это голос у меня звенит, и какое мне вообще дело до их поцелуев?

— Тебя это правда интересует? — как же он сейчас похож на сытого кота, так бы и встряхнула за шкирку…

— Нет! — кажется, опять завожусь. — Просто понять не могу, зачем вы меня целовали, если у вас есть дама сердца?

— Дама сердца есть, представь себе, — усмехнулся он, но на вопрос не ответил, уже на второй.

— Сердца нет, а дама есть, — через чур ядовито выдала я. — Вот и целуйте ее, а ко мне не лезьте!

Он долго и пристально смотрел на меня сузившимися потемневшими глазами, потом яростно рявкнул:

— Как же ты меня бесишь, Брайтис!

— Вы меня тоже!

Дайанар стремительно подошел ко мне, схватил за руку и втащил в открывшийся портал. Следующее, что я увидела, была широкая спина моего наставника, исчезающая за ученическим корпусом. А я стояла и думала о… самке халари, кого же она выберет: заботливого или воинственного? Они оба такие красивые…

Когда я поднялась в комнату, Линка крепко спала. Я посмотрела на нее и вспомнила слова наставника: "Хельмис говорил, что до тебя у нее не было срывов". Прости меня подружка, я не хотела… Это сколько же всего может натворить одна маленькая не особо умная, но чрезвычайно шустрая амантийка. Чуть не убила одного, довела до срыва другую и почти подставила под угрозу третьего… Я вздохнула, посмотрела на шкаф, кстати, новый. Старое вместилище скорби разворотила озверевшая Линка. Но решила туда не заходить. Легла на наш диванчик и задумалась. Вспомнилось, как Дайанар защищал меня сегодня от взбешенного магистра. Стало приятно. А потом вспомнила прогулку в Долину трех водопадов и халари, и сильные руки наставника, и его поцелуй… Я дотронулась пальцами до губ и поняла, что улыбаюсь… Стоп! Что это? Нет, отставить, так можно и влюбиться в него заново, а это лишнее. Страдания по Дайанару Гринольвису мы уже проходили, и слезы в подушку тоже.

Рывком поднялась и достала книгу, в которую была вложена записка Лина. В тысячный раз перечитала ее и вспомнила слова наставника: " В Ледийе запрещены браки с иными расами". Лин не может об этом не знать, что же тогда я для него? Как-то не пугали меня другие слова Дайанара о смертности и опасности отношений с ледийцем, верилось, что мне Лин никогда не навредит. Разве может причинить вред этот нежный и внимательный мужчина? Нет, дорогой наставник, вы просто не хотите делиться своей игрушкой, вот и наговариваете! Играйте вашей Лари, а Дэла пойдет своим путем.

В коридоре раздался какой-то шорох. Я открыла дверь, осторожно выглянула, но в коридоре никого не было. Потом случайно взглянула вниз и замерла. Там стояла корзинка с золотыми лилиями из озер Рунарда, заповедного края в западной оконечности амантийской империи, там же была и Долина трех водопадов. Я взяла корзинку и занесла в комнату. Записка была, но опять без имени и написана наемным калиграфом. "Прекраснейшей из фей", вот и все, что хранил в себе небольшой кусок тонкой дорогой бумаги. Похоже, опять подарок от тайного линкиного поклонника. А состоятельный он. Золотые лилии стоили немногим дешевле симари. Завтра проснется, будет ей приятно. Я улыбнулась и отнесла корзинку на линкин ночной столик. Везет подруге, а мне Лин ничего не присылает… Кстати, а как линкин поклонник доставляет свои подарки? Магическая доставка? Или он сам маг? Лин тоже обладает магическим потенциалом. Линка говорила, что он не очень сильный, но ведь мог бы хоть записочку… Вон как его сестру обхаживают. Интересно, а линкин поклонник знает, что по законам ее страны они никогда не будут вместе? Но ведь и я с Лином…

— Ах, — я вздрогнула и поняла, что сейчас буду соверше ннейше дурацким образом рыдать в подушку.

— Дэла, — послышался зов-шепот.

Я резко обернулась и увидела на окошке почтовую птицу, ее так и называли птица почтальон. К лапке почтальона был привязан конвертик. Я не спеша подошла к птице, чтобы не спугнуть, отвязала от лапки конверт и развернула его. Он будто услышал мои причитания. Бедное сердечко пустилось в бешеный пляс, дыхание перехватило. Мой Лин… " Уже скучаю, дорогая Дэла. Безумно хочу тебя увидеть, хоть на несколько минут. Жду у ворот вашей школы. Пожалуйста, нежная моя". Ого! Сейчас? Возле школы? А я в форме и похожа на чучело, а-а-а! Но как хочется его увидеть…

Охранник нас выпускал без увольнительной, если нужно было сбегать в соседнюю кондитерскую или в лавку со сластями. Даже магистр об этом знал и не вмешивался. Ученики никогда не обманывали. Наказания и отчисление пугали всех. Я взглянула на Линку и решила ничего не рассказывать Лину, потом… когда-нибудь… может быть сама расскажет. И что на этот скажет ее дорогой братец? Да-а, Дэланель Брайтис, долго ты еще будешь мучиться за свою глупость. Если Лин уйдет… Все равно нам не быть вместе. Я опять вздохнула. Надо спросить его, только как? "Лин, ты собираешься на мне жениться?" Так что ли? Хотя с меня станется и так спросить, надо последить за языком. И тут я на себя рассердилась. Да что я переживаю? Мы же на несколько минут встретимся? А я раньше, чем через десять минут, не смогу произнести ни слова. Помычу и пойду обратно. Точно! Зато увижу черноглазого красавца.