Создатель героев 3: Драконоборец - SWFan

он тайно отправил Бешеного Зверя, которая должна была остановить Изменчивый Ветер, если последний проявит хотя бы малейшие намёки на мятеж.

Верховный лидер мог представить себе, что происходит на другом конце рации: юная девушка держит маскированного человека за шею, пока другие агенты их организации пытаются прийти в себя, одновременно с этим запуская компьютер, который отвечает за систему управления ядерным оружием.

Предатель сражён. Юный гений, Хиро, который пытался их остановить, сидит на коленях и отчаянно пытается реанимировать своего друга, который продолжает кашлять кусочками костей и кровью. Он больше не представляет опасности, они победили, и логично было немедленно запустить ядерное оружие. Логично, но сперва он, Верховный лидер, Гензель, хотел узнать:

— Почему?

Почему ты меня предал, Людвиг?

Сперва из рации доносился только шум и отдалённое щёлканье компьютерных клавиш.

Затем зазвучал приглушённый голос:

— Чтобы спасти вас, мастер…

…

…

…

Глава 27

Смерть

Хиро видел, как умирают люди. Совсем недавно у него на глазах погиб один из братьев, с которыми он сражался в библиотеке, да и сам он только за сегодня несколько раз находился в миллиметре от смерти. Так почему же он испытывал такой шок, такое помутнение рассудка, наблюдая за тем, как последняя происходит у него перед глазами?

Может, потому что в этот раз умирал человек, которого он знал в обыкновенной жизни? Или потому что смерть его была чрезвычайно болезненной, и невозможно было смотреть, как он кашляет и захлёбывается собственной кровью, пока в груди у него виднеется глубокая вмятина, из которой торчали обломки лакированного дерева и белые кости?

А может потому что сам Хиро, отчасти, был виноват в его смерти? Потому что не успел спасти его, не смог сделать правильный выбор, подставил его, подставил себя, проиграл, обрёк весь мир? Или же причиной всему был единственный образ: светлые волосы, серебристая серёжка и бледное лицо, которое постепенно заливали кровавые брызги?

Если кто и мог ответить на этот вопрос, это определённо был не сам Хиро. Его мысли остановились, руки дрожали, он знал, что ему нужно что-то сделать, но не мог даже представить, что, и тем более подступиться к раненому — умирающему — человеку. Не мог посмотреть на других людей, в том числе его отца, который стоял рядом и с приоткрытыми губами разглядывал умирающего сына.

Его смерть не была драматичной. Вопреки всему происходящему, она была совсем не как в кино. Не было последних слов, прощаний; не было тени улыбки на бледном, без кровинки, лице; не было напутствий; не было просьбы оставить его и пойти спасать мир… Кирью Мацуда был не в состоянии думать о таких вещах. Его мысли целиком и полностью занимала ужасная мука, которая выжигала его сознание, так что вскоре последнее улетучилось от болевого шока.

Глаза юноши закрылись, а тело продолжали сотрясать постепенно ослабевающие конвульсии. В этот момент Хиро словно ударила молния. Молния ясности, которая позволила ему осознать, что помочь уже не получится. Что Кирью Мацуда — мёртв.

Неправда, что искусство подражает реальности — это люди пытаются подражать искусству. Совершенно потерянный, Хиро в поисках зацепки и тропики попытался вспомнить, что в такие моменты делают герои фильмов. Что происходит, когда они теряют своего друга?

Хиро приподнялся…

…и сжал кулаки.

…

…

…

— Я хотел спасти вас, мастер.

— Вот как? Странно. Мне казалось, что я рассказал тебе план, который позволит нам сохранить свои жизни. Конкретно под этим зданием находится бункер, который позволит нам пережить катастрофу.

— Я говорю про вашу душу, мастер.

— Душу? — спросил Гензель. — Разве ты верующий, Людвиг?

— Я верю в наше дело…

— Тогда я тебя не понимаю.

— Потому что вы… вы сами запутались, мастер.

— Вот как? — после некоторой паузы произнёс Гензель тихим голосом.

— Вы… правы. Вы не видите этого, но вы правы. Когда вы говорите про слабость современных людей, про убожество, стагнацию… Вы правы, но в то же время, мастер, вы намереваетесь использовать оружие этой цивилизации, падшей цивилизации, чтобы её уничтожить.

— Настоящие воин использует любые средства, чтобы одержать победу. Это логично.

— Но это не победа, мастер. Это бегство, — сказал голос из динамика, и впервые ответом ему была тишина. — Вы не пытаетесь одолеть современную цивилизацию, но сбежать от неё. Даже если вы отбросите её на много веков, затем она снова возродится. Вы хотите вернуться в прошлое, но прошлое, как и настоящее, бессильно перед будущим.

— Ты считаешь, что технологии и деградация человека неизбежны?.. — спросил Гензель.

— Вы сами так считаете, мастер. Иначе вы бы не стали от них бежать.

— …

— Даже если мы преуспеем и сотрём современную цивилизацию, она вернётся. Неминуемо вернётся. Это не победа, но побег. На сто лет, триста, тысячу… Я бы поддержал вас, если бы вы просто хотели очистить мир и построить свою империю, но вы говорите про будущее. Вы всегда говорите про будущее, про следующее поколение, про воинов, которые придут после нас… и при этом вы бежите в прошлое.

Я хотел спасти вас, мастер. Спасти от ошибки. Спасти вашу честь, веру. Поэтому я…

— Предал меня.

— … Да.

Гензель посмотрел на рацию. Перед глазами у него промелькнуло лицо молодого человека, который настолько почитал и боготворил его, что стал копировать облик, повадки, мысли… Который знал его лучше него самого и верил ему больше всех остальных.

Теперь этот человек говорил, что он совершает ошибку. Это…

Прежде чем Гензель успел задуматься об этом, он услышал грохот и свист и немедленно повернулся. Сперва он остановил пулю, которая летела в рацию; затем отбросил осколок дерева, который следовал прямо за ней и нёс даже большую разрушительную силу. Наконец он приблизился к юноше, Хиро, который пытался прорваться к приёмнику, и ударил его в грудь.

Кулак вонзился в солнечное сплетение Хиро, после чего ударная волна оставила глубокую трещину посреди тазобедренной кости.

Не всегда герои побеждают. Этот рывок был для Хиро последней надеждой, однако теперь он повис посреди воздуха, пока безграничная сила разрывала его изнутри. Она убьёт его, убьёт, как убила Кирью, а затем уничтожит весь мир, и сам он уже ничего не мог с этим сделать.

Так?

— Так? — раздался вопрос, и вдруг Хиро обнаружил себя в странном пространстве абсолютной белизны…

Глава 28

Концепция

Хиро всё ещё находился