Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

— Род у тебя действительно странный… — задумчиво пробормотал ар Койрен, когда Ирлана с Алькой закончили с мытьем, и я отправил в баню всех остальных дам. — Из пяти женщин и десяти мужчин по Пути Меча идут все пятнадцать! С инеевыми кобылицами более-менее понятно: они живут тренировками с раннего детства. А как можно было подтолкнуть к этому весь десяток бывших ар Маггор или арессу Тинатин, я понимать отказываюсь!

— На самом деле в этом нет ничего непонятного! — неторопливо растягиваясь, объяснил я. — Отбирая парней, я отдавал предпочтение самым молодым — тем, кто еще во что-то верит и горит мечтой пробиться наверх своей верностью, честью и твердостью руки, а не интригами и наушничеством. А так как накануне отбора мне пришлось показывать «Кровавую Дорожку» Фарресу ар Сулону и пяти вассалам его отца, то тех, кто уже шел по Пути Клинка, трудно было не заметить — у них горели глаза, а душа пела от восторга…

— Эх, я тоже хотел бы увидеть «Дорожку» лет в двадцать… — мечтательно глядя в окно, вздохнул Магнус. — А ради того, чтобы напроситься учеником к мастеру, который ее показал, сделал бы все, что угодно!

— У меня таким мастером был отец… — слегка помрачнев, буркнул я. А потом ответил на вторую часть вопроса: — Что касается Тины, то с ней все еще проще. Представь себя благородной маллоркой, оказавшейся в Торрене, в глухой деревне, в которой нет мужчин, а все девки помешаны на Пути Меча. Представь, что у тебя впереди полтора месяца дичайшего безделья, а рядом — дочка, которую целыми днями тренируют, чтобы вышибить из ее памяти не самые приятные воспоминания.

Магнус поморщился:

— Пресветлая с ним, с бездельем! Полуночницы относились бы ко мне хуже, чем к юродивой: как же, женщина, не только не умеющая владеть мечом, но и не пытающаяся этому научиться!

— Так оно и было… — подтвердил я. — Поэтому первое время Тина занималась только для того, чтобы не чувствовать осуждающие или презрительные взгляды. А когда заметила, что бедра основательно подтянулись, а лишний вес начал уходить, вдруг поняла, что получила шанс обрести вторую молодость. Женщина она умная, да и упорства ей не занимать, поэтому все время, оставшееся до возвращения в Маллор, она занималась так, что я диву давался. А когда сообразила, что в роду брата своего покойного мужа таких возможностей точно не будет, попросилась ко мне.

— Да уж, фигура у нее сейчас, пожалуй, не хуже, чем у большинства двадцатипятилетних женщин! — признал ар Койрен.

Я мысленно усмехнулся — он, равно как и Дора, видел лишь то, что мы ему показывали. То есть, костюм торренской наемницы, натянутый на синтезированное Амси «нижнее белье», добавляющее объемов. В противном случае сравнивал бы советницу с девушками, только-только достигшими возраста согласия. Причем не в пользу последних!

— Знаешь, что еще меня удивляет? — через некоторое время спросил он.

— Что?

— Твои инеевые кобылицы чувствуют друг друга лучше любой боевой двойки филинов. А ведь они еще совсем молоды! Когда они успели так сработаться?

— Я тоже этим интересовался. Утверждают, что чувствовали друг друга с детства. Их наставник заметил такую сыгранность чуть ли не на первой тренировке. И начал уделять развитию этого ощущения большую часть каждого занятия. Поэтому-то сейчас в их технике и наблюдается такой перекос — защита уже великолепна, а над атакой еще работать и работать.

— Мудрый мужик! — восхитился ар Койрен. — Обеспечил им возможность выжить, зная, что наработать технику нападения они смогут и потом…

…Ополоснувшись и переодевшись в сухое, Магнус прихватил Ирлану и уехал домой — переодеваться в парадный костюм и забирать жену с близняшками. Алька, обрадовавшаяся отъезду Койренов просто до неприличия, тут же утащила меня на остров, но сразу после перехода была вынуждена отложить свои планы на пару колец — в комнате перехода нас встретила Амси и попросила уделить ей немного времени. И, не дожидаясь ответа, предложила выбирать, какую новость озвучивать первой — хорошую или две плохие.

Оттягивать неизбежное было глупо, поэтому я второй вариант.

— Новость первая — этим утром до хейзеррского посольства добрались обе боевые звезды.

— Как-то они уж очень быстро! — нахмурился я. — Я рассчитывал, что грязь на дорогах их задержит дня на три-четыре.

— Спешили, наверное… — пожала плечами призрачная хозяйка. Потом сделала паузу и продолжила: — Вторая плохая новость связана с ними же: сегодня вечером одна звезда отправится сопровождать ар Ассаша на бал к Шеллам, а вторая навестит ваш дом!

— Серьезные у них планы… — неприятно удивившись, буркнул я. После чего вздохнул: — Ладно, подумаю об этом в течение дня. А пока постараюсь порадоваться хорошей новости.

— Вчера вечером, то есть, на два дня раньше ожидаемого, закончилось первичное развертывание последней, десятой колонии наноботов. А сегодняшнее воздействие программатора, как я и предупреждала, скачкообразно изменило характеристики носителей. И если прироста в два с небольшим процента к силе и выносливости никто не заметил, то улучшение координации и скорости реакции сразу на восемь целых шесть десятых и семь целых три десятых соответственно вызвало вопросы.

— И эту новость ты считаешь хорошей? — удивилась мелкая.

— Ты не дослушала! — ухмыльнулась Амси. И сразу же включила воспроизведение записи.

— Слушай, Дитт, как ты себя чувствуешь? В смысле, как обычно, или немного странно? — поинтересовался Фиддин, после того как вылил на товарища ведро воды.

Ролик был записан с камеры в большой бане, показывал толпу голых мужиков, поэтому я поставил воспроизведение на паузу и вопросительно посмотрел на Амси.

— У Альки только звук! — успокоила меня призрачная хозяйка в личном канале. — А у тебя и звук, и изображение. После чего продолжила показ.

— Тело кажется чужим… — подумав, признался воин. А когда убедился, что никто над ним смеяться не собирается, продолжил куда увереннее: — Хотя нет, не так! Правильнее будет сказать, что чужим оно было раньше, а теперь я его, наконец, почувствовал так, как надо!

— Да-да, так куда правильнее! — согласился Раздан, от избытка чувств аж подпрыгнув на месте. — Я хожу по-другому, держу меч по-другому и, кажется, даже по-другому дышу!

— А я, кроме всего этого, стал как-то иначе видеть! — задумчиво пробормотал Конгер. — Например, сейчас, когда Сангор льет воду на Давела, мне кажется,