Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

Фиддин с Диттом — верхом. Пока ехали во дворец через Ореховую аллею, устали проклинать дороги и время года, так как четырежды попадали в заторы и раз восемь объезжали целые грязевые озера. Поплутать пришлось даже на территории дворца — аллея, ведущая к парадному крыльцу, была так сильно разбита, что соваться на нее, не облачившись в костюмы для подводного плавания, я бы не рискнул. Впрочем, аллея, ведущая к Серебряному Двору, выглядела не лучше. Тем не менее, в какой-то момент наши мытарства закончились, и мы, выбравшись на крыльцо, поднялись в свои покои. А через какое-то время, приведя в порядок обувь с одеждой и с помощью камер выяснив местонахождение венценосцев, вышли в коридор.

Для того чтобы пройти в Королевское крыло и пронести с собой два баула со шмотками, демонстрировать кольцо Маниши или «тараны» не потребовалось: увидев нас, стражники прижали десницы к груди и расступились. При этом в их эмоциях ощущались уважение, гордость и веселое одобрение. Мысленно поразившись скорости, с которой по Лайвену разносятся слухи, я прошел в большую гостиную и, отловив первую попавшуюся горничную, потребовал сообщить ее величеству о прибытии моих дам.

Та рванула выполнять мое распоряжение прямо из реверанса — пронеслась по комнате до двери, ведущей на женскую половину, чудом не снесла бедром одну из створок дверей и исчезла. Вернулась приблизительно так же. И, зацепившись за ту же створку, но уже другим бедром, сообщила ответ:

— Ее величество королева Маниша приглашает и вас, и ваших спутниц в Розовую гостиную!

Игнорировать столь явный намек на то, что видеть желают еще и меня, было бы крайне неразумно, поэтому, забрав у парней баулы с вещами и отправив их в распоряжение Конгера, я последовал за горничной. И вскоре переступил порог помещения, красоту которого могли оценить разве что девушки — в нем все, начиная от гобеленов на стенах и заканчивая ковром, было разных оттенков розового! Слава Пресветлой, дуреть от этого «великолепия» пришлось не так уж и долго — не успели мы зайти в помещение с одной стороны, как с другой в него «впорхнула» королева. И радостно заулыбалась:

— Нейл, дамы Эвис, искренне рада вас видеть!

И ведь не солгала — была рада на самом деле. Мало того, в ее эмоциях не чувствовалось даже застарелой неприязни к Тине! Я рассыпался в комплиментах и попробовал объяснить, что навестить ее раньше не позволили обстоятельства. Но, толком не успев начать монолог, увидел, что Маниша махнула рукой:

— Можешь не извиняться — Зейн мне уже все объяснил. Лучше скажи, за что ты зарубил несчастного ар Цайна?

— Пока не начинай! — посоветовала Амси в личном канале. — Король уже на подходе…

— Расскажу, но чуть позже! — учтиво поклонившись, пообещал я. — После того, как преподнесу вам небольшой подарок от своей семьи.

В первый миг женщина почувствовала скуку. Но потом, видимо, сообразила, что подарки от Странного рода тоже могут оказаться странными, и заинтересованно подалась вперед. А когда я поставил перед ней баул и посоветовал взять с собой одну из моих супруг, дабы не путаться во всяких там крючках и завязках, цапнула подарок за ремень и попросила о помощи у Найты.

Король ворвался в гостиную в сопровождении Недвира Топора через две трети кольца после их ухода. Оглядевшись по сторонам, но не обнаружив старшей жены, а затем и увидев наши скучающие лица, нахмурился:

— А мне сказали, что Маниша уже здесь!

— Ушла примерять подарки! — улыбнулся я.

Зейн мученически закатил глаза, а затем вздохнул:

— А жаль: до начала Малого Совета осталось всего ничего.

Намек был предельно понятен, поэтому я вытащил из второго баула аккуратный сверток и протянул его королю:

— Этот подарок можно не примерять. Но насладиться его видом, вне всякого сомнения, стоит!

Шандор принял сверток без особого интереса, из вежливости развернул ткань, наткнулся взглядом на богато украшенные ножны и слегка поморщился. Но клинок из них все-таки вытянул и… охнул:

— Меч Наказующих⁈

— Ага! Наследство от Нолдиса ар Цайна!

— В подарок мне⁈

— Вы можете назвать кого-то более достойного? — «удивился» я.

— Но ведь это трофей! — Зейн сделал слабую попытку отказаться, хотя в душе уже ликовал.

— Для меня оружие Наказующих — лишь символ эпохи, о которой слагали легенды, и не более… — пожал плечами я. — И носить его я никогда не стану. Ибо считаю, что этот клинок может храниться либо в роду тех, кто имеет право им пользоваться, либо в роду тех, чью руку они держали.

Король величественно кивнул.

— О первых не слышно со времен Обретения Воли, а вторым я служу. Поэтому он ваш!

— И ведь не придерешься! — в общем канале восхитилась Амси.

— Что ж, я принимаю этот воистину бесценный дар, Нейл ар Эвис по прозвищу Повелитель Ненастья! — торжественно объявил Шандор, тем самым, официально подтверждая данное мне прозвище. Затем прикоснулся к клинку губами, нехотя передал его Недвиру и неимоверным усилием воли заставил себя отвлечься от мыслей о подарке: — А теперь расскажи-ка мне, чем ты опять так расстроил арра Ассаша, что гонец с его письмом ломится во дворец чуть ли не с рассвета?

— Вам версию «для всех» или «для своих»? — ухмыльнулся я.

Шандор усмехнулся в усы, прошел к креслу с самой высокой спинкой, уселся, предложил нам последовать его примеру, и сделал выбор:

— Сначала ту, которая для всех.

— Тогда ничем: на бал к Жиорам посол приехать побоялся, поэтому мы с ним даже не встречались. А ведь и я, и мои супруги так на это надеялись…

— Раз не встречались, значит, Нейл ни в чем не виноват! Правда, Недвир? — оглянувшись на телохранителя, ехидно поинтересовался король.

Топор, естественно, подтвердил.

— Что ж, так ему и напишем! — хохотнул Зейн, а затем повернул голову на скрип двери и вытаращил глаза: — Маниша, ты⁈

Я бы на его месте тоже удивился, увидев, что жена не только помолодела лет на пятнадцать, но и прилично «похудела». Королева, увидев его реакцию, засияла еще ярче. И поплыла к супругу, обольстительно покачивая бедрами, красиво очерченными платьем без кринолина. И пусть привычки ходить на высоких каблуках у этой женщины еще не было, но со своей задачей она справлялась просто отлично.

Зейн оценил и радость в глазах супруги, и изменения в фигуре, и новое платье, и походку. Поэтому встал