Маски. Карнавал судеб - Фреда Брайт

Через двадцать минут Миранда уже въезжала в подземный гараж своего дома. Она пропустила знаменательный момент двенадцатого удара часов и не внесла лепту во встречу нового десятилетия.

Поставив машину на место, Миранда направилась к эскалатору — как всегда настороже: общеизвестно, что гаражи являются зоной повышенной опасности. Даже такие, как этот, оснащенный скрытыми камерами внутреннего наблюдения.

И вдруг она услышала шорох. Напрягшись, она вгляделась в темный угол: несомненно, там кто-то был… Кто-то живой. Он двигался, подкрадывался к ней… Кто мог находиться в пустом гараже в новогоднюю ночь?! Грабители… Насильники! «Помогите!» Крик уже готов был вырваться из ее груди, но тут же замер, когда она увидела появившегося из-за кучи мусора таинственного незваного гостя.

— Ах ты балда! — Миранда чуть не расплакалась от облегчения. Да только «балда» был напуган еще больше, чем она: уши прижаты к спинке, густая шерстка апельсинового цвета стоит дыбом…

Миранда встала на колени:

— Кис-кис-кис, иди сюда…

Она чуть подвинулась вперед, говоря тихим, ласковым голосом, стараясь завоевать его доверие. Несчастное создание, кожа да кости, к тому же основательно промерзшее… Стараясь не делать резких движений, она сняла с себя шарф и набросила его на котенка. Завернув его в шуршащий атлас, прижала к груди.

— Все хорошо, пусик! Теперь ты в безопасности. Сейчас мы поднимемся наверх, и я дам тебе тепленького молочка.

Спустя несколько минут парочка новых друзей уже с комфортом расположилась на кухне Миранды. Хозяйка квартиры наблюдала, как котенок, вылакав плошку молока, уютно устраивался на стуле у батареи, всем своим видом показывая, что намеревается остаться здесь навсегда.

— Мой самый главный новогодний кавалер… — печально произнесла Миранда.

Она подумала, что надо бы как-то назвать его, но он еще так мал, что определить пол невозможно. А потом она решила, что это не так уж и важно: она назовет его Оджи — вполне нейтральное имя.

Миранда сварила себе кофе и снова привычно подумала о Питере.

Почти два года прошло с того момента, как они попрощались, но только сегодняшний вечер расставил все по своим местам: если ей вообще суждено познать любовь, выйти замуж, иметь детей, это может произойти только с ним. Если она и доверит свою судьбу мужчине, то лишь ему.

Когда они расставались, такие мысли показались бы ей несбыточной мечтой: что она могла дать ему, кроме своих проблем и страхов?

Однако теперь ситуация изменилась.

Питер был к ней неравнодушен, она интуитивно ощущала это. Но все же она была для него — и Миранда не могла его осуждать, потому что сама чувствовала в отношении себя то же самое, — мисс Никто: ни достойного происхождения, ни должного воспитания… Вряд ли из нее вышла бы подходящая спутница жизни для окончившего Кембридж джентльмена.

А сейчас она больше не была «никем»! Она стала Мирандой Ви, имеющей определенное положение в чикагских финансовых кругах, занимающейся крупными биржевыми операциями. Женщиной состоятельной, уважаемой, вызывающей восхищение. Она теперь сама была завидной «добычей», выражаясь языком Элен Андерсен. Теперь они с Питером могли бы встретиться на равных: блестящий психиатр и преуспевающая бизнес-вумен…

С Питером ей никогда не станет страшно. Она наконец перестанет бояться, почувствует себя в полной безопасности. Питер вдохнул в нее жизнь…

«Доктор и миссис Мэйнвэринг», — осторожно произнесла она, будто пробуя слова на вкус. Это сочетание казалось чем-то самим собой разумеющимся, естественным. «Давай пригласим Мэйнвэрингов… Мэйнвэринги такая замечательная пара. Миранда и Питер. Питер и Миранда».

— А почему бы и нет, Оджи? Можешь назвать хоть одну причину? — Она почесала своего нового дружка (или подружку) за ушком.

Действительно, почему? Но для этого ей снова придется взять судьбу за шиворот: прежде всего надо выяснить, где сейчас находится Питер и как он живет. А потом действовать уже исходя из полученной информации.

В понедельник утром она наймет частного детектива, чтобы тот все разузнал. Проблема проста, решить ее можно за несколько недель… Установив же местонахождение Питера, она отправится к нему сама.

Она приедет в шикарном лимузине с шофером, фантастически одетая. И он обомлеет, увидев, какой элегантной и важной персоной она стала. Такой женой может гордиться самый почтенный джентльмен… А если он оробеет от того, насколько она изменилась, Миранда возьмет инициативу в свои руки… и сама сделает ему предложение!

Разумеется, это будет рискованный шаг… Но жизнь приучила ее к риску! Ежедневно она рисковала на бирже при заключении фьючерсных сделок на рынках скота, соевых бобов, пшеницы, ставя на карту огромные суммы, основываясь лишь на собственном опыте и интуиции. Она по натуре была игроком, и игроком азартным. Почему бы теперь не рискнуть ради собственного будущего? Разве счастье взаимной любви не стоит того, чтобы все поставить на карту ради него? Она и сейчас рискнет! И если Богу будет угодно, они поженятся…

В эту ночь Миранда убаюкивала себя мечтами о белом свадебном платье и марше Мендельсона. Доктор и миссис… или он предпочтет мистер и миссис? Миссис Питер Мэйнвэринг… Интересно, а где они поженятся? Здесь? Или в Швейцарии? А может, в Лондоне? Пышная будет свадьба или скромная? Да какое это имеет значение!

Оджи лежал рядом, прижавшись к ней, и мурлыкал.

Шум стоял ужасный — так всегда бывало на вечеринках у Адриана, но в ту ночь — особенно: ведь начиналось новое десятилетие. Старые друзья, старые шутки, глупые розыгрыши и болтовня плюс море разливанное шампанского и яичного коктейля. Последний удар Биг-Бена, прозвучавший на волне Би-Би-Си на всю страну, возвестил наступление новых времен, и все гости, взявшись за руки, пропели хором «Старые добрые времена». Затем все обменялись поздравительными поцелуями.

Спустя несколько минут подогретый яичным коктейлем Питер отвел Энн в относительно спокойный уголок. Он был настроен провести в жизнь принятое им в канун Нового года решение. Now or never. Теперь или никогда.

— Энни.

— Да, любовь моя?

— Я хочу кое о чем спросить тебя.

— Да, дорогой?

— Очень простой вопрос.

Но это было совсем не так: он вдруг почувствовал, что у него отнялся язык. И осознал свою глупость. Сколько они знакомы — несколько месяцев? Она может счесть его самонадеянным.

Или подумать, что он шутит — он ведь постоянно шутил. Вообще удивительно, что хоть кто-то мог когда-нибудь воспринимать его всерьез…