Полет миражей (СИ) - Александрова Дилара

— Это Орден Святой Елены? — задала риторический вопрос Магна, рассеянно оглядывая раненых, — Нужно успеть свалить отсюда, пока они не хватились своих. Могут быть проблемы…

— С этими проблемы в любом случае будут. Советую их не умножать. Выдвигаемся!

Гвамал остался караулить храмовников и Майлу, все еще не пришедшую в себя. Остальные, отряхивая замоченное, почти пришедшее в негодность оружие, направились дальше — в самое сердце леса.

— Жнец! — Урдас окрикнул Моргана перед тем, как тот окончательно скрылся в плотной чаще обгоревших стволов.

Морган обернулся.

— Живые всегда будут тебя ненавидеть, а мертвые — проклинать.

Никто не ответил. Слова храмовника растворились в уставшей, наполненной гарью тишине.

Маршрут пролегал напрямую. Неожиданных поворотов, неприятных сюрпризов и незапланированных соперников особо не встречалось. Мелкий моросящий дождь потихоньку тушил остатки тлеющего леса. Стойкий запах дыма висел в воздухе. Температура начала резко снижаться. Приятная поначалу прохлада впитала в себя порывы резкого ветра, и за каких-то полчаса воздух стал промозглым. Промокшая одежда мерзко липла к коже.

— Смотрите под ноги! — напомнил Трэвиус очевидное, когда Энберт в очередной раз запнулся о какую-то скрытую в толще воды корягу.

Среди обгоревших деревьев и кустарников молчаливо возвышались не менее обугленные, совершенно черные тела мертвых Ифритов. Некоторые из них походили на длинные, плохо очищенные сосиски, другие — на толстые бочки, сжатые множеством стальных колец. Иногда попадались и живые, все еще пытавшиеся шевелиться. Этих добивали сразу. Острой необходимости в расправе не было, просто донельзя накаченные наркотиками наемники пребывали в состоянии некоторого мандража.

Солнечные лучи рассеивались искрящимся светом, даруя надежду на то, что дождь скоро кончится и станет чуть теплей. Задымленность спала. Придавленная холодным, сырым туманом, она сделала его еще более едким. Однако, тягучий туман, добираясь лишь до колен, уже не мог причинить абсолютно никакого вреда. Несмотря на это, дыхательную маску снять никто не рискнул.

Двигаясь на автомате, Жнец старался не отставать. Транквилизаторы помогли собраться, но дезориентация в пространстве все еще не прошла. И, когда идущий впереди наемник резко остановился, он чуть не врезался в его спину.

— Пришли! — послышался впереди голос босса. — Морган, сюда!

Прямо из воды поднимался внушительных размеров курган, заросший травой, кустами и мхом. На первый взгляд, это был обычный холм-переросток, не сильно вносивший разнообразия в привычную картину затопленного леса. Однако, стальная дверь, расположенная прямо посреди огромной насыпи, резко меняла ситуацию. У входа уже колдовал Энберт, взламывая механический замок короткими, толстыми пальцами.

После того, как тяжелую дверь отворили, внизу послышались крики. Устройство двойного щита, встроенного прямо в стальной проем, подчистую выгорело.

— Надеюсь, не много сдохло, — сказал Трэвиус, рефлекторно потянувшись к карману с сигарой.

— Не должны, — бросил Энберт, начав спускаться вниз по узкой темной лестнице. — По пеленгатору помещения расположены достаточно глубоко.

Словно в подтверждении слов наемника, крики усилились. Началась суматоха. Пеленгатор тут же оживился, чудесным образом усмирив неровную рябь на экране. На нем вспыхнули многочисленные точки и схема внутреннего устройства помещения. Искусственный голос устройства начал заикаться, взахлеб перечисляя информацию с обнаруженных браслетов укрывшихся внизу людей.

— Вуаля, — Энберт вдруг остановился и демонстративным жестом пригласил всех внутрь.

— Че вуаля? — недовольно проворчал Трэвиус, — Там еще несколько дверей. Иди!

Энберт чуть поник, а потом скрылся в темном проеме.

Пеленгатор продолжал сходить с ума. Огромное по своей площади подземное сооружение вместило около трехсот человек, награда за головы которых исчислялись в умопомрачительных суммах.

— Кто они такие? — округлились глаза у Моргана.

— Если верить осведомителю, то осмысленные клоны, — Трэвиус снова потянулся за сигаретой, но на этот раз не отдернул от кармана руку, — Это тебе не пустые болванки, которых склепали на коленке за пару месяцев! Представляешь, сколько все это стоит?

— Представляю, — попытался нахмуриться Морган, но брови никак не сдвигались, — Вот только что они здесь делают?

— Мне почем знать? Кто-то их украл, мы — возвращаем. Тебе так интересны разборки богатеньких шишек?

— Не особо.

— Смотри, какие цифры! — рассмеялся громче босс, снимая с себя уже ненужную маску, — Видимо, поджимает кому-то это чертово вселение!

Жнец смотрел на не прекращающую расти сумму, назначенную за поимку беглецов и испытывал приятное, сладкое чувство. Разливаясь по телу, оно действовало куда лучше любого транквилизатора. Усталость как рукой сняло.

— Глядишь, скоро сам буду тебя на Олимп провожать, — довольно сказал Трэвиус, опустив тяжелую ладонь на плечо своего Жнеца. — Ну, как там твое стяжательство?

— Ликует, — некрасивая улыбка озарила лицо под маской, утопая в расслабляющем дыме заженной сигары.

«Ты их разбил. Разрушил до основания. Преграды в душе, что удерживали тебя от роковой ошибки. И даже не пытался бежать от собственной гибели. Потому что не понимал, зачем. Ты спутал жизнь и смерть. Никогда не видел края пустоты и обжигающего безразличия в себе. Твои звезды потухли в небе. Каждого из вас. Их свет не укажет путь из смердящего мрака души.

Окаменевшие сердца — заложники низменных целей. Горевшие когда-то очень давно. Сотни, миллионы живых сердец, превратившиеся в пепел. Убогие, дряблые и слабые. Я не прощаю слабость. Я — есть сила. Я лишу тебя всего.

— Назови мое имя».

— Вставай, лампочка! — Морган почувствовал толчок в плечо практически сразу, как провалился в зыбкую дремоту.

— Ну, а как здесь пыхнет? — с опаской спросил низенький Бринго, глядя на то, как Магна мешает Жнецу снова провалиться в сон.

— Не, во сне не пыхает, — отрицательно покачал головой Гвамал.

— А тебе-то откуда знать? — засомневался Бунго, — Называют Пламя, а оно морозит. И шибает так, что кишки выворачивает.

— Сразу видно, новенький! — рассмеявшись, Магна подсела к Бунго и предложила ему пакетик с грецкими орешками, — От этой штукенции чего угодно можно ожидать. Прошлый Жнец нас и в воздухе, бывало, подвешивал…

— А Морган может? — заинтересованно спросил Бринго.

— Может, — утвердительно кивнул Энберт.

— Да не, не может, — возразила Магна.

— Точно может! — поддержал Гвамал Энберта.

— На что спорим? — тут же вошла в азарт Магна.

— Хоть бы и на десятку, — предложил Энберт.

— А на двадцатку слабо?

— Пфф, нет конечно!

— Тогда по рукам! — не теряя времени, Магна сжала в своих крепких пальцах не менее крепкую ладонь Энберта.

— Эй! Морган! — окрикнул Жнеца Гвамал, — Как там у тебя с гравитацией? Нас поднимешь?!

Блаженно улыбаясь, Морган отрицательно покачал головой.

— Гони двадцатку! — победно воскликнула Магна.

— Да у меня щас нету…

Транспортник тряхнуло. Лежащая на полу Майла с обоженным лицом тихо застонала. Обезболивающие почти перестали действовать — обратный путь давался ей тяжело.

— Не волнуйся, — успокоил ее Трэвиус, вкалывая новую порцию транквилизатора, — Перекроят так, что будешь краше прежней!

После того, как Майла провалилась в сон, Трэвиус подошел к Моргану и плюхнулся рядом.

— Я же говорил, что этот парень взрывоопасный! — босс обхватил крепкой рукой плечи своего Жнеца и пару раз его тряхнул.

Не обратив внимание на восклицание Трэвиуса, остальные продолжили бурно обсуждать результаты спора. Как выяснилось, все оказалось не так просто. Ливей напомнил, что циаолькийный закон от 14 либры «О правилах начисления и выплаты выигрышей, заключенных в результате устных споров» предусматривает выплату процентов стороне посредника. Гвамал тут же оживился. Кто-то вспомнил, что спор все же считается недействительным, пока отсутствует официально заверенный результат в виде ключевого слова. Вот тут уже оживился Энберт. Магне все это очень не понравилось. Наркотики все еще действовали, не давая закономерной усталости свалить бойцов с ног.