Вильгельм Завоеватель. Викинг на английском престоле - Дэвид Дуглас

Переговоры с Гербертом Менским и королем Франции, а также мелкие вооруженные столкновения, на фоне которых они велись, стали своего рода эпилогом периода правления Вильгельма Завоевателя, который длился с 1047-го по 1060 год и характеризовался почти непрерывными войнами. Основным его содержанием была борьба герцога за собственное выживание и сохранение власти. Эта борьба была тесно взаимосвязана с охватившим Нормандию продолжительным внутри– и внешнеполитическим кризисом. Осада Бриона началась через несколько недель после сражения на Валь-э-Дюне, а неожиданное падение Бриона стало преддверием открытых боевых действий в Мене. Кампания у Донфрона и Алансона, в свою очередь, напрямую связана с мятежом графа Аркеза Вильгельма, спровоцировавшим вторжение в Нормандию короля Генриха, которое закончилось битвой при Мортемере. Таким образом, можно обоснованно говорить о том, что Валь-э-Дюн ознаменовал начало самостоятельного и эффективного правления герцога Вильгельма. Но верно и то, что его власть не была абсолютно прочной и сам он не мог чувствовать себя в полной безопасности еще на протяжении семи лет после победы на берегах Орна. Причем за два последних года произошли кардинальные политические перемены, превратившие короля Франции из друга и покровителя во врага, что уже само по себе представляло смертельную опасность. Самое удивительное во всем этом то, как герцог вообще смог выжить и сохранить власть в условиях, когда столь сильные удары обрушивались буквально со всех сторон. И здесь, видимо, уже можно говорить не только о положительном влиянии административных традиций, сохраненных и развитых его предшественниками, но и о важной роли личности самого будущего завоевателя Англии, проявившего в сложных обстоятельствах несгибаемую силу воли и твердость характера.

Период между 1054-м и 1060 годами характеризовался снижением напряженности, но говорить о полном спокойствии было еще рано. Вторжение объединенных армий короля Генриха и графа Жофрея было отбито, но существовала угроза его повторения. Даже после Варвилля Мен гораздо больше зависел от Анжевена, чем от Нормандии, а позиции Жофрея Мартеля в Северо-Западной Галлии были сильнее, чем у герцога Вильгельма. Правда, на другом участке границы герцог провел удачную операцию против своего сюзерена и мог чувствовать себя в относительной безопасности. Но в распоряжении династии Капетингов имелось достаточно резервов, которые вполне могли быть использованы против Нормандии. Ситуация изменилась к лучшему совершенно неожиданно, в результате двух не связанных между собой трагических событий, совпадения которых никто не мог предвидеть. 4 августа 1060 года умер король Генрих I, и французская корона перешла к его сыну Филиппу, находившемуся под защитой зятя герцога Вильгельма графа Фландрии Болдуина V. А 14 ноября того же года скончался Жофрей Мартель, основной противник нормандского герцога на западе и главный вдохновитель междоусобицы Анжу и Мена. В результате Нормандия получила передышку, а Вильгельм – возможность заняться внутренними проблемами своего герцогства и заложить основы его будущего величия.

Успешное преодоление тех трудностей, с которыми Вильгельм непрерывно сталкивался в период между 1046-м и 1060 годами, безусловно, в значительной степени связано с его личными качествами. Но и политические коллизии тех лет влияли на его личную жизнь. Напомним, что вскоре после сражения на Валь-э-Дюне и незадолго до начала 1049 года появился план женитьбы герцога на дочери графа Фландрии Болдуина V Матильде, мать которой была дочерью короля Франции Роберта II. Папа Лев IX на Реймском церковном соборе, состоявшемся в октябре 1049 года, наложил запрет на запланированный брачный союз. Формулировка запрета до нас не дошла, но, предположительно, он связан с недопустимой для брака степенью родства между женихом и невестой. Тем не менее, свадьба состоялась. Между 1050-м и 1052 годами Болдуин V привез свою дочь в О, где состоялись пышные свадебные торжества, после которых Вильгельм с не меньшей помпой отвез молодую жену в Руан. Однако законным этот брак был признан только на втором Латеранском соборе папой Николаем II, то есть не ранее 1059 года.

Женитьба на Матильде повлияла на положение Вильгельма как в его собственных владениях, так и во всей политической структуре Западной Европы. А связанные с ней обстоятельства вызвали огромное количество домыслов и споров, которые не утихают до сих пор. Больше всего спекуляций связано с попытками выяснить причины церковного запрета этого брака, а также степень родства супругов. Одно время даже существовала версия, согласно которой Матильда к моменту свадьбы уже была замужем за неким Гербодом и даже имела от него дочь Гундраду. Но очень скоро она была опровергнута. Сейчас мысль о том, что Матильда была замужем накануне свадьбы с Вильгельмом, кажется смешным. Большего внимания заслуживают варианты, связывающие церковное несогласие на этот брак с опасностью кровосмешения. Существует предположение, что Рольф Викинг был прямым прапрадедушкой Вильгельма и Матильды и, следовательно, они являлись пятиюродными братом и сестрой. Еще одна версия в качестве первопричины запрета называет предполагаемую женитьбу герцога Ричарда III на матери Матильды Адели, договоренность о которой была достигнута, но так и не реализована. Наконец, полагают (и, возможно, не без оснований), что запрет был следствием того, что после смерти матери Болдуина V Оживы его отец Болдуин IV женился на дочери Ричарда II Нормандского. Существуют и другие теории, которые так же трудно доказать, как и опровергнуть, поэтому мы вполне можем ограничиться вышеперечисленными.

Для нашего исследования важнее проанализировать брачный союз Вильгельма с точки зрения тех преимуществ, которые он ему обеспечил. Внимательный взгляд на обстоятельства, связанные с борьбой герцога за сохранение власти, дает представление о мотивах, которыми он руководствовался, выбирая в жены именно Матильду. Даже после победы, одержанной на Валь-э-Дюне, стабильность положения Вильгельма почти полностью зависела от лояльности небольшого числа верных ему вассалов и поддержки французского короля. Уместно предположить, что соратники требовали, чтобы он женился (это давало им хоть какую-то уверенность в будущем). А Матильда была племянницей Генриха I, что имело особое значение. Поскольку сам Вильгельм являлся незаконнорожденным, в связи с чем имел лишь частичное право на герцогский престол, такой брак был крайне важен и для него лично. Не следует сбрасывать со счетов и растущее влияние Болдуина V, женившись на дочери которого герцог мог с полным основанием рассчитывать на удачный политический альянс с Фландрией. Одним словом, этот брак способствовал бы усилению влияния Нормандии в Галлии. И надо отметить, что результаты превзошли даже самые смелые ожидания.