Ущербная для Темных Драконов, или выжить в Академии Магии - Дианелла Кавейк

Тем временем герцог нахмурился, шагнув вперед и слегка закрыв меня собой от взглядов принца:

— Полагаю, о помолвке я могу поговорить с вами, принц Дэриан? — бесцеремонно заявил Рэйрн и тут же задвинул меня за свою широкую спину.

Даже на секунду прикрыл, как защитной стеной. Я невольно вскинула бровь. Мило. Хотя бы не швырнул в сторону с криком: «Поговори пока с вазой, дорогая».

Взгляды мужчин пересеклись. Недружелюбно. Жестко. Я бы сказала, клинками. Что они там делили? Территорию? Репутацию? Меня?

Принц Дэриан слегка изогнул губы в улыбке. Или в ухмылке. Или в зловещем обещании. Пока не разобралась.

Подчерк фиговый. Как у врача! Угу-м.

— Помолвке, говорите?.. Безусловно, герцог Таргон. Пройдемте в мой кабинет. Поговорим… наедине, — последние слова он произнес с таким неприятным акцентом, что у меня похолодело внутри.

«Наедине» он произнес так, будто собирался провести герцогу срочную экзорцизм-сессию или устроить подпольный бой без правил.

И судя по его взгляду — оба варианта были вполне реалистичны.

Намек принца я поняла очень быстро и четко.

Ну, конечно, Ваше высочество, не смею вам мешать! Я совсем не гордая, могу и за дверью постоять.

Никто ведь не запрещал подслушивать под дверью, правда? Я уже почти профессионал. Скоро можно будет преподавать.

А если кто поймает — скажу, что дух замка велел мне проверить качество древесины королевских дверей. И точка.

И кто мне что сделает? У Лерианны и без того репутация так себе. Мелкая погрешность не особо повлияет.

Мужчины, конечно же, удалились, бросив мне строгие взгляды, которые, очевидно, должны были меня приструнить.

Но, простите, господа хорошие, приструнить Лерианну де Шернан — это задачка явно не для слабонервных.

Я выждала ровно полминуты и решительно двинулась к двери кабинета, прижавшись ухом к прохладной деревянной поверхности.

Голоса доносились приглушенно, но вполне различимо.

— Хочу ее себе. За сколько продаж? — прозвучал требовательный голос принца.

У меня ушла душа в пятки.

Глава 26. Куда-куда едем?

Спина вспотела. Причем так, что дорогущая ткань платья предательски прилипла к коже. Я вцепилась в дверную ручку, едва сдерживая себя, чтобы не вломиться в кабинет и не крикнуть: «Нет, герцог, не продавай!»

Но он, сволочь такая, медлил. Молчал. И будто нарочно растягивал паузу, чтобы я внутри вся сварилась, как королевский пудинг на пару.

— Любопытно... — наконец вкрадчиво произнес Рэйрн. Голос у него был такой… бархатный, ленивый, как у кота, который только что сожрал канарейку и обдумывает, не повторить ли.

— Помнится, титул герцога не пришелся тебе по вкусу, — сдержанно сказал принц. — Однако ради нее я могу ходатайствовать перед отцом. Он вернет тебе статус наследного принца.

Ого!

Я аж прижалась ухом к двери так сильно, что наверняка отпечаток остался.

Статус наследного принца?!

Это не просто предложение — это политическая бомба с таймером.

Принцами ведь не становятся по объявлению, как уборщиками в чей-то пентхаус. Ими рождаются. Следовательно, ненормальный... то есть герцог... то есть Таргон... то есть Рэйрн — был когда-то принцем.

И его лишили титула? За что? И теперь ему кидают такую наживку в обмен на меня?!

А он все молчит. Ни слова. Ни вздоха.

— Не стоит отказывать сгоряча, брат мой, — вкрадчиво добавил Дэриан. — Мне как раз нужна новая игрушка. А ты, в свою очередь, получишь желаемое

Игрушка?!

А он ничего, этот Дэриан. Любезный, обходительный, и по кусочку в ад отправляющий!

— Ты хочешь купить в невесты девушку с репутацией сумасшедшей — и, к слову, с повадками дикого хорька. Тебе понравится, — невозмутимо сообщил герцог.

И тут я поняла. Он согласен.

Он меня продает. Ну, не за пару монет, конечно. За целое наследие. Но сути это не меняло.

Я медленно отступила от двери, чувствуя, как капелька пота скатилась между лопаток. В висках застучало молотком.

Все плохо. Все очень плохо.

Лерианна, дорогуша, почему ты не предупредила, что все закончится... продажей? Вряд ли я вписывалась в классический сценарий девичьих мечтаний:

«А потом он передал меня в аренду принцу, и мы жили долго и счастливо, я — в башне, он — при троне».

Размышления прервали доносящиеся из другого угла зала женские голоса. Я прижалась к стене и выглянула из-за колонны.

— И вашу дочь должны были забрать в академию исключительно из-за потрясающей силы магического дара, но она случайно понесла?! Какой позор! — завопила в шоке какая-то женщина.

Что?!

— Позор на наши светлые головы! А карета уже ждала на улице! Какая нелепость... — вторила ей вторая, прикрывая глаза веером. — Осталось лишь выпустить голубей и объявить позорную манифестацию.

Они стояли у выхода. А рядом, аккурат под фонарем, — карета. Золотистая, сияющая, с эмблемой Академии магии на двери, как я полагала. И кучер. О, благословенный кучер!

Вот он. Мой шанс.

Я больше не колебалась.

Подхватила юбки, как добропорядочная леди, только что выскочившая из огненного ада, и рванула вперед, петляя между столиками и статуями, уклоняясь от родственников, гостей и собственного румянца.

Холод ночи полоснул плечи. Мурашки побежали по спине, по рукам, даже по затылку. Но я уже видела ее — карету.

Единственную. Родную. Спасительную.

Подойдя к ней, я замедлила шаг, выровняла дыхание и натянула на лицо маску из благородства и самообладания.

— Леди Мария? — с вежливым поклоном спросил кучер, открывая дверцу. — Ваша карета готова. Мы можем сразу отправиться в Академию магии.

Мария так Мария. Хоть Екатерина II.

— Здравствуйте, — кивнула я, поправив прическу. — Безусловно, отправляемся незамедлительно.

Я уже поставила ногу на подножку, когда позади раздался знакомый и крайне истеричный вопль:

— Дорогой! Она сбегает! Дорогой! Куда это вы отправляетесь, юная леди?!

О нет. Она.

Вивьен выбежала из особняка, раздутая, как шар для пиньяты. Ее глаза метали молнии, а губы кривились, как испорченная шелковая лента.

Кучер замер.

— Гоните! — закричала я. — Срочно! Она сумасшедшая! Родственница по линии отца. Ее манеры достойны бала в деревенском амбаре. Но не выгонять же бедняжку!

Мужчина мигом щелкнул поводьями, и карета сорвалась с места. Я влетела внутрь и едва успела захлопнуть дверцу, как услышала визг:

— Вернись! Мы еще не обсудили твой выкуп!

Обсудим потом, Вивьен. На том свете.

Колеса застучали по мостовой, пейзаж за окном понесся прочь, и я впервые за много дней позволила себе откинуться на мягкое сиденье и выдохнуть.

Жива. Не продана.