Подручный смерти - Наталья Солнцева

– И на тебя в том числе.

Официантка положила конец их диалогу, подав грибной суп и оладьи со сметаной. Ренат попросил ее принести земляничного варенья. И побольше!

– Вижу, к тебе возвращается аппетит, – обрадовалась Лариса. – Это хороший признак.

– М-мм! Вкусно! – похвалил он местную кухню. – Для этой забегаловки просто блеск!

За едой они продолжали просматривать игровое поле «Миражей». По второму кругу. Казино, комната страха, ночной клуб, круизный лайнер… Нигде нет никого, кто напоминал бы своей внешностью Чемагина и Слепцова.

– Вдруг мы что-то упустили? Вернер – мастер отводить глаза. Он обожает разные фокусы. Бац! И милая секретарша на поверку оказывается злой колдуньей, которая просочилась из виртуальной реальности прямиком в нашу жизнь.

После этих слов Рената скрутил приступ кашля. Официантка принесла ему горячий чай с медом. Из-за соседнего столика на Ларису оценивающе поглядывал мужчина средних лет. Он был в оливковом джемпере и брюках, заправленных в шнурованные ботинки. По виду бывший военный.

– Хватит строить ему глазки! – возмутился Ренат.

– Я не строю…

– Кстати, по-моему, он частный детектив. Спорим? Он делает вид, что ты его заинтересовала, а на поверку просто хочет поговорить. Собрать информацию от аборигенов.

– Мы не здешние.

– Он тоже. Небось, из Рязани прикатил. У него в башке полный сумбур. Мужик понятия не имеет, как раскручивать убийство Авиловой. Кажется, его нанял отец погибшей.

Установить телепатической контакт с детективом оказалось проще простого, в отличие от того же Слепцова или Чемагина. Те поддавались гораздо хуже. От чего это зависит, непонятно.

– Он сейчас закажет шампанское и подойдет к нашему столику знакомиться, – прошептал Ренат.

Не успели они доесть оладьи, как мужчина сделал именно то, чего от него ждали. Водрузил на стол перед Ларисой шампанское и попросил позволения присесть.

Она милостиво кивнула. Ренат, пряча улыбку, потягивал чай. Слово за слово, завязалась беседа. Детектив не стал притворяться кем-то другим.

– Глеб Вольский, – представился он. – Я расследую убийство гражданки Авиловой. Ее тело нашли на пустыре пару дней назад. Она была задушена собственным шарфом. Вы, наверное, в курсе. В таком маленьком городке все и все как на ладони. Меня нанял отец погибшей. Едва я взялся за дело, как на пустыре появился еще один труп.

Ренат под столом дотронулся до Ларисы. Она притворно округлила глаза.

– Еще один?

– Опять женщина, – сообщил детектив. – Ее убили вчера, но тело обнаружили сегодня утром. Я обнаружил! Решил осмотреть место преступления, а там…

– Ее тоже задушили, как Авилову?

– Нетрудно догадаться. Видимо, орудует маньяк. Местная полиция и слышать не желает о серии. Я их понимаю. Сам двенадцать лет был в их шкуре, пока не ушел на свои хлеба. Серийный убийца неуловим, потому что невозможно понять его мотива. Почему он убивает? Как выбирает своих жертв? Что на него воздействует? Луна? Звезды? Стечение обстоятельств?

– Неужели в Грибовке завелся маньяк? – ужаснулась Лариса. – Какой кошмар! Личность погибшей уже установили?

– Это учительница, которая проживала на улице Лесорубов. Она поздно возвращалась из гостей и каким-то образом забрела на пустырь. Видимо, хотела сократить путь. Вы что-нибудь слышали о криках на пустыре?

– Об этом все слышали. Говорят, в развалинах поселилось чудовище. Черт или оборотень. В общем, чупакабра. Но никто ее не видел.

– Как раз вчера она кричала, – ввернул Ренат. – Вы верите в чертей, Глеб?

– Ни в чертей, ни в оборотней. Мой клиент считает, что его дочь убил человек, и я с ним согласен. Она работала в местной поликлинике медсестрой. Что общего между ней и учительницей?

– Они обе – женщины! – подсказала Лариса.

– Никаких следов сексуального насилия на теле жертв не обнаружено. Я общался со следователем, который ведет это дело. Мы договорились сотрудничать.

Ренат закашлялся.

– Извините, у меня бронхит… Уже есть какие-то версии?

– Топчемся на месте. Под подозрением здешняя шпана, но после второго убийства, думаю, появятся новые предположения. А что говорят жители Грибовки?

– Разное… Большинство усматривают в случившемся происки нечистой силы, – заявила Лариса.

Детектив отнесся к ее словам скептически.

– Я не специалист в этой области, – улыбнулся он…

Слепцов проспал до обеда. Вчерашний приступ выбил его из колеи, он едва встал с постели. Его шатало, ноги подкашивались. Он с трудом оделся. Анюта оставила ему в кухне чай в термосе и пирожки с картошкой, накрытые полотенцем. Михаил взял пирожок, надкусил и отложил в сторону. При мысли, что сегодня может повториться то, что он пережил вчера, его бросило в пот. Он испуганно оглянулся, взял с собой термос и вернулся в комнату. Закрыл дверь, занавесил окно. Собственные действия вызвали у него сдавленный смешок. Он напился чаю и лег поверх одеяла, прислушиваясь к каждому шороху.

Скоро вернулся из школы Пашка – взъерошенный, взбудораженный. Он гремел на кухне посудой, потом постучался в дверь гостевой комнаты.

– Дядь Миш, вы в порядке? Можно войти?

– Входи…

Слепцов обрадовался племяннику. Все же он не один в доме.

– Вам лучше? – спросил парень, присаживаясь рядом на стул.

– Угу…

Ему не хотелось углубляться в свои ощущения. Горло болит, голова раскалывается, тело ватное, но это все ерунда по сравнению со страхом, который грызет его изнутри. Температуры нет, а бред остался. Разве такое бывает?

– На пустыре еще одну женщину нашли, – не утерпел Пашка. – Мертвую! Слышали вчера, как черт кричал?

– Какой черт?

– Тот самый, который типа в старых бараках живет. Он сначала медсестру убил, а потом училку из нашей школы! Настасью Матвеевну! Она историю преподавала. Молодая еще совсем… тридцати нету.

– Что ты городишь? – не понял Слепцов. – Кого убили?

– Вы ничего не знаете?.. Ой! – спохватился парень. – Мама запретила вас тревожить!

– Нет уж, говори.

– А че говорить-то? Я уже все сказал.

Пашка замялся, отвел глаза. Попадет ему от матери! Не дай бог, дядьке опять плохо станет. Но желание поделиться жуткой новостью пересилило запрет.

– Вы только маме не проболтайтесь, дядь Миш! Обещаете?

– Торжественно клянусь.

– Если честно, я в черта не верю. И друзья мои тоже. Мы думаем, в Грибовке маньяк объявился, который под оборотня косит. Типа днем он человек, а ночью в чудовище превращается, рычит страшным голосом и баб убивает. Пардон, женщин…

– Под оборотня косит? – переспросил Слепцов. – Ого! Какие ты слова, оказывается, знаешь! Это кто ж тебя просветил?

– Вы меня за кого принимаете? – обиделся племянник. – Сейчас любой первоклашка и про оборотней, и про вампиров знает. В Интернете полно игр со всякой нечистью.

– Как же этот оборотень женщин убивает?

– Он их душит. Подкрадывается сзади и…

– Все, Паша, хватит, – выдавил дядька, превозмогая дурноту. – Нехорошо мне. Принеси воды…

Глава 23

Бортников поднимался по лестнице на второй этаж, когда пузатый ортопед догнал его и, отдуваясь, сообщил дурную весть:

– На пустыре опять труп нашли… Мне сын рассказал. Это школьная учительница. Ее задушили, как Авилову.

– Господи!

– Страшно детей на улицу выпускать. Хоть за руку води! А нам с женой некогда их пасти. Она на работе с утра до ночи, я тоже. Тещу, что ли, из деревни вызвать?

– Конечно, вызови.

– Теща у меня не сахар, – пожаловался ортопед. – Всюду нос сует и пожрать не промах. Ее на мою зарплату не прокормишь.

– Тогда не вызывай.

– А за детьми кто присматривать будет?

Ортопед возмущенно сопел и громко топал. От него разило пивом. Бортников поморщился, но смолчал.

В кабинете его встретила расстроенная Мариша.

– Ты уже знаешь?

– Да, Кирилл Сергеич. Ужас-то какой!

– Что-то странное творится в Грибовке… Раньше такое случалось?

– Нет, никогда.

Он задумчиво уставился на девушку. Мариша была не в духе. Она не простила ему вчерашней холодности. Бортников сам не понимал, что за перепады он испытывает. То изнывает от желания, то внезапно остывает. Нетипичный приступ безумия у больного ангиной увлек доктора своей подоплекой. Что может вызывать подобные штуки? Явно не воспалительный процесс в горле, который потихоньку идет на убыль.

Он расспрашивал провизоршу, не было ли у них в роду параноиков-шизофреников. Та решительно отрицала. Значит, наследственный фактор исключается.

– Вчера на пустыре чупакабра кричала… она смерть и накликала…

– Что? – не расслышал Бортников.

– Чупакабра смерть накликала, – повторила девушка.

– Мариша, неужели ты веришь в подобную чушь?

Она не успела ответить. В кабинет без стука вошел пациент и по-хозяйски уселся на стул, заложив ногу на ногу.

– Я вас слушаю, – пробормотал Бортников, все еще обдумывая причину вчерашнего припадка у больного.