Фантастика 2025-129 - Денис Старый

Да, я бы мог подсуетиться и создать несколько филиалов своей клиники. Несколько в Японии, несколько в России.

Но стоит ли оно того — придётся подумать. Слишком уж влекут меня воспоминания о прошлом. Ностальгия непреодолимая.

— Простите, а вы случайно не Кацураги Тендо? — неожиданно обратился ко мне мужчина, который ранее крутился вокруг туристов.

Японец. Со мной в автобусе он не ехал. Интересно, что ему от меня нужно?

— Всё верно, — кивнул я. — Откуда вы меня знаете?

В этот момент о берег ударилась высокая волна. Нас окатило холодными брызгами. Незнакомец поёжился, провёл рукой по длинным волосам, и его седина в висках тут же скрылась под влажными чёрными локонами.

— Меня зовут Нагитава Эйджи, — представился он. — Это со мной вы общались сегодня утром.

Нагитава⁈ Нашёл меня здесь — прямо на мысе! Уж чего я точно не ожидал, так это столь скорой встречи с поставщиком.

— Рад знакомству, Нагитава-сан, — поклонился я. — Как вы поняли, что я — Кацураги Тендо? Здесь так много туристов. Вряд ли вы подходили к каждому, верно?

— Как вы думаете, почему я согласился на встречу с вами? — ответил вопросом на вопрос он. — Именно в решении этой загадки и кроется ответ.

Ну да, самое время поразбрасываться двусмысленными фразами!

— Нагитава-сан, а в чём загадка? У нас есть общий знакомый — Кикуока Керо.

— Не каждого знакомого Кикуоки-сана я соглашаюсь пригласить в свой, скажем так, музей, — произнёс он, но конкретного ответа так и не дал.

— Вы хотите, чтобы я продолжил отгадывать ответ? — усмехнулся я.

Меня начал настораживать этот разговор. Вряд ли речь сейчас идёт о том, что я — известный врач. Похоже, Нагитава Эйджи намекает на что-то другое.

— Кикуока-сан намекнул мне, что вы тоже чувствуете энергию предметов, — прошептал Нагитава.

Так и знал. Зря он меня не предупредил. Надо было сказать, что он поделился с ним этой информацией. Хотя в данном случае я не против такого решения. Мою тайну он, по сути, не раскрыл. Чувствовать энергию предметов и лечить людей силой мысли — это совершенно разные вещи.

— Да, Нагитава-сан, чувствую, — подтвердил я.

— Тогда позвольте провести небольшую проверку, — неожиданно заявил он. — Мне нужно перестраховаться, уж простите за эту формальность. Не хочу подпускать к своим артефактам человека, который на самом деле даже не понимает их ценности.

— Резонно, — кивнул я. — На вашем месте я поступил бы так же.

— Проверка будет состоять только из одного вопроса. И задам я его прямо сейчас, — сказал Нагитава Эйджи. — За моей спиной висит рюкзак. Скажите, есть ли в нём предметы с особой энергетикой?

Уже в этот момент я окончательно осознал, что Нагитава — не торговец. Настоящий предприниматель уже давно бы толкнул мне какую-нибудь бесполезную вещь за бешеную сумму. Никаких проверок он бы проводить не стал. И, очевидно, он не коллекционер, как я уже догадался.

Один бы настаивал на продаже, а другой, наоборот, даже на встречу бы приезжать не стал.

Передо мной очень интересный человек. С ходу и не определить, кем он на самом деле является. Что-то среднее между продавцом и коллекционером. На уме вертятся разные профессии, но я никак не могу определиться, к кому он относится.

Я решил временно избавиться от этих мыслей и сконцентрировался на энергетике, которую источает его сумка.

Поначалу я вообще ничего не почувствовал. А затем мысленно нащупал небольшой кубок. Магии в нём было настолько мало, что с его помощью я бы даже одну лягушку вылечить не смог.

— Надеюсь, в вашей сумке лежат не те артефакты, которые вы хотели мне продать, — произнёс я. — Ни один из них не обладает какими-либо особенностями, за исключением кубка.

Как только я упомянул кубок, веки Нагитавы подлетели вверх. Он выпучил глаза, но не посмел меня перебивать.

— В кубке слишком мало энергии. Такой товар меня не интересует, — прямо сказал я. — Сможете предложить что-то получше? В противном случае мне придётся вернуться в Токио.

— Стойте! — воскликнул он. — Вообще-то, я заполнил сумку бесполезным барахлом. Насчёт кубка сомневался до последнего. С одной стороны, кажется, что в нём что-то есть. С другой… Сомнительно. Вы же смогли дать мне точный ответ. Даже назвали, что за предмет источает энергию. Хотя в сумку мою не заглядывали. Невероятно!

Судя по реакции Нагитавы, испытание я прошёл успешно.

— Так что по итогу? Вы ведь не решили меня обмануть? — уточнил я. — У вас действительно есть другие артефакты? — я выдержал паузу, а затем решил кое-что предсказать: — Вы ведь работаете археологом, Нагитава-сан, верно?

На этот раз я застал поставщика Кикуоки Керо врасплох. Он замолчал. Я бы даже сказал — потерял дар речи.

— Откуда вы это узнали? — после долгой паузы произнёс он. — Кикуоке-сан я об этом не рассказывал. Только не говорите… Вы работаете с полицией⁈

Он принялся озираться по сторонам, будто опасался, что его вот-вот возьмут оперативники.

— Успокойтесь, я просто предположил. Но вы себя тут же выдали, — рассмеялся я. — А судя по вашему поведению, раскопанные артефакты вы перепродаёте незаконно. Я отгадал? Скорее всего, у вас есть договор с музеем. Но особо ценные вы оставляете себе. Либо обмениваете на солидные суммы, заключая контракты с коллекционерами вроде меня.

На всякий случай я решил предстать коллекционером, чтобы у него не возникло ко мне лишних вопросов. Кому ещё может понадобиться это барахло тысячелетней давности. Не врачу же, верно?

— Достаточно, я убедился в вашей компетентности, — кивнул он. — Пойдёмте со мной. Я живу неподалёку от мыса. Здесь можно добраться пешком.

Мы прошлись вдоль набережной, после чего пересекли трассу и поднялись по старым ступенькам в лесок, где и находился дом Нагитавы. Стоит отметить, хижиной это место не обзовёшь. Скорее уж — особняк. Недостроенный, требующий ремонта, но всё же особняк.

— Я живу здесь один, — сказал он. — Но всё же прошу вас не шуметь. Не спрашивайте, почему. Таковы правила посещения этого дома.

Я молча кивнул и последовал за Нагитавой к большому залу, откуда исходило колоссальное количество жизненной энергии. Но войти в него я так и не смог. Мой «анализ» уловил нездоровые колебания.

Казалось, будто рядом с нами кто-то умирает.

Поначалу я подумал, что это — простые помехи.