Создатель героев 3: Драконоборец - SWFan

— И вот здесь уже начинаются вопросы, — сказал мужчина, наклоняя голову. — Почему она решила совершить предательство? Собирается ли она сразится со мной в открытую — и проиграть, ибо иного исхода быть не может — или же в данном случае имеет место лишь акт невинного неповиновения? С моей стороны было немного неправильно заставлять её смотреть за тем, как умирает ребёнок. Но если причиной всему была жалость, почему же она отправила его сюда, на верную смерть?

В любом случае ты, Хиро, наверное, уже понимаешь, что я весьма рассудительный человек. Единственная причина, почему ты ещё жив, хотя представляешь очевидную — хотя и незначительную — помеху моим планам в том, что я хочу знать, почему Апостол Белой Смерти тебя пропустила.

Если ответишь мне, я сохраню тебе жизнь. Если станешь упираться, я тебя убью. Всего у тебя будет… предположим, десять секунд после того, как я ослаблю хватку достаточно, чтобы ты снова мог заговорить. Меня интересует ответ, Хиро, но только быстрый, ибо даже я не хотел бы возиться с тобой, если Апостол Белой Смерти решит бросить мне формальный вызов. Десять секунд, Хиро. Отсчёт пошёл.

Вдруг Хиро почувствовал, как в горло ему устремилась тонкая струйка кислорода. В этот момент он понял, что всё это время незаметно задыхался.

«Десять секунд, — промелькнуло в его сознании, — девять». Нужно ответить, но что? Хиро не имел понятия, почему женщина сохранила ему жизнь. Он вспомнил зелёную кепку, но последняя представляла собой лишь туманную зацепку. Пять секунд. Четыре. Три. Хиро почувствовал страх, почувствовал, как перед ним разрастается гигантская тень неминуемой смерти, как вдруг…

— Связь пошла, — раздался голос Киёси.

— Ох, уже? — спросил мужчина и повернулся. — Подожди, Хиро. Важный момент. Используй его, чтобы собраться с мыслями.

Хиро вздрогнул и посмотрел на рацию. Сперва из неё звучали помехи, затем — голос:

— Приём, мастер, приём. Приветствую.

— Взаимно, Апостол Изменчивого Ветра. Как продвигается твоё поручение?

— План находится на третьей стадии. Заминок не было. Приём.

— Хорошо. Постарайся произвести запуск в ближайшие пять минут. Цели: Нью-Йорк, Москва, Каракорум, Пекин, Берлин. Код запуска… Впрочем, сперва позволь уточнить один момент.

— Приём.

— Почему Ты решил совершить предательство?

Повисла напряжённая тишина. Затем из динамика снова стали доноситься помехи, постепенно обретая форму голоса, как вдруг раздался выстрел — Бах! — и пальцы на горле Хиро немедленно расслабились.

Глава 26

Рывок

Это произошло за секунду.

Когда стальная хватка оставила его горло, Хиро немедленно вскинул голову и увидел, что Верховный лидер Чёрного Истока стоит перед рацией, вытянув руку, в которой — к этому времени его зрение позволяло различить даже такие детали — находилась погнутая пуля, окружённая дымом, поднимавшемся от кожаной перчатки.

Хиро посмотрел в направлении, из которого раздался выстрел, и немедленно округлил глаза, чувствуя, как сердце его обхватила незримая рука. Среди многочисленных кресел, на которых восседали зашуганные чиновники, стоял высокий юноша, которому на вид было всего семнадцать лет. У него были светлые крашеные волосы, и хотя прямо сейчас он был повёрнут к Хиро стороной, с который было невидно характерной серебристой серёжки, не узнать его, Кирью, было невозможно.

Как он здесь оказался? Почему? Если бы Хиро немного призадумался, то вспомнил, что отец Кирью был важным дипломатом и что юноша, по собственному заверению, иной раз навещал его прямо на работе. Впрочем, данное объяснение всё равно не смогло бы разрушить ментальный барьер, который Хиро проводил между безумным миром боевых искусств и своей обыкновенной жизнью.

К тому же сейчас у него не было времени рассуждать о таких вещах, и когда Верховный лидер устремился на Кирью, Хиро побежал не за ним, но бросился к рации и Киёси.

В битве с могущественным противником даже мельчайшая ошибка приводит к поражению. Хиро понял это на собственном опыте, когда ворвался в зал совещаний и стальные тиски; в этот раз, словно извиняясь за свою тогдашнюю оплошность, его разум таки обнаружил единственный из тысячи вариантов, за которым сверкала тусклая искорка надежды.

Хиро оказался перед рацией всего за секунду и замахнулся ногой, собираясь раздробить его в вдребезги. Киёси не успевал ничего сделать. Весь мир как будто замедлился за исключением единственного мужчины в чёрной маске, который неожиданно заградил ему путь и схватил за горло.

Однако Хиро не волновался. Краем глаза он смотрел на Кирью, который всё ещё стоял среди трибун и целился из пистолета.

Верховному лидеру требовались считанные мгновения, чтобы добежать и забрать пистолет. В то же время после этого ему пришлось бы вернуться назад, чтобы остановить Хиро, а это сделать он уже не успевал. Поэтому он так и не смог разоружить противника и сперва задержал именно Хиро. Мужчина всё равно блокировал рацию собственным телом, и всё же последнее теперь находилось на прицеле.

— … Я недооценил тебя, Хиро Андреевич Гришин.

Хиро промолчал. Он мог только молиться, что враг не рискнёт позволить Кирью выстрелить, потому что модель Тел-102 на самом деле была пуленепробиваемой…

Если представить битву как шахматную партию, то прямо сейчас Хиро и его неожиданный союзник провели великолепную атаку и поставили противника в затруднительное положение; в то же время это был вовсе не шах и не мат, и на каждый великолепный ход всегда может найтись не менее блистательный ответ.

Сперва Хиро почувствовал ветер за спиной, затем — грохот. Верховный лидер замахнулся и бросил его прямо в Кирью. Не ожидая подобного развития событий, Хиро превратился в безвольный снаряд, который проломил крепкую деревянную доску, а затем врезался в своего товарища. Кирью не успел даже выдохнуть, прежде чем могучая сила, как машина на полной скорости, переломала его кости.

— Апостол Бешеного Зверя, доложить обстановку, — немедленно потребовал Верховный лидер.

— … Не сопротивляется, — раздался мрачный женский голос.

— Хорошо, — медленно кивнул мужчина в чёрной маске.

Два предательства. В ключевой момент два Апостола, Изменчивого Ветра и Белой Смерти, совершили предательство, но, благо, про одно из них он знал заранее.

Когда он впервые прочёл сообщение загадочного Путника, то просто не поверил. Трудно было представить, что Апостол Изменчивого Ветра, который больше всех боготворил организацию и его самого и верил, действительно верил в их дело, мог взять и ударить его в спину.

И всё же: логика. Суровая логика утверждает, что в таких вопросах ошибки непозволительны. Поэтому